Читать книгу - "Русич: Бей первым. Колонист. Генезис - Владимир Геннадьевич Поселягин"

по следам от зубов, я не первый, кто её ест, а скорее доедает. Думаю, она со стола взята, где обед проходил, то, что не доели. Тьфу, да фигня – это всё, я живой, новое тело, почти здоровое, чем не радость? Единственно, я плохо понимал, где нахожусь и что вообще происходит, и я надеялся с помощью этой пары мальчишек разобраться наконец с этим. Кто же отпустит такие потенциальные источники информации, тем более те сами не торопились уходить, глядя, как я торопливо насыщаюсь. Ну, а я пока ел, задавал вопросы, начав с такого:

– Други, я не помню, за что меня? И вообще, где я?

– Ого тебя высекли, аж памяти лишился, – протянул старший из парнишек, и дальше мне оставалось только жевать и слушать, так как информация полилась на меня рекой.

Звали прошлого хозяина этого тела действительно Михаилом, или, как тут принято, Михайло. Хотя, может, это и не настоящее имя, мои друзья по несчастью знакомы были с Михайло всего две недели. А всё просто, группу сирот-бродяг на дороге заприметил боярин и силой захолопил их, в слуги себе взял. Было такое на Руси, и, надо сказать, не редкость. В городах, конечно, такого не встретишь, а вот где в глуши легко, там надо гулять с оглядкой, но не всем везёт. Свободолюбивый Михайло сбежал при первой же возможности, через три дня его привели, отловили где-то, и вот, в назидание другим, высекли жёстко, насмерть, не жалея. И то, что я выжил, а сейчас уже я, не Михайло, благодарить нужно не их. На дороге вместе с Михайло было ещё пятеро сирот, что подались из Коломны в Рязань, да вот не дошли, всех захолопили, по дороге и познакомились, но кто такой в действительности Михайло, они не знали. Считали, что тот себе на уме, даже бежал один. Где находится это имение, представляли приблизительно, где-то на полпути между Коломной и Нижним, потому как их долго везли на телегах в обозе связанными. Боярина звали Алексей Кувшинов, и тот владел тремя деревушками, ближайшая к имению называлась Гороховка, она за холмом находилась, с другой стороны озера. Вот и вся информация, которую я получил с ребят, да те больше и не знали.

Надо сказать, я полностью поддерживал стремление бывшего хозяина тела, быть холопом я не хотел, причём категорически, да и за спину надо поквитаться. Может, стегали и Михайло, но болела-то она у меня. Бояр таких наглых я тоже недолюбливал, постараюсь и до него добраться, благо, в отличие от бывшего хозяина тела, я настоящий воин и пластун, мне местные крестьяне на один зуб… Ну, когда восстановлюсь да подкачаюсь, а пока надо затихариться, делая вид, что смирился. Пока не восстановлюсь, смысла дёргаться я не вижу, ну и попросив парней говорить всем, что я плох, даже ходить не могу, ноги не держат, чтобы выиграть побольше времени, отпустил их, а сам, устроившись на соломе, задремал после сытного обеда, или, скорее, завтрака, сейчас утро ещё, судя по встающему солнцу, я бы сказал, часов десять дня, забылся беспокойным, но, главное, сытным сном, устроившись на животе. На спине я, похоже, ещё долго спать не смогу.

* * *

Меня действительно не трогали шесть дней, парни таскали еду и мазь, и сами накладывали её, только вчера её отказались выдавать, мол, хватит тратить, был бы человеком, а тут холоп, не подох, и ладно. Я запомнил, к тому же считал, что прерывать процедуры с мазью ещё рано, её бы ещё неделю накладывать. Жаль, портится быстро, дней десять после изготовления, и всё. В последний раз мазали подпорченной уже, а местному травнику, или, как оказалось, травнице, той старушке с неприятным лицом, было лень для меня новую порцию делать. Ну и фиг с ней, воспаление сбить удалось, и это главное, теперь уже выживем.

А под вечер этого шестого дня, я как раз поверху ходил, разминался, но осторожно, чтобы не тронуть коросту на спине, чтобы сукровица не потекла, на сеновал забежал перепуганный парнишка, один из захолопленных сирот-бродяг. Его Петром звали, тот, посмотрев на меня, прошептал помертвевшими губами:

– У Прошки корова в болоте утопла. Там, где заливной луг. Его же теперь забьют насмерть.

Прошка – это тот парень, которого я встретил в первый день с гусями. Проступок действительно очень серьёзный, и забить насмерть, то есть высечь, его действительно могли. Тем более Прошка и так здоровьем слаб был, и кнута не выдержит, и ему однозначно бежать нужно, а судя по нервам прибежавшего Петра, они все были на измене и собирались рвать когти, как говорил мой сосед по лестничной площадке в позапрошлой жизни. То есть пацаны явно собирались податься в бега, ну и вот гонца ко мне прислали, Петра. Я уже наслушался, каков тут суровый нрав у боярина, поэтому, быстро проанализировав ситуацию, сказал:

– Уходить надо, всем вместе, пока не прознали беду такую. Одежду, что есть, забрать, что сразу не заметят, кошму эту, чтобы спать в лесу, еды побольше и, главное, что из оружия. Ножи или лук.

– Ножи и лук в боярском доме, кто же нас туда пустит? – резонно возразил тот.

– А кто их спрашивает? – спокойно спросил я. – Заберитесь незаметно да пошарьте по сундукам. Старайтесь поискать там, где охотничьи трофеи есть. Вроде боярин, как дворня говорит, охотиться любит, значит, всё у него есть. Рогатину найдёте, тоже берите, штука нужная. Как выжить в лесу, я знаю, но нужно хоть что-то, чтобы там не помереть. Кресало с трутом не забудьте. Тут во всём я вам не помощник, сам видишь, в каком я состоянии, но иду с вами. Сейчас я по-тихому дойду до выхода, надо, чтобы меня вывели незаметно с усадьбы. Подумай, как это сделать.

– Угу, я сейчас.

Голова мальчонки скрылась внизу, а я, осторожно ступая, подошёл к соломе и поднял рубаху. У Михайло она всё же была, я теперь спал на ней, и, завязав рукава на поясе узлом, я присел и стал осторожно скручивать войлочный коврик кошмы в валик. Когда я подошёл к провалу люка вниз, там послышалось шуршание, и появилась голова Петра, тот быстро зашептал:

– Сейчас Немой навоз со двора повезёт, можно там всё спрятать. Нас троих как раз грузить поставили навоз из коровника.

– Отлично, я спрячусь под навозом, и всё, что сможете набрать, там же и укроем, а когда навоз вывезем за тын… а куда его возят?

– К дальнему оврагу, – сразу же ответил Пётр, я, например, этого не знал и тут же попытался выяснить расстояние. – Много полётов стрелы от имения будет, там кустарник у оврага, от ворот его