Читать книгу - "Лишний Бог - Макс Гудвин"

— Pieprzyć cię w usta, wkrótce będziesz leżał wśród nich! Krzywa! (Совокупись со своим ртом, скоро ты будешь среди них! Женщина любящая гулять по мужчинам!) — отозвались оперативнику.

— Вот и договорились! — кивнул Борис и спрятавшись закатил РГД-5 в сторону холодильников.

Прогремел взрыв, забарабанили осколки, зашипели пробитые холодильники, выпуская наружу клубы густого белого пара.

— Эй как ты там? Выходи! Я за тобой туда не пойду, — соврал Борис. — А не то, я все твои холодильники разнесу. Ну что молчишь? Так глядишь с тобой и буржуйский твой выучу.

Молчание повисло в воздухе и полковник снова вынырнул одним глазом и стволом пулемёта в помещение.

— Придётся всё же идти за тобой... — себе под нос проговорил он.

И, уже хотел шагнуть в помещение, как из что-то ударило по его шее сзади. Удар был настолько мощным, что ноги Бориса казалось подлетели, а сам оперативник рухнул на своё левое плечо, накатанная за борцовскую молодость шея выдержала, выдержал и кольчужный посеребрённый ошейник, который полковник носил под шарфом.

Тварь набросилась сверху, левой лапой отодвигая голову и с силой врезалась клыками в шею, кольчужные кольца расступились под острыми зубами вампира и даже вошли в плоть, но не достаточно глубоко, чтобы повредить артерию. Это не был другой вампир, а всё тот же, видимо обошедший сзади.

Борис обхватил бестию своими руками и резко оттолкнулся ногами от пола, повернувшись на правый бок. Борцовский мост - упражнение направленное на то, чтобы перевернуть соперника, скорее всего, впервые столкнулось с вампиром, но умело перехваченная лапа упыря, не дала кровопийце шансов не оказаться под Борисом.

Правильное аристократическое лицо теперь имело пасть и окровавленные клыки. Полковник не медлил, он выдернул из разгрузки нож и ударил, однако лапа упыря схватившись за лезвие не чувствуя боли защитилась. Тварь контратаковала свободной рукой, длинная когтистая пятерня пришлась по тепловизору на шлеме, сорвав дорогое оборудование и двумя пальцами пропорола оперативнику лицо, щёку и переносицу.

Борис обрушил свой правый локоть прямо в подбородок вампиру и этого бы хватило, чтобы выключить обычного человека, но упырь человеком не был. Цепкими когтями он притянул оперативника к себе, рыча и вгрызаясь кольчугу на шее сотрудника.

РПК валялся далеко возле двери, а пистолета Борис в зоне действия СВО не носил, еще чуть-чуть и тварь вырвется из под веса и, разделает его под орех, но безумное решение пришло внезапно. А вторая граната была выдернута из подсумка левой рукой и вместе с кулаком просунута под спину кровососа.

Борис навалился всем своим весом, чтобы иметь возможность вырвать чеку из застрявшей РГДшки, а когда рука освободилась с вожделенным кольцом, он оттянулся от бестии, чтобы освободившись от захвата откатиться в сторону.

Прогремевший второй взрыв случился прямо за повернувшимся к оперативнику вампиром. Поляк бросился вперёд и взрывная волна настигла его сзади. Тело упыря было еще живо, когда тот повалился на бойца института. Ноги Бориса обняли тварь, ощущая, что на спине у той мясной кровоточащий кратер. Нож разведчика ударил в шею, точно в позвоночный столб, а кисть человека сделала несколько пилящих движений.

Голова польской нечисти упала прямо на лицо оперативника. Тот поморщился, а после, сбросил с себя тушу и утёрся рукавом.

Борис лежал на полу тяжело дыша, ожидая пока возрастное сердце не перестанет выпрыгивать из груди, потом приподнялся и подобрав свой РПК, направился минировать операционную.

В голове не было мыслей, только шум, сквозь который чувствовалось, что дико болит шея, а под бронежилетом ощущалось липко и тепло. Когда же картинка в глазах принялась двоиться он вспомнил и про себя, сдёрнув аптечку с груди достал от туда широкий, клейкий кровеостанавливающий пластырь, засунул его под кольчужный ворот. Сотрудник провёл в этой комнате еще несколько часов, пока не обколол себя препаратами, пока не наложил нормальную повязку, пока не написал на белом листке бумаги А5 послание в штаб института: "Вампир уничтожен, логово-операционная уничтожено, запрашиваю эвакуацию на Славянскую ТЭС. / Базиль".

Вынув из рюкзака составную доску с почтовой пентаграммой, Борис положил на неё листок.

Доска хлопнула, как хлопают в ладошки унося бумагу в далёкий Санкт-Петербург. Теперь, ему нужно было доделать то, зачем он сюда прибыл, и о чём уже доложил - уничтожить операционную. А потом просто ждать, ждать подтверждения эвакуации, или координации по дальнейшим его действиям.

Позиция была удобная, но это означало, что в любой момент, сюда может прийти кто-то еще.

КОНЕЦ