Читать книгу - "Сердце шторма - Рая Арран"

Таким же чуждым большинству, неказистым с виду, обделенным вниманием. Подобное притягивает…

Он вздохнул, и девушка вздрогнула. Хороший момент, чтобы раз и навсегда избавиться от навязчивой поклонницы. Ее даже не нужно прогонять, достаточно просто уйти. Исчезнуть из виду и позволить ей самой пережить этот странный приступ откровенности и слабости. И это сразу излечит ее от мнимой влюбленности. И разобьет сердце. Наверное, так бы мог поступить Педру, сказав, что это хорошая проверка для выдержки и контроля… хороший урок… особенно для той, что всем видом показывала свою силу, когтями и зубами отстаивала право сражаться и презирала слабость влюбленных сокурсниц.

Диогу медленно поднялся. Медленно пошел по аллее к ближайшей скамейке. Все еще не уверенный, что поступает правильно.

Девушка успела пару раз всхлипнуть и зажать рот рукой, заглушая прорывающиеся рыдания. Но Диогу принял боевую форму, и Ривера замерла, затаив дыхание.

Он, медленно перебирая лапками, подошел к ней. Поднял маленькими обезьяньими ладошками предложенную миску и сел рядом, поджав под себя паучьи лапки. И стал медленно пить молоко.

Какое-то время девушка молча наблюдала за ним, потом несмело протянула руку и погладила по спине. Диогу почувствовал нервную, нестабильно пульсирующую силу и вздохнул.

Без всякого опыта отношений с человеческими женщинами ему стало ясно, что будет дальше.

Слезы.

Едва он поставил на землю опустевшую миску, девушка подхватила его на руки, прижала к груди и заплакала.

Диогу ждал и даже успел умилиться от того, как нежно и аккуратно колдунья пытается его держать. Словно боится сломать маленького паука как хрупкого котенка, совершенно забыв, кто перед ней на самом деле. И все же Диогу улучил момент, когда хватка стала совсем слабой, чтобы незаметно вывернуться.

Когда девушка почувствовала, что ментор, приняв человеческий облик, обнимает в ответ, она бросилась ему на шею и зарыдала взахлеб. Диогу осторожно взял ее на руки и поднялся.

Ривера тут же попыталась свернуться у него на груди.

Диогу поглядел на скамейку, куда планировал усадить студентку, и понял, что оторвать девушку от себя не получится.

— Что ж…

Он осторожно сел сам, позволяя колдунье окончательно скомочиться у него на руках и выплакаться.

Солнце, казавшееся таким далеким и прохладным, успело подняться над деревьями, согреть город теплом и сожрать все тени, а Ривера все сидела на руках Диогу, уткнувшись носом в насквозь промокшую рубашку.

Наконец она начала затихать и приходить в себя. Опустила плечи, ослабила хватку. Подняла глаза на Диогу и, жутко смутившись, попыталась отстраниться. Он с готовностью позволил ей слезть с колен и усадил рядом с собой на скамейку. И на всякий случай взял за руку. Девушка сжала его пальцы, но тут же отпустила.

— Простите меня… — прошептала она осипшим голосом. — Простите, ментор Диогу. Я такая дура.

— Вы преувеличиваете. Вы не глупее многих, сеньора.

Она покачал головой:

— Да что вы… Я же… Я правда в вас влюбилась. Вы сначала показались мне просто хорошим. Таким спокойным. Немного загадочным. Грустным почему-то, а потом… Я сама не поняла, как начала видеть в вас мужчину… И совсем забыла, кто вы на самом деле… хотя так старалась себе напоминать…

Она высвободила свою руку и стерла с лица слезы.

— Глупость…

Диогу обнял ее за плечи и привлек к себе. Ривера послушно опустила голову ему на грудь. Наверное, он мог бы сказать что-то умное и важное. И несомненно правильное. Но он просто молчал. Сидел и молчал, и гладил все еще дрожащую девушку по плечу. И с удовлетворением и облегчением прислушивался к ее силе. С каждым мгновением затихавшей, возвращавшейся в глубину сознания тихими спокойными переливами, вместо яростной пульсации.

— Спасибо вам, — сказала она наконец. — Спасибо, что не прогнали.

Она встала и посмотрела на высившиеся за деревьями крыши.

— Кажется, я пропустила половину занятий…

— Нет, вы пропустили их все. Потому что сейчас пойдете приводить себя в порядок. И спать. Вам нужно поспать. И поесть.

— Ментор Педру меня убьет.

Диогу усмехнулся. Убьет вряд ли, а вот доброй порцией насмешек вполне может наградить. Диогу тоже задержался в саду дольше, чем нужно, и главный ментор это заметил. И пока Ривера рыдала, спрятавшись от всего мира, Диогу трижды чувствовал, как Педру появляется поблизости. Тем не менее главный ментор не подходил и даже не пытался связаться с Диогу по ментальной связи. А значит, посчитал происходящее не просто глупой прихотью.

— Я объяснюсь с ним. Скажу, что вы были на внеочередной практике. — Диогу поднялся и пошел вместе со студенткой к выходу из сада.

— А можно… — решилась спросить она уже у самых ворот, — можно я буду иногда к вам приходить? Сюда. Я знаю, Вера приходит… Ухаживает за хризантемами. Я тоже могу. За пионами. Или за чем скажете.

Диогу улыбнулся.

— Это Вера рассказала вам про молоко?

— Да. И про погладить. Рассказала, как ее учили не бояться вас. Я и запомнила… Так можно?

— Конечно, можно. Лишних рук в саду не бывает. Буду рад вас видеть.

Она сделала еще пару шагов к воротам, но передумала, вернулась и еще раз порывисто его обняла. Уже без боли и попытки сломать ребра или свернуться клубком. Просто с благодарностью и какой-то светлой грустью. Диогу погладил ее по голове и еще раз сказал про поесть и поспать.

— Спасибо, — повторила она и ушла, не оборачиваясь.

Диогу выдохнул и пошел вглубь сада. Дойдя до скамейки, около которой все еще стоял пакет молока, он сел и опустил подбородок на сплетенные пальцы. И сидел, и думал. Довольно долго. Из задумчивости его вывел только появившийся на аллее главный ментор.

Педру расположился на соседней скамейке и с интересом посмотрел на Диогу, слегка приподняв брови.

— Что ж… Я, кажется, начинаю понимать, как на самом деле работает твой сад…

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. Глава 1. Исследователи

1991 год, июнь, Московская Академия

После долгой и утомительной прогулки по парку Алиса и Алеша сидели в библиотеке. Сегодня они прошли два полных круга по территории, несмотря на беспокойство девушки, выражавшееся в постоянных попытках усадить Алешу отдохнуть на скамейку. Ее забота умиляла, но больше радовало то, что фразу «я не устал» Алеша произносил все честнее и увереннее. Как и заверял Батарейка, восстановление шло чем дальше, тем быстрее, и если в первые месяцы после операции Алеша с трудом отвоевывал каждый навык, то за последнюю пару недель