Читать книгу - ""Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 - Анна Чернышева"

– Послушайте, товарищ Брок, уже утро. Ты обещал отвести меня на базу, и я тебе верю.

Несколько мгновений он боролся с диким желанием схватить ее в охапку, посадить к себе на колени и долго-долго целовать припухшие ото сна губы. Невероятным усилием воли он заставил себя подняться и отойти к двери.

– Тогда пойдем прямо сейчас.

– Хорошо, хорошо, я только быстренько умоюсь.

Через несколько минут они вышли на крыльцо вместе. Маша поежилась от лесной утренней прохлады, а Брок, похоже, совсем не замечал легкого ветерка, хотя на нем была лишь черная безрукавка, полностью открывавшая мускулистые руки. Он быстро пошел вперед, указывая дорогу, а девушка торопилась следом, стараясь не слишком отставать.

Трава после дождя была влажной, кроссовки и джинсы до колен быстро промокли, и Маша с невольным уважением посматривала на высокие армейские ботинки Брока, на его плотные штаны защитного цвета и обнаженные загорелые руки.

«Какой он все-таки здоровенный, настоящий медведь… И даже холода не ощущает как будто…»

На широком кожаном ремне провожатого покачивался в чехле солидный по размерам нож.

«Им он, наверно, разделывает свою крупную дичь…»

Пытаясь уворачиваться от мокрых веток и паутины в бисере крупных капель, Маша быстро утомилась и скоро отстала, как ни пыталась подстроиться под размеряный шаг лесного отшельника. Впереди на маршруте Брока лежала огромная береза, а подле нее в небольшом углублении скопилась дождевая вода. Маша остановилась, поразившись, как одним прыжком он перемахнул через сваленное дерево и направился дальше.

«Мог бы и подождать, у меня точно не получиться так быстро и ловко», – подосадовала она, пытаясь осторожно перелезть через черный, густо обросший мхом ствол.

Опускаясь на землю с другой стороны преграды, Маша плюхнулась правой ногой в лужу и застонала от обиды. Брок тут же повернулся к ней и в одно мгновение оказался рядом. Ни слова не говоря, он подхватил ее на руки и, крепко прижав ее к себе, продолжил свой путь, как ни в чем не бывало. Маша только ахнула, обхватывая его шею.

– Держись лучше, – сердито посоветовал Брок, и тут она совсем рядом увидела темно-карие, почти черные глаза с невероятно длинными густыми ресницами. Вдруг по плечу его ударила мокрая ветка и, спасаясь от холодных капель, Маша спрятала лицо у него на груди.

Брок пах лесом – мокрым деревом и молодыми зелеными листьями. И еще можно было уловить особенный терпкий запах разгоряченного движением мужского тела. В нем было что-то смутно знакомое, такой запах имел Вадим, когда заходил в квартиру, возвращаясь из командировки, и она с радостным визгом вжималась в его распахнутую грудь.

Память болезненно кольнула сердце и, спасаясь от знакомой горечи, Маша глубже вдохнула волнующий шлейф терпкого аромата, а потом ясно услышала частое биение сердца где-то рядом с ее губами.

Она на пару мгновений закрыла глаза, задыхаясь от невероятного ощущения, что знает Брока уже давно и то, что сейчас он несет ее на руках было абсолютно правильно и хорошо. Эта встреча была предопределена и неминуема. Наконец-то свершилась.

Скоро тропа стала суше, а впереди замаячили знакомые сосновые колки.

– Ты не так уж далеко ушла от своего дома, – пояснил Брок, – непонятно, как могла заблудиться, леший, что ли, водил тебя около моего оврага. Я вчера полчаса за тобой наблюдал.

Маша вздрогнула от такого признания. В памяти снова поднялись первые минуты их общения под звуки распаляющейся грозы. На сердце похолодело.

– А ты и правда, мог меня убить?

– Не знаю. Нет, наверное, – отрывисто сказал Брок. – Что-то другое бы мог, да ты вовремя остановила…

Он вдруг замер и резко поставил ее перед собой, сурово сдвинув густые брови.

– Не ходи больше в лес одна! Вообще никуда не ходи дальше поселка, слышишь? В лес тебе можно только со мной.

Брок довольно сильно встряхнул ее за плечи, почти злобно заглядывая в широко распахнувшиеся от страха глаза. Маша еле слышно оправдывалась:

– Да не собираюсь я никуда ходить, мне и вчерашней прогулки на всю жизнь хватит!

– В лесу опасно одной, – упрямо повторил Брок, приближая к ней мрачное лицо.

– Понимаю уже, не маленькая.

«На него точно находит порой что-то… звериное».

Они стояли близко друг к другу, и Брок тяжело дышал, не убирая рук с ее плеч.

– С тобой больше ничего не должно случиться, я не позволю никому из них к тебе подойти.

– Здорово! Я согласна. Будешь меня охранять.

Маша даже попыталась улыбнуться, внезапный порыв заботы от странного лесного мужчины немного позабавил, а слова «в лес только со мной» отчего-то порадовали. Но Брок продолжал:

– Ты даже не представляешь, какими мы можем быть.

– Я и тебя должна бояться?

– Нет. Меня – нет, – однако в голосе его послышалась некоторая неуверенность.

Желая успокоить, она неожиданно для самой себя подняла руку и коснулась щеки Брока.

– Колючий-то какой, прямо ежик. Чем же ты бреешься?

– У меня есть нож.

– Так это же неудобно! Надо сказать, чтобы Коротков достал тебе нормальную бритву.

– Я ничего не буду просить у Алекса!

– Ну и зря! Ты разве еще не понял, что здесь все для вас, и сам Коротков здесь нужен только, чтобы помогать вам. Это вы здесь главные персоны, ты и те – другие. Их ты тоже напрасно сторонишься, вам надо держаться вместе, так будет легче.

Наверно, в самые драматические минуты жизни в ней просыпалась строгая учительница, желавшая отсчитать нерадивых подростков в процессе обучения «разумному, доброму, вечному».

– Ты такая красивая, когда сердишься, – Брок улыбнулся совсем как мальчишка и пожал плечами, словано стряхивая приставшие соринки и паутину.

– А вот тебе не идет хмурый вид, уж лучше бы ты чаще улыбался.

Между ними возникло странное притяжение. Маше отчаянно захотелось снова прикоснуться к нему, хотя бы пригладить взлохмаченные волосы, явно не знакомые с расческой.

«Надо бы его как-нибудь подстричь».

Еще она неожиданно вспомнила фразу из сказки Киплинга про кошку, гулявшую сама по себе: «Мужчина был тоже дикий, страшно дикий, ужасно дикий, и никогда бы ему не сделаться ручным, если бы не женщина…»

Вообразив лесного отшельника в роли первобытного мужчины, а себя в качестве его наставницы, она, не выдержав, звонко рассмеялась.

И вот тогда-то Брок, до этого пристально смотревший на нее, вдруг двинулся вперед и закрыл ей смеющийся рот жадным поцелуем. У Маши перехватило дыхание, она попыталась упереться ладонями в его широкую грудь, но с таким же успехом могла бы отодвинуть от себя бетонную стену.

Брок обеими руками удерживал ее голову и продолжал горячо целовать, отрываясь на мгновение от