Читать книгу - "Фантастика 2025-185 - Дмитрий Львович Казаков"

глазами — очертания всей его фигуры терялись в темноте. Игра света и тени превращала это лицо в жуткое и очень точное подобие багрово-тёмного мёртвого черепа.

«Армия Мрака лишилась славного солдата, — думал чёрный эск, — а я потерял лучшего командира батальона. Когда эта фурия уже распарывала ему аорту, Мегадер успел бросить Вестника — и не одного, а трёх. Добрался, правда, всего один — другие, наверно, просто не успели покинуть Лабиринты до того, как там разверзлась преисподняя. Какое совершенное Разрушение! Как жаль, что на овладение нами Абсолютным Оружием наложен Вечный Запрет…

Зато мы преуспели кое в чём другом. Серебряные Всеведущие — самые ценные пленники из всех, кто когда-либо попадали в наши тенёта. Ловить их непросто, но добыча того стоит — надо только уметь её потрошить. А я умею…

Абсолютный Сон… Этот секрет — дополненный секретом формирования Кокона — стоит едва ли не всех тайн свойств материи в Лабиринтах. Кажется, первые схемы этого заклинания составили ещё Оголтелые пятьсот лет назад, а Коконы появились совсем недавно. Полезная вещь, очень полезная. Майор всегда рассчитывал на несколько ходов вперёд, и он допускал, что Складки могут быть взяты штурмом. И сделал всё от него зависящее, чтобы в конечном счёте превратить поражение в победу — сделал заранее. Коконы можно искать бесконечно долго, но так и не найти — без ключевых чар.

И сам Кокон, и спящее в нём Абсолютным Сном существо находятся вне Познаваемой Вселенной и никак с ней не взаимодействуют. Они как бы существуют в своей собственной миниатюрной Вселенной, и кроме них там больше никого нет и быть не может. Разум, основным отличительным признаком которого была, есть и будет способность к Познанию Окружающего, выключен — если Сущность в Коконе находится в состоянии Абсолютного Сна. А в этом случае о существовании такого Разума узнать практически невозможно. Всё очень просто…

Чисто теоретически можно себе представить, что некто, бредя пешком сквозь Миры, спотыкается вдруг о какой-то взгорок и начинает разбираться, что да как, однако на деле… Тем более, что Коконы загодя укрыты, и не где-нибудь, а в обломках Лабиринтов. Мегадер сознательно сократил свои силы на один взвод — в рукопашной схватке при таком соотношении сил ему и лишний батальон не помог бы. Слишком подавляющим был численный перевес Хранительниц… Впрочем, мы почти всегда бьёмся в меньшинстве — и тем не менее побеждаем. Иногда».

Полковник Эддарис, командир седьмой бригады третьей дивизии Вселенской Армии Мрака, искренне сожалел о почти полном истреблении шестого батальона своей бригады, однако воспринял случившееся как должное. Несущие Разрушение разрушаются сами — это неизбежно.

В это же самое время…

…Звёздная Королева Эн-Риэнанта прибыла в Ключевой Мир Пяти Доменов…

…голубая эскиня Торис жадно целовала Янтарного Мага Гарда под сенью Дивных Лесов, излюбленного места Инь-Ворожей, неизменно выбираемого ими для своих любовных свиданий…

…четыре когорты Алых Магов-Воителей начали глубокий поиск Затерявшегося Мира в ареале обитания Технодетей. Подозревалось, что именно там находится Башня — штаб седьмой бригады Чёрных Разрушителей, давно оперировавшей в центре Галактики и в смежных Реальностях…

…в Руинах ждали своего часа, Часа Пробуждения, девять Коконов…

…Глава фратрии Ночи Грольф с шестью боевыми семёрками Хранителей Жизни вышел из гиперпространства в системе Жёлтой звезды…

…радиостанция города Сеуты передала в эфир безобидную фразу: «Над всей Испанией безоблачное небо»…

* * *

Чудовищный нарыв набухал.

Старушка Европа, только-только оправившаяся от шока мирового экономического кризиса, прихорашивалась, примеряла украшения, строго оценивая, подходят ли они к новому фасону платья, и дегустировала пьянящие творения виноделов Италии и Франции под томные голоса шепчущих о любви певиц и под пронзительные синкопы пришедшего из-за океана джаза. Снова наполнялись публикой рестораны и казино, театры и музеи. Аромат тонких духов дополнял очарование женских лиц на пляжах Ривьеры и Майами. Белокурые лайнеры резали голубую океанскую синь, и чистая публика в роскошных каютах этих плавучих дворцов наслаждалась всеми радостями жизни.

Перевели дух и не принадлежавшие к верхним слоям общественной пирамиды, всерьёз уверовав в то, что самое худшее уже позади. Работа приносила деньги, снова обретшие цену; и, сэкономив при рачительном распоряжении семейным бюджетом пару сантимов или пенсов, уже можно было кое-что себе позволить. Самое главное — отступил вызывающий тёмный ужас вопрос: «А что будет завтра?». Трудолюбивое человеческое племя перемогало очередные неурядицы; и вновь строились дома, мосты и дороги; и возделывались поля и сады; и писались картины и книги; и вызывали смех ужимки великих комиков ещё немого кинематографа. «I love you… Te amo… Ich liebe dich… Je vous aime…» — звучало на разных языках древнейшее заклинание; и рождались дети; и как тысячелетия назад их матерей прежде всего волновало, как ребёнок поел и как чихнул.

И подросло новое молодое поколение, знавшее о Мировой войне только по рассказам старших, эту войну переживших.

А в недрах генеральных штабов (ни в одной стране не существовало Министерства нападения, а были исключительно Министерства обороны) уже ложились на всё терпящую бумагу планы будущих стратегических компаний. Хищные когти разноцветных стрел тянулись через испещрённые условными обозначениями карты, вонзаясь в очерченные линиями границ тела стран, именуемых вражескими. В тиши лабораторий люди изощрялись в изобретении наиболее эффективных способов превращения других людей в гниющую органику. И выкатывались на танкодромы всё новые ползающие боевые машины, и стальные цилиндры из стальных труб летели всё дальше и точнее. С голодным клёкотом — выше, дальше, быстрее! — секли воздух пропеллеры летательных аппаратов, предназначенных исключительно для убийства. Грузно сползали в волны морей бронированные плавучие чудовища, и командиры подводных лодок разглядывали в перископы залитые огнями пассажирские суда, решая учебную (пока учебную!) задачу встречи торпеды с целью. Под бравурные звуки военных маршей печатали шаг бесконечные шеренги перед трибунами удовлетворённо взиравших на свои верные войска вождей; и светились преданностью глаза на молодых лицах солдат; и летели к небесам громкие вопли толпы, впавшей в близкое к истерическому состояние.

И в калькуляциях стратегов многие тысячи этих одетых в военную форму парней (равно как и других, ещё не обмундированных и беззаботно целующихся со смеющимися девушками) уже были внесены в пяти— и шестизначные цифры предполагаемых и приемлемых потерь.

Политики и дипломаты (чьи помыслы, несомненно, были чисты, как контрастирующая с элегантными чёрными фраками белизна крахмальных манжет) с отрепетированными улыбками на холёных лицах плели никчёмную вязь слов, используемых только лишь для сокрытия истинных мыслей — Лига Наций громогласно убеждала народы в том, что с кошмарами войн покончено на веки вечные.

Нарыв рос, пульсировал злой тянущей