Читать книгу - "Фантастика 2024-78 - Андрей Коткин"

Наскоро позавтракав, мы облачились в костюмы, которые принес тот же Малдер, получили патроны к оружию — пять рожков армейский стандарт, и отправились вслед за ним и Проводником к периметру Зоны. Кроме всего прочего нас предупредили об антирадах, которые непременно следовало принимать, и витаминах для общего укрепления организма так сказать, помощи ему-родимому в борьбе с окружающей средой.

Малдер покинул нас у колючки. Проводник был неразговорчив, лишь скупо командовал нашими действиями.

— Идете за мной след в след. Полоса заминирована. Всем понятно?

И мы пошли. Двигались медленно, хотя, казалось бы, какие-то пять-шесть метров. Когда колючка осталась позади мы вздохнули свободно, оказалось довольно рано. Проводник выдал нам ПДА — личный наручный компьютер, чем-то похожий на традиционный КПК. Своеобразный паспорт личности. ПДА, включал в себя детектор аномалий и живых движущихся объектов, датчиком радиации и непосредственно КПК.

Программ в ПДА было немного, но все они были жизненно необходимы здесь, как объяснил Проводник. В Зоне существовала своя интер-сеть с новостями, импровизированным чатом и идентификаторами сталкеров.

— Значит так, ПДА включите в ждущий режим, нечего зря внимание привлекать, идете за мной и запоминаете, что я делаю, смотрите на детекторы, смотрите на ПДА, постарайтесь почувствовать Зону. Вам же будет легче. Если подымится ветер — надевайте респираторы.

Мы согласно кивнули, и двинулись за ним, стараясь не очень глазеть по сторонам, а больше смотреть под ноги и на Проводника, но было уж очень интересно…

Раньше я едва ли мог поверить, что ауру какого-то места можно почувствовать, не мог поверить, в общем, и в то, что некая аура вообще может существовать, но здесь все было иначе, чем где-либо. Все мое естество откликалось на еле слышный шепот окружающего пространства. У меня появилось навязчивое чувство дежавю. Будто я бывал здесь раньше много раз. Вдруг вроде бы и ни к месту вспомнилось, как еще мальчишкой со своим закадычным другом мы лазили на стройке, нашли какую-то позолоченную проволоку, как приписали ей некие магические свойства, и что-то там даже срабатывало, или нам хотелось верить в то, что срабатывало. Наверное, только там, только «в тогда» — я чувствовал нечто похожее на это ощущение. Когда вся окружающая среда изучает тебя и ты, входя с ней в контакт, чувствуешь всякую ее вибрацию.

Мы шли по некой тропе проложенной Проводником среди аномалий. Как ни старались мы с Андреем смотреть под ноги, все равно больше получалось, что глазели по сторонам. Никто из нас мирно живущих по другую сторону колючей проволоки никогда ничего подобного не видел. Сложно было разобраться в себе, в своих чувствах, а уж когда мы увидели первое живое порождение Зоны…

Как сказал Проводник — это были крысы, только походили они больше уж скорее на тушканчиков. Здесь их обыкновенно называли кенги. В первый момент нам стало страшно, ведь так издеваться над природой, казалось, не мог ни один генный инженер. Но в следующие несколько минут в душе моей и в мыслях наступил полный штиль. Я топал за Проводником, пялясь на окрестности и детектор и чуть было не влетел в заботливо поставленную на нашем пути аномалию — ведьмин студень…

— С ума сошел! — прокомментировал мою беспечность Проводник, — то, что тебя приняла Зона, еще не значит, что она не станет испытывать тебя, и не значит, что ты должен стать абсолютным болваном и перестать смотреть себе под ноги.

Мне сделалось стыдно, и дальше мы шли, уже внимательно глядя себе под ноги, сверяясь с проложенным маршрутом и детекторами, углубляясь все дальше к заброшенному строению, коих в Зоне насчитывалось великое множество.

— Там мы проведем первую ночь, потом дойдем до заброшенного поселка, постреляем, если придется, вы соберете артефакты, если таковые будут иметься, потом снова сюда, еще одна ночь и домой.

Нас устроил такой расклад, а Андрей, по-моему, счастлив был уже теперь вернуться обратно, но выходило то всего — ничего — дело плевое. Ночью дежурить довелось мне, а под утро меня сменил Проводник. И все шло без неожиданностей. Я подремывал, и ощущал, что Проводник тоже прикорнул на посту. «Какое непростительное упущение», — подумал я, и понял, что мысль была не моей, а чьей-то чужой, я вскочил на ноги, очень резко, схватив автомат, снял его с предохранителя. Все, что происходило с моим телом, я видел будто бы со стороны, и в то же время отдавал себе отчет в том, что я делаю. Я толкнул Андрея, велел ему подниматься, не стал заморачиваться на сворачивание палатки, подхватил свой рюкзак. Андрей спросонья протестовал, пытался что-то говорить, однако, следы черной краски на нашей палатке говорили более красноречиво, чем все мои суетливые действия.

Андрею хотелось убедить себя, что это дурной сон, а другие, чужие сталкеры, или кто они там, просто испачкали нашу палатку, чтоб мы испугались до усрачки… это была вовсе не кровь! Проводник не погиб, а сейчас вернется, и спросит, чего это мы нарушаем технику безопасности.

Но этого не произошло, а мы двигались вперед. Куда вперед, я и сам точно не знал. Я не знал точной дороги, я не мог сейчас самостоятельно проложить курс. Я боялся послать сигнал о помощи, потому что, несмотря ни на что, самой страшной тварью в зоне оставался все же человек, поэтому я просто шел, поглядывая на детектор аномалий, и, следя за появлением неподалеку жизненных форм.

Нам удалось довольно быстро миновать пологий холм, и спуститься в низину, где трава искрилась серебром в неверном свете луны, следуя наитию, я повел Андрея в обход странного луга с серебряной травой, мимо странных растений, распускающих вокруг фосфорицирующие ни то усики, ни то ветки; по большому счету в Зоне все было странным. И я шел наобум, наудачу, повинуясь странному чувству, зародившемуся внутри меня, как будто раньше струны моей души не были натянуты и провисали, а теперь все было другим новым. Я не знаю, почему Андрей слушался меня, может быть потому, что больше некого здесь было слушаться, а может потому, что сильно боялся, и предпочел доверить принятие решений кому угодно, только, чтобы самому не пришлось принять неверного решения.

Рассвет застал нас на полпути к заброшенной деревне, теперь я, наконец, разобрался, как загрузить координаты в систему, и сориентировался на местности. Андрей был подавлен, но у него не было сил, чтобы бояться еще больше, мне казалось, что еще немного и я потеряю его. Это сложно было объяснить рационально. Поэтому когда мы остановились немного передохнуть, я посмотрел ему в глаза