Читать книгу - "Придворный: Гоф-медик. Заклинание. Отставник - Николай Дронт"

именовались «Дворяне». Папки толстые, тонкие или вовсе содержат один-два листа. На каждой ниже заголовка стоит имя, фамилия или прозвище. Читать их не перечитать.

Отдельно на полке потёртый саквояж. В нём кошель с сотней талеров и двадцатью дукатами. Всё. Денег больше нет. Есть незаполненный паспорт, но с проставленной печатью, и толстая папка с ценными бумагами на предъявителя от соседних государств. Много или мало, точно разбираться не стал – видимо, достаточно, чтобы начать новую жизнь после бегства. Похоже, чуял хозяин дома за собой грешки, раз бежать готовился. Оставил как есть, потом разберусь.

Утро

Утром за завтраком слуга рассказал, что узнал ночью, когда ездил за вещами. В Белом дворце поймали злоумышленника! Тот хотел напасть на самого государя! Убивец был обвешан зельями с Алхимическим Огнём, но взорвать их не успел – чай, не зря телохранители свой хлеб жуют. Кто и как провёл заговорщика, охранители ищут. Ну да после допроса всё расскажет.

Вещи перевезены. Шкатулки с деньгами надо бы в сейф прибрать. Эту истину Кидор провозгласил с нескрываемым удовлетворением. Оказывается, он и деньги пересчитал, и акции, полученные от купца, просмотрел. Ещё вчера завёл особый реестр ценностей, куда дорогую посуду вписал, ну а деньги и ценные бумаги сами боги велели учитывать. Судя по всему, слугу немного отпустило, он поверил в мою финансовую состоятельность.

Ещё попросил принять на работу недолеченную девочку. Будет помогать Мивде, платить ей не надо, но просьба долечить. Она его дальняя родня, ведь и сам он из рода дворцовых служителей. Однако во дворце на всех мест не хватает, приходится идти служить в приличные дома. Вот Кидор и пошёл к отцу его прошлого хозяина, графу Иснадору. Хороший был господин, строгий, требовательный, при нём не забалуешь, он и сына держал в строгости. Однако время берёт своё. Старый хозяин умер, а новый в два года промотался полностью. В карты ночами сражался с такими же оболтусами. Со службы вылетел за непочтительность к начальнику. Орхидеи ценой по золотому за бутончик дарил дюжинами. Да кому?! Не какой-нибудь любезной девице с хорошим приданым. Нет! Актрискам! Ну вот зачем девкам цветы? Им золото потребно! Драгоценности таким положено дарить. Умеренно, конечно. Без излишеств.

Про то, что слугам граф Иснадор не заплатил, сказано не было. Это неприлично, слишком личное дело. Зато Кидор очень прозрачно намекнул, что графиня Тереза лично его как хозяйка устраивает более чем. Хотя есть и другие приличные партии, некоторые даже, на первый взгляд, весомей по приданому. Но графство сразу после свадьбы весьма привлекательно, а уж герцогство в наследство совсем хорошо выглядит. Пусть у некоторых, не будем вспоминать младшую дочку графа Заозерского, в приданом две серебряные шахты и очень недурной портовый городок со стабильным доходом, перекрывающим чуть не вдвое доходы от некоего графства. Так ведь деньги не главное в жизни, хотя, пожалуй, самое важнейшее из второстепенных.

Почему именно Тереза его привлекла, я так и не понял. Графство? Не думаю, что только оно. Надо будет выведать резоны Кидора.

После завтрака разборка почты, совмещённая с примеркой парадного и обычного мундиров Зеленоземского горно-пехотного полка. У простых армейцев лишь два мундира, а не семь форм одежды, как при дворе. Ничему не противоречит, если я прибуду в придворном одеянии, но тогда для гарнизона останусь совсем чужим.

Тина написала, что ждёт с отцом на заводе после полудня. Эмма не написала ничего. Обидно. Довольно раболепное письмо от коммерции советника Латера. Он просит о встрече во время посещения завода, есть ко мне важное личное дело. Хм… Кроме полутора тысяч дукатов и отошедших сюзерену подарков я не видел от него ничего плохого. Ведь деньги – это зло? А зло – это плохо, со злом надо бороться. Вот у меня ни на что зла не хватает, улетает оно, как в пропасть. Стоит поговорить.

Уже почти закончили с примеркой – пришёл посыльный из гильдии. Принёс приятное письмо от Несты, тётушки Терезы. Точнее, она тётка мамы Терезы, но девочка её тоже зовёт тётей. К письму была приложена шкатулка с золотым знаком магистра на массивной золотой же цепи. Сам знак разделён на две половины. На левой раскрытая длань – символ целителей, на правой стилизованное изображение языка пламени – символ огневиков. Сзади выгравировано имя – Стах. По фамилиям у магов называть не принято, а прозвища пока не заслужил.

Кроме того, в шкатулке лежит костяной жетон для голосования, тоже с моим именем. Для выбора его опускают в урну. Не возбраняется передавать его своему доверенному лицу.

Все взносы оплатила сама Неста. Деньги ей верну, не хочу одалживаться по мелочам. Впрочем, и жетон ей пошлю. Пусть голосует, не жалко.

Найджел

– Найджел! Ты посмотри, какой у тебя заботливый зятёк! Очень, очень хороший мальчик. Терезочка правильного женишка себе нашла.

– Да? Что такое?

– Вот, смотри! Ещё один голос наш!

– Хм… На каких условиях? Чего он хочет?

– Немного. Ни-че-го! Вернул деньги, которые я за него заплатила в гильдии, и без всяких условий прислал жетон. Всё в семью, всё для дома.

– Не ожидал. Честно скажу, удивлён. Мы так становимся третьей по силе фракцией в Совете.

– Третьей? Точно? Не второй? Аус Хансалы теперь тоже с нами.

– Всё же третьей, но отстаём от второй лишь на один голос. Надо как-то отблагодарить Стаха. Вот так сразу, решительно, я бы даже сказал демонстративно, обозначить свою позицию…

– Пусть малышка напишет ему благодарное письмо и подпишется со словом «твоя».

– Прямо как невеста?

Завод

В моей конторе народу прибавилось. На входе сидит сторож, до славного звания швейцара он явно не дотягивает ни формой, ни статью, но всё же есть кому пол подмести, чайку организовать, ну и прочие мелочи поручить.

Курьер готов бежать по первому знаку, а перед юным копиистом лежит стопа дел, он водит пёрышком по бумаге, повторяя движение испачканной чернилами руки чуть высунутым языком. Евлампий при виде меня встал во фрунт, а вот опоздун уже не с нами, его заменили на более опытного чиновника.

Призвал секретаря и архивиста к себе в кабинет на совещание. Главный вопрос не мой отъезд, а расходование ежемесячного фонда. Пристроить деньги легко, а вот отчитаться надо правильно. Если до первого числа следующего месяца его не потратить, наверняка фонд срежут. Дескать, раз экономите – молодцы, экономьте дальше.

Своей властью создал внутриведомственную комиссию. Я – председатель, секретарь-распорядитель, архивист-казначей. Понятно, с небольшой дополнительной доплатой из