Читать книгу - "Система для друзей. Том 2 - Люцида Аквила"

твоих интересах сделать так, чтобы он не пострадал и жил до тех пор, пока сам не захочет уйти на покой. Потому что если я лишусь еще и его, то от этого мира, будь уверен, не останется ничего.

Юй-ди усмехнулся, выслушав самоуверенные слова молодого бога, клявшегося стереть мир в порошок, если все сложится не так, как он желает. Немного поразмыслив, он начал подниматься с трона.

– Рад, что наши с тобой интересы совпадают – я тоже не хочу снова потерять Гуань Юя, – серьезно произнес Юй-ди. Он спустился к ним и встал напротив, накрыв своей необъятной тенью. – Чтобы все остались довольны, я совмещу две вещи: накажу тебя и защищу его. – Голос его прозвучал беззлобно, но строго, а вокруг закружилась блестящая белая пыль. – Яньло-ван, за нападение демонов на школу Нефритовой печати, попытку разрушить мир и вторжение на небеса ты приговариваешься к столетнему наблюдению за Ю Цияном. Отныне, во избежание божественной кары, ты обязан оставаться рядом и оберегать его ото всех бед, чтобы его жизнь протекала мирно и беззаботно и ничто не угрожало его безопасности. – Юй-ди перевел взгляд на Цияна, чьи глаза распахнулись от удивления. – Я дарую тебе статус «неприкосновенный», привязывая к тебе сильнейшего защитника из всех возможных. Отныне твой голос для него закон, только по твоей воле он сможет освободиться от бремени раньше, чем подойдет срок. Он будет слушаться тебя и помогать, потому что теперь этот бог твой.

У Цияна мысленно упала челюсть, пробив мраморный пол до земного ядра. У него совершенно не нашлось слов ни прокомментировать это, ни возразить. Сердце заколотилось как бешеное, кровь застучала в висках, а он сам будто оказался во сне, который точно не мог быть явью. Но сильнее того, что он обрел могущественный статус, его потрясло то, что Гуань Ян молча принял свое наказание. Сказанное Юй-ди явно не было пустым звуком: каждое его слово наполняла сила, а значит, его монолог был заклинанием, которое не позволит оступиться. Владыке Диюя стоило бы воспротивиться, чтобы остаться свободным, но он даже бровью не повел, чем Циян поразился еще больше.

Они оказались связаны в один миг. Он обрел сильнейшего цепного пса, которого можно только пожелать. С одной стороны, это стало глотком свежего воздуха, а с другой – начало душить. Как бы сильно Циян ни хотел воссоединиться с лучшим другом, он все еще не мог вернуться вместе с ним на пик Зелени. Теперь его волновал не столько покой бессмертных, сколько безопасность Гуань Яна. Что, если эти безумцы нападут на него, как небожители?

«Нет, нет и еще раз нет!» – встревоженно подумал Циян.

– Владыка… – тихо позвал он, – это щедрый дар, но появление Яньло-вана уже вызвало панику среди заклинателей школы и в мире, его считают злодеем, и никто не поймет, если мы будем находиться рядом друг с другом.

– Думаю, ученики школы примут его, если ты расскажешь, что Яньло не контролировал то нападение и искренне пытался остановить его, а также о том, что он не собирается вредить миру.

«Что?» – в недоумении подумал Циян, с застывшим лицом глядя на Юй-ди, который, по сути, не сказал ни слова лжи. Окружающие не знали подробностей нападения, а сам он не рассказывал, что за этим частично стоял Гуань Ян, поэтому ничто не мешало обелить его и решить ворох проблем.

– Н-но, он же… по его вине… – забормотал Циян, вспоминая лица умерших и битву.

Гуань Ян сокрушенно опустил взгляд, и Юй-ди, заметив это, расстроенно покачал головой. Сделав шаг, он успокаивающе положил ладонь на плечо Цияна, заставляя посмотреть в глаза, и произнес:

– Яньло-ван не имеет права забирать души тех, кому предначертано долго жить. Жизнь может оборваться или продолжиться по его воле не раньше или не позже, чем через год. Этот срок когда-то давно сочли приемлемым, чтобы хоть немного контролировать жизнь и смерть. Ученики, которые пали в тот день, так или иначе погибли бы в течение следующего года или уже прожили дольше положенного и их время пришло. Понимаю, смертным и год может показаться вечностью, но все-таки это меньше, чем десятилетия.

Циян поджал губы, размышляя над услышанным. Он знал, что силы Гуань Яна имеют ограничения, поэтому слова Юй-ди звучали логично, но почему-то Циян не мог с легкостью это принять. Объективное смешалось с субъективным, когда в мыслях снова всплыли фрагменты битвы, крики, кровь и изувеченные трупы подростков. Это было тяжелое и травмирующее событие, и как бы его ни заверяли в том, что все было предрешено, оно уже врезалось в память. Циян мог перестать винить Гуань Яна в чужих смертях, но он никогда не забудет, что тот бой случился по его вине. И пусть раны на сердце со временем перестанут болеть и напоминать о себе, но рубцы останутся.

– Но если он не убил никого «лишнего», почему вы наказали его за то нападение? – спросил Циян, чтобы окончательно все прояснить.

Юй-ди с легким разочарованием взглянул на Яньло-вана.

– Забрать души, которые и так скоро отправятся в Диюй, – это одно, а призвать полчище демонов и перепугать полмира – другое. Этого он не должен был совершать. – Он вновь посмотрел на Цияна и больше не произнес ни слова, но в своей голове тот услышал: «Ты можешь принять его и не винить себя за это. Он не убийца и никогда не забирал в Диюй жизни тех, кому предстоит годами гулять по белому свету. Даже сейчас, ненавидя небесный чертог, он не забрал никого из небожителей. Наш Яньло-ван лучше, чем кажется, у него есть здравомыслие, и он хорошая компания для тебя и защита для школы».

Циян вскинул брови, глядя на Юй-ди – на последнего, кто, должно быть, взялся бы нахваливать Яньло-вана.

«Владыка так добр к своим подданым, – с мягким смешком подумал он, отводя взгляд. – Просите принять его, но разве я уже не принял? Разве смогу отказаться от него теперь, зная, кем он на самом деле является? Даже если он нанесет мне сотню новых ран, которые я не забуду, я все равно не отвернусь от него. Раз вы желаете его возвращения на пик Зелени, значит, так тому и быть, я ведь не могу пойти против воли верховного божества, когда и сам рад не расставаться. Остается только надеяться, что его примут и не тронут, а он сам в будущем не натворит бед. Я бы не хотел его больше ни в чем винить».

Нефритовый император молчаливо улыбнулся, слегка приподняв