Читать книгу - ""Фантастика 2026-212". Компиляция. Книги 1-25 - Владимир Матвеев"

— Спасибо, — поблагодарила Виола. — Чувствую себя лучше.

— Благодарить будешь потом, — сказал я, поднимаясь на ноги. — Скажи лучше: как ты сумела избежать его ментальной атаки? Он же тебя практически парализовал, но сознание ты как-то сохранила. С помощью шлема?

Виола взяла лежащий рядом блестящий шлем с толстым стеклом и повернула его ко мне внутренней стороной, где за подкладкой было видно мерцание тонких пластин.

— Да, догадливый Макаров, — произнесла Виола, кладя шлем обратно. — Это новая разработка Романа, экспериментальная. Внутри стоят генераторы, которые создают силовое поле вокруг головы и блокируют ментальное воздействие. Не полностью, правда, как выяснилось — вон сам создатель и не выдержал.

— Я так и понял, когда стал тебя считывать, — кивнул я, поднимаясь на ноги и отряхивая колени.

В этот момент к нам подскочил Захар.

— Командир! — выпалил он, скидывая рюкзак на камни. — Ты глянь, что я у вологодских нашёл!

Он запустил руку в рюкзак и передал мне небольшой округлый минерал голубого цвета с белыми разводами.

— Это знаешь что? — спросил он с таким видом, будто нашёл клад. — Я читал про такие. Это ментальный усилитель, сделанный из кристалла под названием лейсар. Редкая штука, дорогая. Она накапливает мысленную энергию и потом отдают её вовне. Ментальный аккумулятор, в общем, называется терафим.

Я повертел тёплый кругляш в руках. Минерал был диаметром сантиметров семь и толщиной около сантиметра, и он действительно что-то излучал в ментальном спектре.

— Да, Амату мне сказал, что из-за этой штуки он был слабее Григория, — кивнул я, настраиваясь на терафим. Да, эффект есть — в моё ментальное тело сразу потекла энергия. — А он не опасен?

— Сам по себе не опасен, — уверенно сказал Захар. — Пока не войдёшь с ним в резонанс.

— Ладно, потом разберёмся, — я прервал контакт и сунул терафим в карман. — Что ещё?

Захар выложил два камня-гармонизатора — точно таких же, как те, что я набрал в пещере. Чёрные, гладкие, размером с голубиное яйцо.

— Это у Григория было, в карманах, — пояснил он. — А вот здесь, — он вытащил из рюкзака ещё семь, чуть поменьше, — у второго мага в рюкзаке лежали. Видимо, чтобы давление Ирии пережить.

— Хорошо, — кивнул я. — Пусть у тебя остаются пока. Что ещё есть?

Захар полез в карман, вытащил оттуда два серебряных кольца с тусклыми синими камнями и передал мне.

— С пальцев снял, — Захар кивнул на вологодских, — на всякий случай. Вообще не знаю, что такое, ни в одной книге не видел. Может, просто украшение.

Я взял одно кольцо, повертел. Идёт слабая энергия от колец, а как пользоваться — непонятно. Ладно, разберусь позже.

— А ещё карта! — с видом профессионального фокусника Захар извлёк из рюкзака большой лист плотной бумаги, сложенный в несколько раз, и развернул его на плоском камне.

Я наклонился, рассматривая. Карта была нарисована от руки, очень детально, с координатной сеткой и пометками. Я узнал наше ущелье, долину, где мы сейчас стояли, и даже озеро, у которого мы вчера собирали фрукты. А ещё реку, в которой мы купались с ирийцем и кучу кружков с буквой «П» в них. Проходы? Порталы? Нужно будет проверить.

— Да, Захар, — удовлетворённо сказал я, складывая карту и запихивая её во внутренний карман, — это ценный трофей. Что ещё?

Захар выудил из рюкзака два небольших мешочка из плотной льняной ткани и передал их мне.

— Ядра, командир, — сказал Захар, улыбаясь во весь рот. — Больше сорока обычных в одном мешочке и семь крупных в другом.

Я достал крупные ядра — каждое диаметром миллиметров восемь, почти в два раза больше тех, что мы находили раньше. Два белых, два красных, синее, одно серебристое и одно голубое.

— Хороший улов! — обрадовался я, высыпая ядра обратно в мешочек. — Деньги были?

— Да, Яр, вот, — Захар выложил две пачки купюр. — Пятнадцать тысяч вологодских рублей, костромских около четырёх. Ну и два ромовика я у них забрал с ромблоками.

— Ладно, хорошо, Захар, ты молодец, — похвалил я товарища, складывая деньги во внутренний карман. — А теперь давай собирай ядра с тварей.

— Понял, приступаю, — отчеканил Захар, достал нож и направился к ближайшему мёртвому жигарю.

А я подошёл к ступе, возле которой лежал без сознания водитель. Амату сидел рядом на коленях, положив ладонь ему на грудь и переливая энергию.

Я присмотрелся к мужику. Крепкий, коренастый, лет сорока. Короткая щетина на скулах, глубокие морщины вокруг глаз, русые волосы, тронутые сединой виски. Одет в тёмный комбинезон из плотной ткани, чёрные ботинки. Рядом лежал блестящий шлем, который, похоже, снял с него ириец.

«Амату, — послал я мысль ирийцу, — как он?»

«Повреждён ментал, — ответ ирийца прозвучал устало. — В коме. Результат непредсказуем — может очнуться через час, может через день, может и вовсе не очнуться. Делаю всё, что могу».

«Помощь нужна?»

«Нет, я сам, спасибо. Я почти закончил первый сеанс лечения».

«Хорошо. Тогда как закончишь, глянь девушку — она никак оклематься не может».

Амату поднял голову, посмотрел на меня и чуть кивнул. В голове прозвучала его тёплая мысль: «Да, конечно, сын Ирии».

Я вернулся к Виоле. Она сидела, опираясь спиной на камень, и выглядела всё ещё бледной.

— Виола, — сказал я, оглядываясь местность на предмет появления тварей, — тебя ириец подлечит, а ты не сопротивляйся, хорошо? А то ты гордая, ещё откажешься.

Она вскинула голову, хотела что-то возразить, но я поднял руку.

— Без глупостей. Ты еле на ногах держишься.

— Ладно, пусть, — устало кивнула она. — А вообще, как вы с ним договорились? Ирийцы вообще на контакт почти не идут. Это первый раз, когда я вижу, чтобы ириец с чужими… ну, как со своими. Я и тогда, при входе в Ирию, удивилась, что они к нам сами вышли.

Я снял с ремня фляжку с водой, отпил родниковой воды. Вкусная! Особенно когда так во рту пересохло.

— Так мы с ним из плена Григория вместе сбежали, — сказал я, протягивая фляжку Виоле. — Он чуть не утонул в реке, когда мы с обрыва прыгали, а его вытащил, откачал и теперь он чувствует себя мне обязанным. Помогает.