Читать книгу - "Фантастика 2026-46 - Галина Дмитриевна Гончарова"

начальник орденской Патрульной службы – бригадный генерал Юджин Эдвард Уоллес, но с ним лично я не знаком, да и он меня вряд ли знает. А кто и почему сегодня возжелал моего скорейшего присутствия в определенном месте – без понятия. Обождем, сейчас охрана сверится со своими журналами и все сообщит. Через такую процедуру я уже проходил не раз.

И это даже не ложь, действительно – проходил. Правда, вот конкретно в Порто-Франко со мной подобное случилось впервые, здешние мои дела редко имеют высокую категорию срочности, обычно жаждущие вызвать меня "на ковер" или просто на рабочее место ограничиваются телефонными звонками. Но, как говорится, начальству виднее. А у меня, уж так вышло, таковых начальств по факту несколько больше одного... Пока они друг другу не мешают, меня сия двойственность волнует мало. Возникнут сложности, тогда и буду что-то предпринимать на эту тему.

Ожидание продолжается недолго – очевидно, с блокпоста подали сигнал куда следует, и буквально через несколько минут оживает мой мобильник, в который я, как обычно, вставил местную симку. На той стороне Геррик, судя по голосу, в очередной раз кем-то заезженный.

– Влад, дуй сразу в участок.

– У кого проблемы? – вежливо интересуюсь я.

– Пока не у тебя. – Между строк легко просматривается: "и в твоих же интересах, если так будет и дальше".

– Понял, сейчас буду.

Завожу "комбик", благо движок на местной жаре остыть и близко не успел, и вновь проезжаю КПП. Дополнительного аусвайс-контроля не требуют, машут рукой – двигай, мол, начальство ждет. Гонять по улицам Порто-Франко не рекомендовано никому, однако при размерах здешнего мегаполиса езды от блокпоста по Главной улице до поворота на Овальную, где и находится здешний "полицейский участок" – аж шесть минут с учетом парковки.

Стажерку я еще по дороге сориентировал "бери личные шмотки и марш в гостиницу, бо меня тут и до утра продержать могут"; Хуана так и делает, а я интересуюсь у дежурного на входе, где горит.

На сей раз меня жаждут лицезреть не в кабинете у Геррика, а сразу в переговорной; однако, действительно нерядовой вопрос. Пусть день и будний, но к половине восьмого большое начальство уже предпочитает расползаться на отдых, а всякая мелочь вроде второго зама третьего помощника старается не сильно занимать конференц-зал.

Насколько большое начальство присутствует в переговорной конкретно сейчас – не знаю, из десятка персон мне знакомы только Геррик и парочка патрульных из здешнего отделения, ну и территориальный агент Джонс. Все гости, как и Джонс, в костюмах и галстуках, ну как же, униформа "деловых людей" уровня как орденских директоров, так и младших клерков, гордящихся своей принадлежностью к белым воротничкам.

Впрочем, нет: младшие клерки не заставили бы ни Джонса, ни тем более Геррика сидеть по стойке "смирно".

Ширмер, кстати, на встречу не пригласили.

– Узнаете? – не успеваю я опуститься на стул, как передо мной уже лежит раскрытая офисная папка, а в папке хорошая фотокопия на пол-листа. Изображен там тип невыразительной наружности, которому за некоторое время до фотосеанса кто-то – для выразительности, наверное – всадил пулю в лоб. В физиономистике я ни разу не эксперт, но выстрела покойник скорее всего не ожидал, плюс судя по общему его виду, труп пролежал на местном солнышке не слишком долго. Калибр пули, точное время смерти и прочие нужные для следствия подробности, которые я помню из детективных романов, пускай определят при вскрытии более компетентные персоны, я же могу лишь ответить на вопрос:

– Имени не знаю, лицо знакомое. На прошлой неделе в ночь с пятницы на субботу этот деятель вскрыл дверь ко мне в номер и передал два слова: "забудьте Россиньоля".

– Точно он? – мрачно уточняет Геррик.

– Ну, дырки от пули у него тогда не было, плюс на подбородке имелась пара порезов, как от не слишком аккуратного бритья. А так очень похож, если только у него нет брата-близнеца.

– Ты еще вроде говорил, у твоего ночного визитера была татуировка на правой руке.

– Видел такую, как раз пониже запястья, на тыльной стороне ладони. На вид – старая, нечеткая. А одет был в китайский спортивный костюмчик, сетчатые кроссовки и бандану.

– Пес с ней, с одеждой, ее можно и сменить, но у нашего-то... клиента никаких татуировок нет, даже и нечетких, – замечает агент Джонс.

Пожимаю плечами.

– Намалевать что-нибудь на коже такими чернилами, чтобы не смывались водой, а сводились, к примеру, спиртом или раствором ацетона, – прием не новый. А зачем, вопрос не ко мне.

Высокое собрание переглядывается. Джонс барабанит пальцами по столу, изображая помесь мазурки с имперским маршем.

– Спасибо, мистер Щербань, – наконец подает голос один из незнакомых мне "костюмов", приятно удивив правильным произношением моей непривычной большинству западных товарищей фамилии. – Пока можете быть свободны, но в ближайшее время вам лучше оставаться на связи и в пределах досягаемости.

– А можно вопрос? – интересуюсь я, прежде чем подняться.

– Вопрос – можно, ответ не обещаю, – вполне в моем тоне отвечает Геррик.

– Ваш... клиент – это Россиньоль?

По дружному молчанию понимаю, что угодил в яблочко. Хмыкаю и встаю со стула, вполголоса заметив как бы себе под нос:

– Жан-Оливье-Роже-Актеон.

– А ну сидеть! – рявкает Джонс.

Снова пожимаю плечами:

– Могу и сесть, а что толку?

– Кто еще в курсе?

– Тот, кто получил сигнал, что вечером в пятницу, тридцать второго, некое досье было вызвано для прочтения архивным отделом Патрульной службы Порто-Франко, и выяснил после этого, кто его собственно читал, а затем, ни с кем более не согласовывая, сверхоперативным образом отправил ко мне с посланием сами знаете кого. Потому как вряд ли все это дело сорганизовал сам же, как вы выражаетесь, ваш клиент.

– Что вы еще о нем знаете?!

– Да ничего я не знаю, кроме того нечитаемого досье и вашей реакции на него и все... окружающие события. Но предположить-то могу.

Геррик разворачивается к тому "костюму", который правильно произнес мою фамилию.

– Мистер Кларенс, если не хотите выдать больше, чем получите взамен – не рекомендую вам выслушивать эти предположения. Разве что Влад представит их в письменном виде, и читать сей меморандум вы будете в одиночестве.

Джонс хмыкает, знакомые местные копы понимающе ухмыляются. Кларенс ограничивается кивком.

– Не вижу оснований не доверять вам, Артур, однако в данном случае предпочту рискнуть. Влад – не возражаете, если буду обращаться к вам так? – я всем видом демонстрирую, что нисколько не возражаю, – хорошо, в таком случае – слушаю вас.

Ну, мысли в порядок