Читать книгу - "Система для друзей. Том 2 - Люцида Аквила"

– А военное дело я не люблю, потому что за войной всегда следует смерть. Мои родители умерли, защищая меня. Отец спрятал в погребе возле нашего дома, и я просидел там до тех пор, пока крики снаружи не поутихли. А когда выбрался, не нашел ничего, кроме трупов друзей и знакомых. Учитель тоже погиб на войне, перед тем как вознестись. Война – это плохо. Пока воспитывался у Гуань Юя, я всегда старался быстро завершать войны, планировал, что, став Богом Войны, сокращу их количество в мире.

– Если не ошибаюсь, Гуань-ди забрал тебя из того места? Это была ваша первая встреча. – Циян вдруг вспомнил фрагмент из чужих воспоминаний, в котором Бог Войны нашел мальчика, выбравшегося из-под горы мертвых тел.

– Да. Это была наша первая встреча. – Гуань Ян придвинулся к столу, чтобы налить себе вина, но открытый кувшин оказался пуст, поэтому он взял другой.

– Почему ты следовал за ним? Из отрывков твоих воспоминаний я понял, что вы были близки и ты был ему верен, но не знаю первопричины, вдохновившей тебя на такую преданность.

Гуань Ян пожал плечами.

– Сначала я нуждался в нем, потому что был ребенком без дома, семьи и защиты, а с возрастом уже просто не мог представить, как буду без него. Он был важной частью моей жизни. – Он закинул в рот пару орехов. – Ну а ты? Почему так крепко сдружился с другой версией меня? Помню, ты говорил, что Сяо Ян был твоей родственной душой – и очень приставучим. Это и повлияло?

Циян улыбнулся уголками губ, вспомнив некоторые моменты из прошлой жизни.

– Еще ты меня дополнял, – с теплотой в голосе ответил он. – Из нас двоих ты всегда был более дерзким, смелым и решительным, казалось, ты ничего не боялся. Я учился у тебя отстаивать границы и защищаться, выходить за рамки. Это делало жизнь интереснее, а меня – сильнее.

– В твоем мире я, похоже, был не так уж и плох, – сказал Гуань Ян, разливая им вино. – Сомневаюсь, что в этом мире мое присутствие было тебе хоть каплю полезным.

Циян покачал головой.

– Я видел твои воспоминания о прошлом и могу с уверенностью сказать: ты был подарком, а не бременем. По крайней мере, будь я на месте Гуань-ди, то считал бы именно так. А учитывая, что я его копия, значит, я прав.

Гуань Ян лукаво улыбнулся, положив локоть на стол и сев боком.

– А ты, оказывается, умеешь утешать, – промурлыкал он. – Сейчас я для тебя тоже подарок?

– С точки зрения Нефритового императора, определенно да. – Циян не сдержал ехидства.

– А что думаешь ты сам?

Циян немного помедлил, глядя в чужие глаза, потом ответил короткое «Да» и подвинул к Гуань Яну вновь наполненную чарку.

– Это радует, – выдохнул демон и сделал глоток.

– Ну а я? – спросил Циян слегка заплетающимся языком. – Подарок для тебя или бремя?

– Конечно, подарок.

– Уверен? А как же Диюй? Из-за меня ты не сможешь часто ходить туда и править как раньше, разве это не станет проблемой для всех?

– Не станет. Раз Юй-ди принял такое решение, значит, все должно быть нормально. Когда я поместил свой дух в тело Ло Хэяна, то уже перестал проводить дни и ночи в Диюе и назначил нескольких заместителей. Думаю, пока меня нет, они все проконтролируют. Сам я планировал лишь изредка захаживать и проверять, как там дела.

Глаза Цияна полезли на лоб, когда его захмелевший разум вдруг осознал, что они забыли кое-что важное.

– О боги, Ло Хэян! Его тело все еще в моем доме, нужно устроить похороны!

– Прямо сейчас? – со смешком спросил Гуань Ян. – Хочешь закопать его во дворе под кустом чайного дерева?

– Ох, нет. – Циян скривил губы. «Как я после этого буду пить чай?» – Нужно передать его тело главам пиков… – Он тяжело вздохнул и потер лоб. – Лучше не тянуть и завтра же встретиться с ними.

– Ты не обязан спешить, у нас есть еще сутки, чтобы отлежаться.

– Знаю, но мне неспокойно спать в доме с трупом, кроме того, нужно проявить уважение и похоронить его побыстрее. Я бы на его месте не хотел еще несколько дней валяться в импровизированном холодильнике, – буркнул Циян и вылил остатки вина в рот. Потом зашевелился, собираясь подняться. – Пойдем, проверим его.

– Зачем?

– Вдруг гнить начал? – Циян передернул плечами.

– Ты меня недооцениваешь. Заклинание еще действует, с ним ничего не случится, а при желании я и вовсе могу сотворить из него ледышку, – отозвался Гуань Ян, но тоже начал подниматься.

– Захвати кувшинчик, – проигнорировав его предложение, сказал Циян и первым поплелся к выходу, волоча за собой длинный плед.

Слегка пошатываясь, он прошел по коридору и уверенно распахнул дверь в библиотеку. Следовавший за ним Гуань Ян издал короткий смешок. Циян немного постоял на пороге и, осознав, что перепутал комнаты, резко развернулся и открыл дверь напротив. В лицо ему тут же ударил морозный воздух. На не застеленной кровати неподвижно лежал облаченный в заклинательские одежды мужчина. Выглядел он так же, каким Циян его оставил и, вроде бы, не вонял.

– Без надобности дальше не заходи, я существенно понизил температуру, – сообщил Гуань Ян, застыв у него за спиной.

– Я ч-чувствую, – стуча зубами, ответил Циян, замерзнув за мгновение.

Он поспешил отступить от порога и невольно прижался спиной к Гуань Яну, который тут же вытянул руку и закрыл дверь перед носом. Сорвав с пояса сосуд со снадобьем, Циян сделал быстрый глоток и пожалел о том, что Юй-ди забрал у него систему, ведь теперь некому будет предупреждать о степени переохлаждения.

– Стоит вернуться обратно в гостевую комнату, там для тебя тепло и безопасно, – заботливо предложил Гуань Ян, поправляя плед на его плечах и согревая дыханием шею.

Циян нахмурился, глядя на дверь и думая о трупе по другую сторону. Пускай в том теле не было ничего такого, жизнь не готовила его к ночевке с мертвецом – было в этом что-то ненормальное и отвращающее.

Он покачал головой и сказал:

– Не хочу оставаться в доме. Пойдем на улицу, проветримся. – Он скользнул вправо и, на ходу выпивая еще снадобье, зашагал к центральным дверям.

Гуань Ян, даже если и хотел, не стал ничего говорить или останавливать его, и словно тень направился следом. Они вышли на веранду, где их сразу окутал аромат ночной свежести, и спустились по ступеням. Циян провел их на небольшую поляну, на которой они утром фехтовали. Притоптанная трава за день выпрямилась и вновь стала мягкой и