Читать книгу - "Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин"

А откуда ты и Хоггейн восстанавливаете свои запасы?

— Из мирового эфира, — ответила бывшая экономка, — только тут, под землёй, из-за того, что Дрэйхи поставили артефакты-отражатели, иначе ограничители, сырой маны вокруг в разы меньше, чем там, наверху. Но нам всем, жителям Варга, хватает подпитаться.

— И всё же этого недостаточно, потому ты так неважно выглядишь?

— Старше своего возраста? — грустно усмехнулась женщина.

— Ага.

— И это тоже.

— Вот есть звёзды, которые состоят из уровней или ступеней, понятно, что, например, кузнец с одной звездой сделает меч куда хуже конкурента с двумя звёздами. Есть ещё преимущества в силе, ловкости, скорости реакции. А как насчёт мыслительных процессов?

— Звёзды влияют на умственные способности, безусловно, но не шибко. Тот же Борг с одной звездой и первым уровнем, его отец обладатель двух звёзд, но что первый, что второй непроходимые тупицы! В этом плане они не шибко друг от друга отличаются.

— Мозг — сложный орган, и над расширением его возможностей необходимо крепко потрудиться. Ну, хоть здесь халявы нет, — усмехнулась я. — А ещё наследственность, она часто играет немаловажную роль. Есть ещё что-то?

— Чем выше уровень, тем больше энергии накапливает и хранит средоточие, — пожала плечами Элли. — У меня одна звезда с тремя ступенями, я сильно уступаю Хоггу в количестве маны, которая содержится в моём центре.

— Средоточие в голове, верно? Если в затылочной доле, то очень интересно выходит. Мозжечок? Часть мозга, отвечающая за координацию движений, за равновесие и следящая за мышечным тонусом. Кроме того, мозжечок участвует в получении и отправлении информации в области коры, ответственные за умственную деятельность. Это уже любопытнее. А точно в нём, может, вокруг? Или рядом? Хм-м, жаль, не могу посмотреть иным зрением, чтобы насквозь, — я ушла в размышления и не заметила, с каким изумлением Элли на меня глядит.

— Ты явно говоришь какие-то умные вещи, Алиса, — уважительно-шокировано пробормотала женщина, — я мало что уразумела, но центр силы любого человека действительно в голове.

— Прекрасно, просто прекрасно, — покивала я. — Вывод: берегите голову, — и широко улыбнулась. — Ладно, это всё потом. Можешь, пожалуйста, промыть мою рану на затылке и нанести мазь Ерайи? Кстати, а у неё сколько звёзд?

— Две, с одной ступенью.

— Сильная лекарка, — кивнула я. — А почему живёт в лачуге? Тут ведь те, кто получше устроился, обитают в каменных домах.

— Она с причудами, — пожала плечами Элли, — потому ответа на твой вопрос у меня нет.

— Расскажи про работу на плантациях со слизнями? — продолжила выспрашивать я.

Собеседница тем временем достала с полки, прибитой к стене, маленький глиняный горшочек, налила в миску чистой воды, подхватила тряпицу и подошла ко мне со спины. — Волосы у тебя такие красивые, длинные, — восхищённо пробормотала она, поднимая мои тяжёлые косы, чтобы добраться до пореза. Как бы аккуратно Элли ни действовала, всё же тянула за пряди, причиняя боль.

— Знаешь, с такой шевелюрой неудобно, да и опасно ходить, — заявила я, отстраняясь.

— Почему это опасно? — вскинула брови женщина.

— Могут намотать косу на руку и дёрнуть, я потеряю равновесие и стану, пусть ненадолго, беззащитной, а вообще вариантов множество. Есть ножницы?

— Да, как же не быть? — всё шире раскрывала глаза экономка. — Ты чего задумала?

— Стриги. Покороче, — решилась я.

— Ой! — всплеснула руками та.

— Надо, Элли, надо.

Распрощавшись со своей толстой косой, даже выдохнула от облегчения.

— Ну, чего ты печалишься? — попыталась успокоить помощницу я. — Волосы — не уши, отрастут, — и улыбнулась как можно задорнее.

— Ох, госпожа, вы меня с ума сведёте, — вздохнула женщина.

— Да, с прежней мной было спокойнее?

— Тут не поспоришь, — чуть веселее хмыкнула Элли и вернулась к обработке пореза на моей голове.

— Также, как и кристаллодобыватели, работники слизневой фермы встают с сигналом и отправляются на второй или третий уровень. Шесть часов они пашут на Дрэйхов, за это всех их кормят и обеспечивают необходимым минимумом для жизни. Кроме того, у рабочих остаётся полтора часа, чтобы подзаработать на что-то дополнительное. В основном это многодетные родители — они чаще и перерабатывают. За это получают медные монеты, на которые можно купить зерно, муку, нормальное мясо, даже сливочное масло, обувь получше, одежду. Всё это в магазине Дрэйхов, конечно.

— О-о, — округлила глаза я: «нормальное мясо» даже звучало вкусно. — Получается, и мужчины ходят отрабатывать к слизням?

— Те, кто физически не вытянет добычу кристаллов, да. Это не запрещено. Но добыватели получают награду: с каждого взятого целым кристалла в момент разъединения того с гнездом, ему (добывателю) перепадает кроха энергии.

Элли закончила возиться с моей ссадиной и добавила:

— Хочешь пойти на плантацию, чтобы помочь Хоггейну?

— Я хочу помочь НАМ. Спасибо, — кивнула ей и встала с лавки, осторожно потянулась, разминая затёкшие мышцы. — Я во двор.

— Далеко от дома не уходи, — мигом встревожилась Элли.

— Хорошо, не волнуйся, — успокоила её я и пошаркала на выход.

Улица была пустынна, никого. Я свернула за угол нашей лачуги и вдруг увидела в окне соседнего дома, где обитал Борг и его семья, лицо ребёнка-орчонка. Не сдержалась и подмигнула. Малой опешил, округлил глазёнки и нырнул вниз, спрятался.

Доковыляв до задней части дома, присела передохнуть на лавку у стены. Прижавшись затылком о деревянные доски жилища, вгляделась в темноту над собой. Кристаллы, росшие в теле горы, сияли будто тусклые звёзды. Воздух вокруг был наполнен сыростью и чем-то ещё сложно определимым.

Задумалась.

Это не моё тело.

Сей вывод я сделала после прошедшей ночи. К этой мысли я пришла из-за преследующих меня снов. Подтверждением выступало ещё кое-что важное: я буквально физически ощущала, как моя душа поглощает осколки души настоящей Алисы, а точнее, встраивает их в себя; и как крохи сущности девушки сопротивляются этому процессу. Что же произошло там, на третьем уровне, что девочка умерла? Алиса явно хотела жить, она, несомненно, любила свою жизнь.

Возможно, когда-нибудь часть воспоминаний реципиентки ко мне вернётся, и я разгадаю тайну её гибели.

Я снова встала. Походила по двору, наматывая круги, следя за дыханием, разогрелась чуток, сделала лёгкую суставную гимнастику. И вернулась к ходьбе.

— А чего это ты делаешь? — в одной из многочисленных