Читать книгу - "Фантастика 2025-185 - Дмитрий Львович Казаков"

затевать тяжбу — даже если какой-нибудь доброхот вроде тебя (естественно, за комиссионные) и подаст ей такую идею.

— Это ещё почему?

— Она русская, а они другие. Не все, конечно, но очень многие…

* * *

В это время в иных измерениях, в Мирах эсков…

— Тебе не кажется, Эйви, — голос Селианы был строг, — что твои действия несколько не соответствуют нормам, принятым нами, эсками? Правилам, касающимся отношения Магов к Юным? Какого Хаоса ты устроила этот спектакль на военном корабле Страны-между-Океанами? Кто дал тебе право изображать из себя Карающего Посланца? А не пришла ли тебе в голову простая мысль: сумею ли я управиться с Мечом Демонов так, чтобы не прервать своё собственное воплощение? Успею ли я скользнуть в другое измерение и избежать испепеляющей мощи Меча? Это очень непростая задача даже для гораздо более опытного Мага, чем ты, Эйви. А если бы ты вызвала самую настоящую катастрофу, которая привела бы к гибели Третьей? Не забывай, ты появилась там, в хранилище боезарядов, во время войны!

— Мудрая, — почтительно ответила Эйви, опустив глаза, — я считала, что мои действия совпадают с намерениями Королевы — она ведь вовсе не испытывает чрезмерной приязни к этому Миру. Разве не так?

«Ого! Да она действительно способная девочка, если сумела проникнуть в тайные мысли Эн-Риэнанты! Не зря мы выдернули её тогда, семьдесят лет назад. И всё-таки…».

Селиана размышляла спокойно — она была уверена, что через её защиту Спасённой не пробиться. А само наличие защиты никаких обид (если понятия «обида» и «сверхсущество» вообще совместимы) никогда не вызывало — старшие прикрывают свои мысли от младших, и это естественно. Среди эсков-Магов существует определённый этикет общения.

— Намерения Звёздной Владычицы и Королевы Объединения становятся для всех её Магов руководством к действию тогда, — и только тогда! — когда эти намерения высказаны, а не подслушаны, — холодно изрекла Глава Синклита. — Это понятно?

— Да, Мудрая, понятно, — подтвердила Эйви с той же почтительностью.

— Вот и прекрасно. Далее: почему ты прервала воплощения этих людей? Обоих — и моряка, и журналиста? Ведь они были совершенно беззащитны перед тобой! Раньше — при спасении Лиэз, например, — за тобой такого не замечалось.

— Моряк не так понял всё то, что узнал, — объяснила Спасённая. — У меня возникло опасение, что полученная им информация, неверно доведённая до сведения других Носителей Разума на Третьей, скорее принесёт вред — вред всей этой Юной Расе, — чем пользу. С журналистом — то же самое. И поэтому…

«Совсем не поэтому. Просто ты слишком привыкла убивать, будучи жрицей Танит… И тебе нравится карать — я помню, как непринуждённо ты расправилась с обидевшими тётушку Тесс… Влияние на Первичную Матрицу воплощений в служителях Кровавых Богов изучено очень слабо. Но это влияние есть, и оно явно негативное. Впрочем, это вопрос особый…» — подумала Верховная Мудрая, а вслух спросила:

— Значит, ты сначала явилась перед ним, ошеломила, перевернула вверх дном все его представления об окружающем мире, сделала из него игрушку, а потом, когда эта игрушка оказалась не слишком понятливой, — или просто-напросто наскучила тебе, — взяла да и сломала её? У тебя даже не хватило терпения помочь этой несовершенной Сущности!

— Я виновата, Мудрая. Ты права, моё прошлое…

«Она что, и меня читает? — изумилась Глава Синклита. — Надо подкрепить защиту…».

— …веригами весит на мне. Наверно, мне лучше…

— Что будет лучше, — перебила её Селиана, — решит Синклит. Да, ещё одно: зачем тебе понадобилась вся эта кутерьма с отключением энергии чуть ли не на целом континенте? Вот уж этого я никак в толк не возьму!

— Это не она. Прости, что вмешиваюсь в вашу беседу, — из-за колонн, окаймлявших Зал Принятия Решений, появилась высокая фигура Главы фратрии Ночи. — Это сделал я.

— Грольф? Вот уж от кого-кого, а от тебя я такого никак не ожидала! Интересно…

— Это был всего лишь аргумент, — пояснил Маг, — в маленьком споре с Технодетьми. Я наглядно продемонстрировал им хрупкость и ненадёжность техногенной цивилизации. Надеюсь, ты не слишком на меня рассердишься за это, Селиана? Ведь никто из обитателей Третьей в результате не пострадал.

— Ладно, с тобой мы поговорим особо. Ты всё поняла, Эйви? Тогда иди и жди моего слова.

«Спасённые прекрасно ориентируются в своём былом Мире, и решение использовать их именно там было правильным, — думала Селиана, провожая взглядом удаляющуюся стройную фигуру бывшей жрицы. — Просто мы не учли того, что доверять им можно далеко не всё — из-за цепкости прошлых воплощений. Хотя в прошлый раз — в истории с Амулетом — Эйви оказалась на высоте…».

Верховная Мудрая Селиана не знала одной незначительной, на первый взгляд, детали. Лейтенант-оружейник Джеймс Эшвуд с ударного авианосца «Эйзенхауэр» был когда-то центурионом Гаем Сервилием, приказавшим сжечь храм Танит в Кар-Хадташте, а журналист Дэвид Келли — вожаком разбойников, жаждавшим изнасиловать маленькую пленницу. А Эйви-Спасённая, — она же в прошлом женщина с именем ночной птицы[70], — знала об этом. И обоих этих людей, уже погибших две с лишним тысячи лет назад, смерть настигла снова — в их новых воплощениях.

Когда Эйви ушла, голубая эскиня повернулась к Грольфу.

— И какие новости ты принёс мне на этот раз, воин? Что там, на Третьей? Террористы дорвались до Меча Демонов? Галактиане полностью взяли под контроль весь технический прогресс на планете? Появился очередной мессия Серебряных Всеведущих? Ты изловил беглых Разрушителей? Или выявились новые отрицательные последствия Эксперимента Тллеа?[71] А может быть, следы Разыскиваемых? Я слушаю.

— На Третьей? Там прорастает злое семя, но… Сель, я пришёл сегодня вовсе не для того, чтобы обсуждать судьбы Мироздания. Я просто захотел тебя увидеть, Инь-Ворожея, и не только увидеть. Никакой другой причины побеспокоить Главу Синклита Мудрых и правую руку Королевы Объединения Пяти Доменов у меня нет. И я…

Селиана, с лёгкой полуулыбкой слушавшая пылкую речь Янтарноголубого, подняла руку и накрыла ладонью губы Грольфа.

— Достаточно, Маг. Твоя причина признаётся более чем весомой…

ЧАСТЬ ЧЕТВЁРТАЯ

ЗЛОЕ СЕМЯ

Настольная лампа отбрасывала широкий конус света, на границе которого, у стеллажей с книгами, подрагивала и дышала живая темнота. И на этой границе из тьмы проступили две зыбкие голубые тени, принявшие очертания двух человеческих фигур.

«Это ещё что такое? — подумал сидевший за письменным столом человек, приподняв брови. — Галлюцинация? Или… Вот уж не думал, что мне когда-нибудь придётся общаться с привидениями! Привидениями? А если это…»

— Кто вы такие? — спросил человек, и голос его был спокоен. — Впрочем, я, кажется, догадываюсь… Зачем вы пришли?

— Если ты догадываешься, —