Читать книгу - "Фантастика 2025-185 - Дмитрий Львович Казаков"

ровно. Человек расправил ладонями чуть топорщившуюся поверхность, разгоняя складки, и потянулся за следующим рулоном — всего здесь ему надо было заменить шесть кусков постаревшей и пришедшей в негодность теплоизоляции.

Уложив последний, он окинул взглядом результаты своей работы и остался доволен — «мешок» ничем не выделялся на общем фоне. Дело сделано.

— Эй, как ты там? — окликнули его из соседнего салона. — Не копайся, скоро ланч!

— Заканчиваю! — бросил ремонтник через плечо, не оглядываясь. Руки его, ставившие очередную секцию внутренней обивки салона на место, не дрожали — ведь они выполняли так хорошо знакомую им работу.

* * *

— В течение всех последних десятилетий мы шаг за шагом, медленно, но неуклонно продвигались к нашей Цели — по основному варианту развития событий.

Двенадцать человек, собравшихся в небольшой комнате без окон, внимательно слушали тринадцатого. Где могла находиться эта комната? Да где угодно, в любом укромном уголке на любом из материков планеты, под землёй или даже на дне океана. Или наоборот, в одном из густонаселённых мегаполисов, только в таком районе, куда простому смертному, — пусть даже отягощённому солидным официальным статусом, — хода нет.

— Однако в последнее время обозначилась некая тенденция, весьма опасная, которая не может нами игнорироваться и требует корректировки плана наших действий, — Арчибальд Эссенс — а именно он был тем тринадцатым — сделал паузу. Его не торопили — собравшиеся здесь были единомышленниками и знали, о чём идёт речь.

— Сокращение населения цивилизованных стран, — продолжал докладчик, — совпадает с нашими интересами: меньшим числом людей легче управлять, а вероятность выброса чего-то нежелательного и непредсказуемого пропорционально снижается. Нашему обществу на этой планете и не нужно много людей — справедливость теории «золотого миллиарда» для всех нас сомнению не подлежит. Однако третий мир упорно не приемлет наши принципы, и главное…

— …они плодятся, как крысы на помойке! — раздражённо произнёс кто-то. Никто из присутствующих не счёл эту реплику нарушением регламента — встреча правителей Земли начала XXI века отнюдь не копировала чинные саммиты и прочие тусовки на высшем уровне: здесь вещи называли своими именами, без ненужной траты слов и времени.

— Именно так, — кивнул Эссенс. — Ладно бы, если рост численности населения стран третьего мира ограничивался бы только самими этими странами, но разноцветный поток подмывает устои нашей цивилизации. Они сочатся во все щели, и что самое парадоксальное — мы сами помогаем им в этом.

Человек по имени Арчибальд Эссенс ничуть не сгущал краски.

Белокожие жители Америки и Европы — сытые, здоровые, получившие прекрасное образование, — занимали свои престижные места в офисах банков и компаний, шелестели там клавишами компьютеров, осуществляя самый справедливый делёж всего того, что производилось, покупалось и продавалось во всём мире, и не мыслили себе иной работы. Если по каким-то причинам кто-то из них выбывал из гонки за престижем и становился безработным, он отнюдь не спешил податься в уборщики мусора или в мойщики стёкол, предпочитая жить на вполне приличное пособие и ждать, пока удача снова не повернётся к нему лицом.

А за станками, за рулями тяжёлых грузовиков и автобусов, на стройплощадках и на палубах кораблей, в кассах супермаркетов и в приёмных покоях больниц, за стойками баров и в рецепциях гостиниц белых сменяли смуглокожие люди — иммигранты из Индии и с Филиппин, из Латинской Америки и арабских стран. Они брались за любую работу — ведь здесь за неё платили так, как никому из них и не снилось у себя дома. И многие оседали здесь, доказывали свою полезность для дальнейшего процветания страны, ставшей им новым домом, и получали её гражданство. И они действительно были нужны — не всем же быть директорами корпораций и топ-менеджерами. И рождались в их семьях дети — много детей, становившихся гражданами по праву рождения. Дети росли, и смотрели на окружающую их роскошь с завистью и жадностью, и ждали своего часа.

«Новые варвары» не штурмовали твердыни белой цивилизации, не взламывали таранами неприступные стены, не забрасывали на зубцы башен крючья верёвочных лестниц. Их пригласили внутрь этих крепостей сами их обитатели — пригласили для того, чтобы варвары подметали двор, чистили котлы на кухне, ухаживали за скотом и прислуживали господам. А потом — потом случилось неизбежное: многочисленные пришельцы заявили о своих претензиях на место под солнцем.

Коренное белое население Америки и всех развитых стран Европы старело. Стариков становилось всё больше и больше, молодых — всё меньше и меньше. По закону всего живого и дышащего старики уходили, уходили рано или поздно, несмотря на все достижения медицины и на увеличение продолжительности срока жизни, и некому было их сменить — у господ было мало детей и ещё меньше внуков, не говоря уже о правнуках.

Всё это было хорошо известно людям, собравшимся здесь, в этой комнате. Знали они и о том, что в итоге изменение демографического состава населения планеты может привести — и, скорее всего, неизбежно приведёт, — и к смене социальных ориентиров, а это уже никак не устраивало правителей.

— Если в результате реализации проекта «Печать» — а у нас есть основания полагать, что он будет успешно реализован, — подчеркнул Эссенс, — мы получим работоспособные образчики слуг, проблема рабочей силы будет решена. Тогда мы сможем сосредоточить свои усилия на действиях по основному варианту.

— И ты считаешь, Арчибальд, что варвары на этом успокоятся? Ты забываешь об их экстремистском крыле — о тех, кто уповает не на медленное вытеснение белых, а на оружие, на масштабные террористические акты с применением самых разрушительных средств.

— А это нам на руку, — губы Эссенса исказила его знаменитая псевдоулыбка. — Пусть попробуют! Заявления на правительственном уровне о том, что ответом на террористический акт с использованием оружия массового поражения будет одновременный ядерный удар по всем мусульманским святыням, уже сделано. Руки у нас развязаны, а водородной бомбе как-то безразлично, сколько тысяч — или даже миллионов — людей окажется в эпицентре взрыва.

— Хм-м… Хирургический метод… А что, это мысль, — произнёс тот же голос. — Как показывает история, ответственность за начало войны возлагается не на того, кому эта война действительно была нужна, а на того, кто сделал первый выстрел. Вспомните праведный гнев, охвативший нацию после нападения японцев на Пёрл-Харбор или после 11 сентября, — на таком фоне любые наши ответные действия кажутся оправданными. Я даже считаю, что нашим спецслужбам не грех и чуть расслабиться — пусть прозевают, например, какой-нибудь балкер, гружённый тысячами тонн гексагена под видом цемента и направляющийся в один из наших портов. Пусть будет эффектный бу-у-ум — зато потом…