Читать книгу - "Фантастика 2025-21 - Blackmourne"

- Что ты собираешься делать дальше? - наконец тихо спросил Найт, сцепив руки перед собой.

- Приведешь ко мне Талу, попрошу ее помочь мне помыться. Затем лягу спать. А на утро встречусь с вождем. Ты со мной не пойдешь, - буднично ответила девушка.

- У нас проблемы со взаимным доверием, и мне не нравится, что ты оставляешь меня в стороне.

- Проблемы у тебя, котик. Я в тебя верю, ты в меня - нет. Дарн тебя узнал, и вполне вероятно, сообщит Хараду. А мы пришли, чтобы получить их помощь. Я довольна тем, что ради интересов Искателей ты смог отказаться от своей глупой и бессмысленной мести. Но не хочу создавать для Вождя поводов для волнений, так что ты будешь послушным мальчиком и останешься дома, пока я буду с ним говорить, - размеренно произнесла Лина. Заметив в расширяющихся зрачках магимата вспышку ярости, закатила глаза и кивнула в сторону стенки.

Найт гневно сопя приподнял одну бровь. Лина кивнула снова, приложив палец к губам. Тот наконец понял и сжав руки до побелевших костяшек, покорно ответил:

- Как прикажете, госпожа старший помощник. Судя по всему, у Клана проблемы со скарджами. Собираетесь выступить на их стороне, как это сделала ваша славная мать? - спросил парень.

- Возможно. Я пока не решила. Многое будет зависеть от того, что нам сообщит о интересующем человеке Харад. А теперь, приведи ко мне Талу, - продолжала Лина, - это та, что с ушками, и попроси кого-нибудь приготовить чан с водой. Можно холодной. - Лина указала Найту пальцем на выход. Тот оскалился под украшенной маской, но поднялся и, поклонившись, ушел.

К ее удивлению, горячая вода все же нашлась. Правда, с острым запахом серы. Похоже, набрали ее из той реки, что протекала мимо жерла вулкана. Так что тридцать минут спустя, блондинка уже наслаждалась импровизированной ванной, в которой до боли сведенные судорогой мышцы наконец-то расслабились, а разум очистился от тревог, а кожа от крови. Стирающая ее одежду Тала без умолку щебетала о том, как были рады ее возвращению родители. Лина слушала ее небрежно, хищным взглядом наблюдая за подрагивающими ушками девушки. Пришло время воплощения коварного плана.

Покинув бадью, она присела на шкуру у зажженного очага, глядя в огонь, и позвала магиматку:

- Тала, будь добра, расчеши мне волосы гребнем.

Ушастенькая послушно кивнула и опустилась позади Искательницы, пройдя пальцами вдоль влажных локонов. Лина их не отращивала специально, поддерживая длину в районе плечей. Она конечно могла бы и вытянуть космы до задницы в течение недели, но ей длинные волосы были не по душе. Слишком уж они были уязвимы и мешались в бою. Словно плакат "Хватайте их! Не пожалеете!", но по правде говоря, однажды отрастить длинные пряди ей хотелось. Побыть женственной, красивой, чтобы Гермес ее пригласил на изысканный бал…

Девушка замечталась. Это была еще одна малая часть грез, которую она пока не воплотила. Но сейчас к этому примешивалось непонятное чувство тоски. Достойна ли она своего капитана? Ей хотелось думать, что она старается соответствовать. Но и критерии были весьма высоки. Ведь Гермес был легендой. С изъянами конечно, он был бабник, повеса, интриган и хитрец, как и большинство Искателей, доживших до его лет. Но капитан был по-настоящему благороден и добр. Зачастую щадил даже врагов. Ну, это судя по слухам и тому, что Лину он принял, хотя она была отродьем Ротенхауза. Позволить себе роскошь таких поступков мог лишь человек, бесконечно уверенный в своих силах.

- Тэрре, какие у вас приятные волосы! - пробормотала кошечка у нее за спиной, вырывая Лину из размышлений.

- Не зови меня так. Мы же подруги! - рассмеялась блондинка, протягивая руки к костру. Тепло. Очень тепло. Как жаль, что все это ложь.

- П-подруги? - искренне удивилась девочка у нее за спиной, тщательно расчесывая серебряные пряди с помощью гребня.

- Я плохо знаю ваши обычаи и приношу извинения, если их нарушила. Но… Разве мы не можем с тобой быть друзьями? - ответила Лина.

Ушастенькая замедлила темп и с внезапной серьезностью произнесла:

- Лина, друг - это человек, который за тебя отдаст жизнь. И ты сама отдашь ее за него. Мне так папа сказал. Ты уже доказала, что я тебе друг. А вот я…

- Малышка, напрасно ты переживаешь. Дружба может быть асимметричной. Я не хочу, чтобы ты ради меня бросалась скарджам под топоры. Мы ведь с тобой очень разные. Я… создана, чтобы сражаться, а ты - чтобы любить. Кстати… Дилан (Лина с трудом вспомнила имя юноши, которого спасла вместе с предметом своих воздыханий по ушкам), вы с ним близки?

- А? Да! Конечно! Он же мой брат! - огорошила ушастенькая своим заявлением. - Он остался дома. Мы знаем, что у вашего народа ухаживать за женщинами принято девушкам. И я рада, что вы выбрали именно меня!

- Брат? Хммм. А я думала, это твой возлюбленный. - немного смутилась Лина ее прямотой.

- Нееет! - рассмеялась красавица, - Я аадве. Не имею права выбирать себе пару. Могу только мечтать. - немного грустно ответила собеседница.

- Поясни пожалуйста. Насколько я могу понять ваши порядки, твоего супруга назначат старейшины? - терпеливо спросила блондинка, пока нежные руки магиматки расчесывали ей волосы.

- А? Угу, так и есть. Мой папа, глава небольшого клана, отдал меня и брата в семью Ха… Клана Кланов в знак дружбы. Ну, чтобы Вождь не боялся, что мы предадим. - кошечка мягко и нежно проводила гребнем по серебряным прядям.

- Вот как. Значит, он взял вас в заложники, чтобы добиться послушания вашего отца. Понятно! - произнесла Лина. "Размяк? Зачем ему лишние сложности? Или у ушастенькой есть секрет, ради которого ее и брата оставили в живых?" - подумала девушка.

- А вот Зара согласилась устроить турнир! Бедняжка решила, что после пережитого ей будет проще принять нового мужа. - Тала закончила приводить прическу Искательницы в порядок и собиралась подняться, но Лина подскочила первой и взяла у нее гребень из рук:

- Теперь я тебя буду расчесывать! А ты пока расскажи мне про турнир. Что это такое? Кто с кем будет сражаться и за что? Мне это очень интересно. - положив руки на плечи магиматки, Лина усадила ее на шкуру и принялась за работу, медленно, но неотвратимо приближаясь к миленьким ушкам.

Ошеломленная оказанной честью, Тала замерла