Читать книгу - "Фантастика 2025-40 - Ольга Ярошинская"

обо мне обидно низкого мнения, — усмехнулся Родерик. — Я мастер хаоса, забыла?

— Но не некромант.

Родерик помолчал, оглянулся назад — туда, где бледный свет едва рассеивал мрак ночи. Когда щит исчезнет, пост падет. Где же тот избранный с огнем, который должен убить королеву?

— Моррен мне рассказал, — признался он.

***

В святая святых Изергаста все было готово: гексаграмма, выдолбленная в каменном полу, подставки на углах, свечи и ритуальный нож. Тиберлоны опустили тело в центр и теперь топтались у порога, разглядывая все вокруг со смесью ужаса и любопытства.

— Свободны, — сказал Родерик и закрыл за ними дверь.

— Ты убьешь меня? — спросила Миранда, стоя возле тела Моррена.

— Нет.

— Зачем взял нож?

Родерик чиркнул острием по ладони, и капли его крови упали в первую чашу.

— Заклятия на крови самые сильные, — проявила осведомленность Миранда.

— Надо активировать все лучи, — пояснил Родерик. — Кровь — энергия жизни, в чашу анимагии. Огонь — для следующей вершины треугольника.

Свеча загорелась ярко и ровно.

— Песок для путника.

Осмотревшись, Родерик снял ботинки и вытряхнул несколько песчинок.

— Теперь следующий треугольник. Воздух и так уже здесь. Вода, — он налил в желобок воду из кувшина.

— Какой Изергаст продуманный, — одобрительно кивнула Миранда.

Отрезав белую прядь волос с головы Изергаста, положил в последнюю чашу на вершине луча некромантии.

— Смерть. Теперь твоя кровь.

— Не слишком ли много крови, Родерик? — поинтересовалась Миранда, тем не менее протягивая ему руки.

— Можешь звать меня мастер Адалхард, — сказал он. — Раз уж мы не перешли границ.

Он чиркнул ножом по ее ладони, и Миранда зашипела от боли.

— Впрочем, зови как хочешь, — разрешил он.

Макнув палец в ее рану, он принялся выводить знаки, которые Изергаст показал ему однажды. На луче некромантии, и напротив, на анимагии, и еще один в луче путников, связывающих судьбы. Расстегнув рубашку Изергаста, нарисовал знак бесконечности напротив сердца, прямо на белой коже. Теперь надо еще один, последний.

Он шагнул к Миранде, которая баюкала раненую руку.

— Платье расстегни.

— Уверен, что это необходимо?

Родерик закатил глаза и неторопливо дернул верхнюю пуговицу, которая отлетела и покатилась по каменному полу.

— Если бы ты так раздевал меня, то ясно, что империя не дождалась бы огня, — фыркнула Миранда.

— Это не прелюдия, знаешь ли, — сказал Родерик, быстро расстегивая ряд пуговок и обнажая целомудренный белый лифчик, скрывающий девичью грудь.

Вернувшись к телу Изергаста, провел кинжалом по выпуклой вене на руке и глубоко окунул палец в загустевшую кровь. Еще один знак напротив сердца Миранды.

— Все, — сказал он и посмотрел в темные глаза, где светился сиреневый огонек. — Теперь зови его.

— Как звать?

— Не знаю. По имени: Моррен Фергюс Изергаст. Зови сердцем, душою, телом... Мисси! — призрак выплыл из-под потолка, завис в уголке.

— Да, — сказала Мисси и неуверенно добавила: — Любовь моя.

— Когда мастер Изергаст оживет, доложи мне немедленно, ясно?

— Ясно, любовь моя.

— Миранде не мешай.

— Хорошо, любовь моя.

— А ты? — спросила Миранда. — Оставишь меня здесь? Одну?

Она прикусила задрожавшие губы.

— Ты некромантка и не должна бояться смерти, ведь так?

— Я и не боюсь, — ответила она. — Просто все это как-то слишком для одного дня.

— Я больше ничего не могу сделать, — ответил Родерик, обняв ее за плечи. — Пожалуйста, Миранда, постарайся. Сейчас важен каждый, понимаешь? А Моррен особенно.

— Это Джемма? — спросила вдруг Миранда, глядя ему в глаза. — Это все она?

Родерик кивнул.

— Думаю, да.

***

Дверь за мастером Адалхардом закрылась, и Миранда повернулась к безжизненному телу, лежащему внутри гексаграммы.

— Эй, — позвала она, и ее голос отразился эхом от каменных стен.

Рука ныла от пореза, и Миранда сорвала оборку с и без того испорченного платья и перемотала рану, затянув узел зубами. Подойдя к Изергасту, толкнула его носком туфли.

— Мастер Изергаст, подъем…

— У тебя ничего не получится, — вздохнула Мисси.

— Что тебе сказал Родерик? Не мешать Миранде, — огрызнулась она. — И вообще. Когда Изергаст очнется, ты должна доложить, понимаешь? Не если, а когда!

— Напрасные надежды… Тешь ими свое глупое сердце, если хочешь.

— Слушай, ты же мертва!

— Поразительная догадливость, — ответила Мисси, подлетая к полке, где рядком скалились черепа.

— Ты видишь дух Изергаста? Можешь привести его сюда и заставить вернуться в тело?

— Нет. Не вижу и не могу. Но если хочешь, я могу спеть тебе песню о погибшем за Стеной парне, которого не дождалась невеста.

— Не надо, — отказалась Миранда и, опустившись рядом с телом, похлопала по холодным щекам. — Моррен Фергюс Изергаст! — выкрикнула она в самое ухо. — Личинки хаоса гибнут, Стена падает, а ты решил умереть?

Она влепила ему пощечину, так что голова мотнулась в сторону.

— Его глаза заблестели! — воскликнула Мисси, закружившись под потолком. — Давай еще!

— Это огонь свечи отразился, — проворчала Миранда, поправляя его голову. Склонившись ниже, посмотрела в зеленые глаза, неподвижные, но все еще яркие. — Моррен, — тихо позвала она. — Возвращайся…

Глава 27. Поможет лишь чудо

— Спокойно! Всем успокоиться! — тонкий голос Марлизы утонул во всеобщем шуме. — Давайте выпьем чай!

В нее швырнули стулом, и она едва сумела увернуться и удержать чайник, плеснув кипятком за шиворот Хрушу. Тот взревел от неожиданности, замахнулся и обернулся, и, не найдя противника, задрал голову вверх. Вильнув в воздухе, Марлиза опустилась к анимагам.

— Кто-нибудь еще вышел? — спросила она, отпив чай прямо из носика.

— Одна девчонка, — буркнул Хруш. — А потом выход исчез, и тут такое началось…

— Одна девчонка, — повторила Марлиза, вынимая из кармана куцый список. — Боги, какой кошмар…

— Давай-ка разнимать, — сказал второй парень Хрушу. — Оглушением.

— Ты оглушение делай, я не смогу аккуратно.

— Фамилию мне скажете? — требовательно напомнила Марлиза, всучив чайник Хрушу.

— Девчонка Тиберлона, — ответил он и вновь повернулся к приятелю. — Я лучше без магии. Кого там бьют, кстати?

— Первака, который радуется, что вовремя запечатался, — сказал Рой. — Ладно, пошли, а то как бы не прибили совсем…