Читать книгу - "РЕЙД - Борис Вячеславович Конофальский"

— Денис, разворачивайся… Пройдёмся ещё раз. — Говорит прапорщик наконец.

— А лейтенант не сказал, где Глаз в воду сиганул? — Уточняет Кульков.

— Лейтенант и не знал о том, это пленный нам потом рассказал. — Объясняет Саблин. — Если бы знал, он на уходящую лодку плюнул бы, да стал Глаза вылавливать, Глаз ценнее лодки.

В общем развернулись и пошли обратно, на малых оборотах:

— Николай, по правому борту смотри.

— Есть, — отзывается Кульков.

Сам прапорщик садится ближе к борту левому.

— Значит, Глаз почуял, что настигают и в воду кинулся… — Вслух рассуждает Кульков, разглядывая воду и корневища рогоза. — Бросил товарищей, дескать, вы уже сами как-нибудь, а я сам.

— Да, может и не сам… — не соглашается с ним Денис. — Может пулей его из лодки вышибло. Тем более, что атаман говорил, что он уже и до того был поранен.

— А сильно? — не унимается Николай.

«Эх, знать бы!»

Ему никто не отвечает, так как Мирон сообщает:

— Аким, два мотора к нам на встречу.

— От острова?

— Так точно.

— Лейтенант. Обещал с нами поискать Глаза по болоту.

Так и вышло, вскоре Фарафонов вышел на связь, и сообщил, что идёт. Это конечно чуть воодушевило Саблина. Вдруг армейцы что вспомнят. Но пока армейские лодки шли к ним, он продрался через заросли кувшинок и рогоз из протоки на большое русло, прошёлся вдоль него… И… Ничего не нашёл. Первозданное болото. Дичь, где нет и намёка на существование людей.

Когда подошёл Фарафонов на двух лодках, они ещё раз все вместе вернулись к убитым бандитам и их разбитому судёнышку. Ещё раз все вместе прошлись по протоке, но и это ничего не дало. Никаких признаков людей вообще. И тогда лодки собрались в одном месте.

Лейтенант перебрался к казакам и по СПВ рассказал всем собравшимся:

— Я на рассвете ещё раз пленного из это лодки допросил, он всё рассказал, как и в первый раз. Они уходили, один мотор уже не работал, Глаз и ещё один человек были уже ранены, лодка набирала воду. До этого они ответный огонь из личного оружие не вели, чтобы в темноте себя лишний раз не обозначать. А тут дистанция уже метров двести была. И тогда Глаз приказал всем открыть огонь по нам, сам достал винтовку и стал стрелять, а когда пленный менял магазин, он увидел, что атамана уже в лодке нет. Где он прыгнул в воду, пленный сказать не может. Мог бы рулевой сказать, он лицом по движению лодки сидел, но ему в шлем пуля попала… И сразу наповал.

В общем приход армейцев ему ничего не дал, а время потихонечку шло к полудню, люди его проголодались.

— Ну, прапорщик, что думаете делать?

А что он в этой ситуации мог думать? Аким вдруг зачем-то спросил у лейтенанта:

— На той лодке пулемёт хороший, новый, снимать будете?

— Я трофейщиков сюда вызвал, они всё снимут. Всё согласно актам и журналу боевых действий. — Аким неспроста начал этот разговор, и теперь понял, что пулемёта он трофейного не получит. А офицер продолжал: — И лодки поднимут — заварят дыры, моторы соберут, оружие и броню… Всё соберут, — успокоил его Фарафонов. — А тот, что я вам выдал, себе оставьте. Спишу. Скажу, что в бою разбили.

— Ну, тогда… — Саблин доволен. Получить пулемёт, пусть даже и не новый… Это… Совсем не плохо. «Утёс-120», и ничего, что старинный, пусть, зато железяка надёжная. А электронику на нём всегда можно поменять. И он протягивает руку офицеру: — Спасибо вам, товарищ лейтенант.

— Вы что, уходите уже? — удивляется Фарафонов.

— Пойду. Сколько мне тут ещё мотаться по болоту? Всё равно этого Глаза не сыскать уже, наверное. У меня же часть новая, формируется только, я отпрашивался почти со скандалом. Так что… Пойду помаленьку.

— Ну, прощайте прапорщик Саблин. Там старшина мой, вас знает, примет как родных, ночуйте у меня в Светлом. — Говорит Фарафонов и вспоминает, открывает свой планшет. — Кстати. Я о вас в рапорте напишу. Вы, как-никак, содействовали, принимали участие в разгроме крупной банды. Давайте имена ваших казачков.

— Это дело, — Соглашается Аким. И перечисляет своих товарищей и номера частей, в которых они служат.

Так и распрощались казаки с армейцами, и пошли на восток.

— Домой, что ли? — Кажется Калмыков рад.

— Да, — коротко отвечает прапорщик.

— Эх! — Расстраивается Кульков. И Аким думает, что он расстраивается, потому что они не выполнили задания. Но тут Карасёв спрашивает у того:

— Николай, а чего ты?

— Знал бы что на остров не вернёмся, компота взял бы бандитского, вишнёвого.

— Понравился? — смеётся радист.

— Очень, — подтверждает Кульков. — Там его в кладовке целые штабеля.

— Я взял одну упаковочку, — продолжает посмеиваться Карасёв. — Под брезентом вон, у рундука.

— Взял?! Молодец! — радуется Николай.

А вот Саблин от этого почему-то злится на Кулькова, говорит Калмыкову:

— Денис, я в кубрик, поему, покурю и тебя подменю.

— Принято, — откликается Калмыков.

— Мирон, пошли со мной, отдохнёшь, — предлагает атаман радисту. И потом вспоминает: — Николай, а ты про кубрик помни.

— Есть, про кубрик помнить! — отзывается Кульков невесело.

— А что ему про кубрик надо помнить? — сразу заинтересовался Калмыков.

Но Саблин на этот счёт распространяться не желает, и лишь произносит холодно:

— Он знает.

Они пообедали, и прапорщик пошёл «на руль», а Денис ушёл в кубрик есть и спать, а тут два мотора им навстречу. Но казаки не очень заволновались на этот счёт. Моторы были медленные, шли по руслу им на встречу. То оказались те самые трофейщики. Широкие посудины со стрелами и тельферами, для подъёма лодки из воды.

— Да, трофеев будет у них навалом, — заметил Кульков, помахивая рукой, в ответ на приветствия трофейщиков. — Лейтенант, может даже, повышение получит.

«Может и получит».

⠀⠀

Глава 7

Саблин был не против того. Фарафонов оказался офицером дельным. Помог ему, что уж там говорить, помог даже больше, чем Аким надеялся, а то, что Глаза прапорщик так и не добыл, так это случай. А на войне, как известно, от случайностей никто не застрахован. А ещё через пару часов они встретили медицинский катер и лодку с охраной. В общем, всё шло по плану лейтенанта.

Попадались им ещё рыбачьи лодки, но до Светлого они добрались без происшествий. Пришли туда в ночь, старшина сказал, что лейтенант об их приходе предупредил. Пока помылись, пока поужинали, а скоро уже и вставать. Аким хотел попасть в Белоярский ещё до ночи. А для того нужно было пересечь Обь и пройти немалое расстояние. У Саблина сил