Читать книгу - "Лётчик: Дотянуть до горизонта. От Карпат до Амура - Владимир Владиславович Малыгин"

Да. Так вот, а время как-то убить нужно, вот я и бродил по окрестностям с карабином. Мне его перед отъездом сюда подарили. Губернатор же и подарил, на том самом приёме. С дарственной надписью. Честно сказать, не только мне подарил, но и Николаю Александровичу. Точнее, сначала Николая Александровичу, ну и потом уже мне.

Правда, без сопровождения не хотели меня отпускать, но уговорил кое-как. Я же не собираюсь куда-нибудь в глушь забираться… Так, в окрестностях поброжу… Но проинструктировали, напугали различными страшилками. И про зверьё разное поведали, и не только про то, что на четырёх лапах ходит, но и о двуногих много чего рассказали. Опять же пугнули болотами, ямами ловчими да другими ловушками. Отговорить не отговорили, но слово быть осторожным пришлось дать…

Вот и побродил. На свою голову. А она у меня особая. Везёт мне находить приключения на неё. На голову, а не на то, что первым делом на ум приходит.

Конечно же влип я в очередную переделку. Хорошо ещё, что это совершенно другая история, здесь моя персона как таковая никому не нужна. Просто оказалась она… Ну, не в том месте и не в то время. Ну, как всегда, в общем. И ещё повезло, что я сумел первым встречный караван засечь. Оттого-то и не до разговоров мне сейчас. Потому как лежу в колючих зарослях шиповника, пошевелиться боюсь. Эта зараза так и норовит в ноги и руки вцепиться. Ну и в лицо, само собой. Говорю же, колючий очень. Через одежду иголки колются, даже куртка кожаная не спасает. И пошевелиться нельзя – сразу же весь куст ходуном ходить будет.

А мне подобного не нужно, мне бы сейчас самому этим кустом стать. Потому как столкнулся я нос к носу с самыми настоящими китайцами. С теми самыми, которыми меня так недавно запугивали изо всех сил. Ну, почти столкнулся. Если бы нос к носу, то давно бы меня порешили. А так каким-то чудом я их первый почуял. Сначала запах необычный носа коснулся. Ну, коснулся и коснулся, я в первый момент даже внимания на это не обратил. Так бы и шёл беззаботно навстречу своей гибели, если бы… Железка вроде бы как брякнула впереди. Как я этот звук выделил из речного шума, не представляю. Но выделил. Вот тогда-то и сопоставил этот звук с запахом. Потому и жив остался. Отпрыгнул в сторону, присел и давай от тропы подальше на полусогнутых. Левой рукой карабин перехватил, держу над землёй, чтобы не дай бог о какой-нибудь камень не звякнуть металлом. Правой рукой на землю опираюсь.

Так на трёх костях и метнулся, словно обезьяна какая. Да и по барабану, если честно, как я со стороны выгляжу и на кого в данный момент похож. Тут главное в живых остаться. Потому что сколько раз всем нам казаки истории подобные рассказывали, не счесть. Запугали конкретно. Мол, случайных свидетелей никто в живых оставлять не будет… И ещё инструктаж этот…

Ну а кто ещё может здесь бродить? Только китайцы. Перекупщики золота. Потому-то и предпочёл сначала спрятаться, посмотреть, что это за звуки, ну а потом уж принимать решение, что делать.

На ходу оглядываюсь через плечо. Дооглядывался. Вперёд нужно было смотреть. Потому что как раз на моём пути эта колючая зараза и оказалась. В неё и влетел, всеми силами стараясь проделать это более или менее бесшумно. Дёрнулся дальше вперёд, да колючие ветви крепко вцепились, пропускать и выпускать добычу не хотят. Чёрт! Голова в кустах, а, извините, филейная часть снаружи торчит. И ведь даже рукой с карабином не пошевелить, настолько плотно завяз. Попытался дать обратный ход, да куст зашебуршился. А тут и голоса послышались. И что делать? А ну как следы мои на тропе обнаружат? А ведь обнаружат, даже и сомневаться не нужно! Они же всё время по тайге ходят, те ещё следопыты, индейцы Фенимора Купера отдыхают!

Замереть в надежде, что не заметят моей торчащей в кустах задницы? Ага, щаз-з! Уж лучше бы ногами вперёд застрять, чем вот так, задом к противнику! Поэтому плюнул на всё и задёргался, из куста вырвался да на карачках в сторону понёсся, огибая этот злосчастный куст. Лицо горит, руки огнём пылают – всё в кровь разодрал. Нырнул под разлапистые колючие ветви, стволом карабина их вверх подкинул, перекатился через плечо, наплевав на валяющиеся просто так сухие ветки с колючками, затормозил так, что руки в перегной зарылись. И сразу же развернулся к тропе, голову поднял и столкнулся глазами с чужим прищуренным растерянным взглядом. Да ему и щуриться не нужно, и так хватает. Точно китайцы! А то, что растерянный, так любой бы на его месте от подобной увиденной картинки и от моих проделанных кульбитов растерялся бы.

Хорошо, что руки подо мной оказались, как раз под грудью. И плохо, что карабин там же был и ничего с ним не сделать. Поэтому только одно и осталось – оттолкнуться изо всех сил от земли и отскочить назад. Что и проделал, только ветки колыхнулись, но уже передо мной и между нами. А сам глаз не свожу со скидывающего с плеча оружие хунхуза. Исхитрился каким-то образом не потерять зрительного контакта.

И ветви шиповника, что в этот момент в очередной раз по лицу колючими иглами проехались, не помешали.

Только оттолкнулся, так в это место пуля и прилетела. Земляной трухой прямо в глаза и сыпанула. Зажмурился, разрывая контакт взглядов, мотнул головой, проморгался быстро. Откинулся назад, чтобы ветки не мешали, затвор карабина передёрнул и в ответ выстрелил. От пуза. Не было времени и возможности вскидывать оружие и тем более прицеливаться. Куда-то в ту сторону пальнул. Лишь бы напугать. Чтобы сразу ко мне побоялись кинуться. Расстояние-то между нами плёвое, шагов десять, не больше.

Отдачей развернуло, равновесие-то никакое, еле-еле устоял после всех моих вынужденных упражнений, не завалился на спину. Чудом удержался, выпрямился и боком, боком за счёт инерции отдачи изо всех сил рванулся назад. То есть уже для меня вперёд. И сразу же влево, влево между деревьев, зигзагами от дерева к дереву, и теперь уже точно назад, и уже всё равно мне до этих густых, но таких спасительных зарослей шиповника. Проломился через них в одно мгновение, пропрыгнул, пролетел метеором, только колючки по куртке и сапогам шаркнули, ткань на штанах затрещала громко и подозрительно. И ещё в ту же сторону, в сторону, вновь