Читать книгу - "Фантастика 2026-215 - Александр Изотов"

— Я сама, — она отстранила мои руки и, пошатываясь, встала.

— Громада, зато я не сам! — Виол, который хотел встать, тут же плюхнулся обратно и как самый настоящий актёр закатил глаза, — О-о-ох, мои ноги.

Впрочем, ему пришлось вскочить, потому что мы с Креоной проигнорировали его и уже отошли на несколько шагов.

Чародейка призналась, что даже так, на ходу, ей легче, чем там, на вулкане, в прогоревшей духоте. Ей казалось, ещё день, и она бы там померла просто от удушья.

— Бессердечные истуканы! — проворчав, бард догнал нас и поплёлся следом.

— Истуканы вообще-то стоят, а не ходят… — заметил я.

Креона вымученно улыбнулась, не смотря на бледноту, и одобрительно кивнула мне.

— О, видит Маюн, это не только ходящие, но и размышляющие истуканы! — Виол поморщился, — За что мне это⁈ Вы, броссы, все одинаковые! Одна там ни в какую, и напарник такой же упрямый.

Я оглянулся.

— Кто ни в какую… Это ты про жрицу?

— Да. Я уж ей и объяснял, объяснял, что царь Могута будет не очень доволен осадой Камнелома, и что у броссов сейчас не самое завидное положение. И нужно будет соглашаться на новые условия…

— А какие условия?

— Да какая разница, она отказалась! Говорит, никакими сюзеренами и вассалами не будут, никаких клятв верности не дадут… Только равный союз.

Я усмехнулся.

— Ну и в чём она не права?

— О, громада, только не являй мне яркий пример вашего бросского упрямства! — Виол всплеснул руками, явно забыв о своей усталости, — Сейчас для дранной Лучевии самый удобный шанс подгрести под себя Бросские Горы! И большой вопрос теперь, согласится ли Троецария помочь после произошедшего.

— Не стоит забывать, — заметил я, — Что на Камнелом летели только снаряды лучевийского советника Шана Куо. А что же касается осады Волхом, то эту проблему, Виол, решили… кхм… именно мы с тобой. Ни один бросский топор не полетел в камнеломскую стену.

— Когда это ты успел посоветоваться с Матерью? — удивился бард, — Она мне сказала это слово в слово.

— Просто жрица стала старшей не за красивые глаза… Ты хочешь выгоду Могуте, ибо работаешь на него, — усмехнулся я, — Мы же хотим счастья родным горам. Дураку понятно, что Троецария окажется в более незавидном положении, если просто так отдаст Бросские Горы на растерзание лучевийцам.

— Но в то же время дикие северные племена уже атакуют Жерло…

— И вот если сейчас Могута не поможет броссам… — я прищурился, — Мы выстоим, но обиду запомним надолго.

— Ну и вот как с вами можно договариваться? — Виол чуть не захныкал.

— Так же, как договаривались сотни лет.

Молчание вдруг нарушила Креона…

— Пока целительницы латали меня, я невольно подслушала их разговор. Малуш, ты не почуял, что в твой разум заглядывали, пока ты был на вулкане?

Я кивнул.

— Было такое ощущение, но я не придал внимания. Но в то же время я чуял, что мне взамен дают силы…

— Насколько я поняла, жрица и вправду связана мысленно с Жерлом, с той самой «праматерью всех броссов». И она почерпнула из твоих мыслей много полезного.

Я даже слегка растерялся… С одной стороны, приятно, что мой опыт из прошлой жизни оказался полезен вулкану, с другой стороны, я не представлял, чему могу научить древнее мудрое существо.

Хотя всем известно, что когда какое-то племя замыкается в себе, и доходит до родственных браков, кровь начинает портиться. А свежая кровь от какого-нибудь залётного молодца наоборот рождает настоящих богатырей.

Мысленный пример был не очень, но, быть может, в мудрости те же законы? Броссы замкнулись сами в себе и упрямо варились в своей культуре тысячи лет, что довело их уже до хморочьей ереси Волха… Поэтому мой богатый жизненный опыт Тёмного, помноженный на веселье с Небом и Бездной, был глотком свежего воздуха для материнской сущности внутри вулкана?

Да, в политике у меня был большой опыт. Я ведь брал города не только войсками, но и хитростью — в моём рукаве был богатый набор козырей…

— Ну тогда неудивительно, почему она сказала это слово в слово, — проворчал Виол, и ревниво добавил, — Какой толк был от моих медитаций, если у нас тут такой великий стратег есть, а, Малуш⁈

— Ну, зато ты отдохнул…

* * *

Было бы удивительно, если бы наше путешествие, так неудачно начавшись, ещё бы и спокойно продолжилось. Потому что уже довольно скоро, когда тропа пошла заметно вверх, и нам пришлось по ней карабкаться, Виол вдруг схватил меня за ногу.

— Громада! — зашипел он, указывая назад, — За нами погоня!

Я глянул, но не увидел ничего, кроме гор и камня. Хотя, подстёгнутое предупреждением барда, моё чутьё тоже начало поклёвывать тревогой.

Да ещё тропа, как назло, стала такая неразборчивая, что мы иногда подолгу решали — это она или мы уже свернули не туда? Малуш ещё до моего вселения никогда не был в этой стороне гор, и воспоминания тут ничем не могли помочь.

Ух, смердящий свет, как бы мне сейчас помог Кутень!

Поднявшись наверх, мы прибавили шаг. Солнце уже поднялось достаточно высоко, но тропа вскоре снова спустила нас в тень, как раз между скалистыми склонами двух вершин. И лишь когда мы оказались в полумраке ущелья, нас всех посетила одна и та же мысль.

— Громада, а не то ли это ущелье, которое нам надо было обойти?

— Моркатова стужь! — вырвалось у Креоны, которая уже приобрела здоровый для её бледности цвет лица, — Малуш, ты же говорил, что бросс.

— Ну вот я и привёл вас, чтоб показать, что именно в это ущелье нам нельзя…

— О, видит Маюн, хладочара, что шутки у нашего бросса всё такие же бросские.

— Неброские бросские шутки, — без улыбки ответила Креона, — Повернём?

Ветер, залетающий в узкое ущелье, принёс нам звуки чьих-то криков. На голоса магических каменных дьяволов, как бы они не выглядели, это было не похоже. А вот на крики загоняющих добычу остервенелых дикарей вполне.

Как бы там ни было, сражаться против толпы в узком ущелье гораздо удобнее. А особенно выносить их огненной магией, не боясь сжечь друзей. Что же до мифических каменных дьяволов, то я решил