Читать книгу - "Ухорез 1-5 - Василий Горъ"

Лосевой пока не давала настолько серьезного эффекта — но по уважительной причине: родительница изнывала от желания инициироваться. Причем как можно быстрее и по алгоритму, отличающемуся от предложенного мною. Вот и использовала все доступные аргументы. Хотя нет, не все: самый «нечестный» привела уже после того, как я перешел с бега на шаг и назвал ее вымогательницей:

— Да, вымогательница! Но если моя идея выгорит, то я обрету стихию Мечты!

— Мам, а если и ты упрешься в потолок из трех стихий? — спросил я и получил хорошо обдуманный ответ:

— И что с того? Огонь меня в принципе не привлекает. Отсутствие Земли не расстроит. Целительство — однозначно не мое. А с Воздуха и Воды мы, как я понимаю, начнем. Кстати, мой вариант не потребует выезда из усадьбы в дождь с канистрами бензина на квадроциклах и однозначно не вызовет ненужных вопросов. И еще: ты ведь не забыл, что Голицын просил вернуться во Владимир не позже, чем в воскресенье вечером, следовательно, откладывать первую попытку меня инициировать, мягко выражаясь, не стоит?

— Не забыл… — со вздохом повторил я, вспомнив вчерашний разговор с генеральным прокурором, решительно вырубил дорожку и спросил, где носит Лосеву.

Матушка почувствовала, что победила, и довольно ухмыльнулась:

— В душе: слила на меня всю энергию и пытается научиться ее восполнять. Но примчится по первому же свистку…

— Тогда «свисти» и гони в твою ванную комнату. А я схожу ополоснусь, переоденусь в сухое и все такое… — решил я, спрыгнул на пол, ушел в рывок, похвастался, что он стал на три сантиметра длиннее, забрал у родительницы «глушилку», дал опереться на предплечье и повел к двери…

В ванную комнату ввалился минут через двадцать пять, поздоровался с Лосевой, полюбовался точеной фигуркой матушки, натянувшей ярко-красный раздельный купальник «из прошлой жизни», запретил себе уходить в грустные воспоминания и спросил у дам, готовы ли они к следственному эксперименту.

Анна Филипповна коротко кивнула и забилась в дальний угол, а еще-не-волшебница села правым боком ко мне на коврик для медитаций, намеренно постеленный рядом с душевой кабинкой, выпрямила спину, закрыла глаза, расслабилась и заявила, что будет готова через минуту.

Я выждал полторы. А потом начал закручивать смерч так, чтобы поток воздуха, бьющий матушке в лицо, усиливался очень медленно и не выбивал из состояния сосредоточения. Кроме того, нещадно «резал» заклинание по высоте и не позволял «выворачивать» дверцы шкафа. На пик мощности вывел минут за шесть-семь, прикипел взглядом к личику родительницы и мысленно взмолился, чтобы у нее все получилось. В этот момент где-то на краю сознания промелькнула подленькая мыслишка, что наши планы могут не выдержать столкновения с действительностью, и срыва в инициацию может не случиться. Но я запретил себе сомневаться в нас, раз десять мысленно повторил, что раз мутировала Лосева, то должна мутировать и мама, напомнил себе о том, что последняя нахватала более высокую «дозу», начал высчитывать, насколько, и… чуть не завопил от счастья, когда родительница триумфально вскинула вверх правый кулак!

Подняться на ноги ей помогла Анна Филипповна. И снова вернулась на свое место. А я унял разбушевавшееся заклинание, повоевал с проснувшимися страхами и чуть не зевнул момент, когда новоявленная волшебница вырубила душ, выскользнула из кабинки, поймала мой взгляд и заявила, что «видит» и Воду, и Воздух!

Тут я зачем-то активировал ускорение, кинул умоляющий взгляд на Лосеву, как-то почувствовал, что она готова ко всему на свете, вытащил из кармана полицейский электрошокер, закусил губу и «выстрелил» по мокрому телу.

Матушку начало «медленно» складывать пополам, и я, ускорив себя рывком, поймал ее задолго до падения. Причем, как выяснилось чуть позже, умудрился не потревожить травмированную руку. А через вечность заметил, что на лице любимой вредины появляется торжествующая улыбка, вернулся к нормальному течению времени и хрипло выдохнул:

— Не скажи, получилось⁈

— Да!!! — негромко, но радостно взвыла она: — В моем внутреннем мире — самый настоящий шторм. То есть, вихрь над морем пронизан молниями!!!

— А что с возможностью «взять» четвертую стихию?

Она ушла в себя и вскоре отрицательно помотала головой:

— По моим ощущениям, ядро и без того на пределе…

— А почему этого предела не чувствую я⁈ — расстроенно воскликнул я.

— Вероятнее всего, из-за того, что прошел по самому краю и мутировал либо сильнее, либо дольше, либо жестче, чем мы… — ответила родительница, вцепилась в мою руку, поднялась на ноги, чмокнула меня в щеку, назвала самым классным сыном на свете и… задала вопрос на засыпку: — Оле-е-еж, может, попробуешь «взять» и Молнию?

…Молнию я все-таки «взял». После того, как полностью слил резерв и «настроился» на эту стихию… поймав четыре заряда подряд! Само собой, они были не первыми, поэтому «удовольствия» я наполучал немерено. Но сиял — на зависть летнему солнышку. И нет, не из-за того, что обзавелся пятой стихией: я еще даже близко не представлял, что она может дать, зато не чувствовал ощущения «переполнения» ядра, а значит, в теории, мог «взять» еще и шестую.

Кстати, радовался и тому, что у матушки сам собой прорезался взгляд в себя. Ибо описанная ею картинка «шторма во внутреннем мире» один в один повторяла то, что видел я. Само собой, с поправкой на количество имеющихся стихий.

Ну, и последней составляющей радости стала реакция Лосевой на наши прорывы — она сияла как бы не ярче нас, поздравляла эмоциональнее некуда и однозначно не завидовала от слова «совсем».

В общем, влагу я с себя испарил настолько энергично, что чуть не замерз и был вынужден «включить» огненный покров, в темпе собрал свое шмотье и свалил из ванной. Пока дожидался куда менее шустрых «волшебниц» и воевал с проснувшимся голодом, полюбовался новым сектором, появившимся в ядре, нашел точки, в которых «мультистихийные» магистральные каналы начали «отторгать» Молниевые, попробовал подтолкнуть пульсацию и почувствовал, что она заметно быстрее, чем пульсации Воздуха, Воды, Огня и Земли.

Следующие минут двадцать-двадцать пять «помогал» каналам делиться,