Читать книгу - "Фантастика 2025-46 - Маркус Кас"

получил серьезные повреждения, у меня есть отчет лекаря. В нем сказано, что уже через шесть часов нахождения в восстановительной ванне, в которую вашего сына поместили незамедлительно, все повреждения были восстановлены.

— Но у мальчика пропал аппетит. Он практически ничего не ест. Он заперся в своей комнате и не пускает туда даже меня.

— Ольга Михайловна, — Стрибор встал и подошел к женщине, взял ее доверительно под локоть и понизил голос, — понимаете, поражение на дуэли — это большой стресс, однако это и путь к совершенствованию своих навыков. Я уверен, что в скором времени ваш сын удивит всех своим стремлением стать сильнее. — Доведя Шилову до двери, мужчина открыл ее. — А сейчас вам следует находиться ближе к сыну. Так будет лучше для всех. А насчет его противника… ведь свет может не понять вашего стремления его отыскать. И это отразится на вашей семье.

— Да? — Слезы если и были, то давно уже высохли. — Я об этом не подумала. Благодарю, что уделили мне время. — И женщина удалилась.

Наследник сильнейшего рода ветра облегченно вздохнул. Ушедшая гостья оставила после себя чувство гадливости. Как будто пиявку раздавил в руках. Конечно, чего еще ждать от дочери купца. Но за пять лет проживания в столице можно было выучить хотя бы элементарные неписаные правила высшего света. И сын весь в мамочку. Вызывающий внутреннее отвращение слизняк, прячущийся за юбку матери. Надо минимизировать контакты с родом Шиловых, даже если придется отказаться от нескольких проектов. Честь дороже. Что до противника Шилова на дуэли, нужно предупредить младших родичей, обучающихся в Первом лицее. Пусть аккуратно присмотрят за ним. Вряд ли эта деятельная дамочка угомонится.

Глава 11

Лицей

Чтобы добраться до лицея, у меня ушло более трех часов. Находился он в пригороде столицы и занимал огромную территорию, обнесенную высоким забором и отлично охраняемую. Службу по охране с момента основания здесь нес вольный отряд «Пасынки жизни». Несмотря на статус вольного отряда, подчинялись они непосредственно директору и, как весь лицей, курировались императорским родом.

Дорога к комплексу была забита машинами представительского класса. Лицей являлся интернатом, и все учащиеся жили на его территории. Сейчас они спешили заселиться. Из багажников слуги доставали десятки чемоданов. И, выстроившись в колонну, несли их в корпуса общежития. Все это настолько напоминало муравейник, что я невольно начал оглядываться, не протащит ли мимо меня мертвую гусеницу очередная колонна слуг-муравьев.

Я со своим пошарпанным чемоданом, в тактической одежде вместо идеально сидящей школьной формы, как у остальных, стоившей даже на мой неискушенный взгляд просто нереальных денег, смотрелся совершенно невзрачно. Настолько, что охрана не захотела впускать меня на территорию.

Пришлось дожидаться, пока не вызовут завуча, отвечающего за новых учеников. Меня вся эта ситуация не напрягала. И только когда после проверки документов охрана полезла в мои вещи для досмотра, я взбеленился. Пытавшийся открыть мой чемодан боец замер, почувствовав у шеи острую сталь.

— Медленно поставь чемодан на землю. — Боец подчинился, в это время остальные уже держали меня на прицеле. — Молодец. Теперь разворачиваемся и идем к воротам.

Злоба переполняла меня. Если я позволю кому бы то ни было так с собой обращаться, потеряю самоуважение. Плевать на детей аристократов, смотрящих на меня как на кусок грязи. Рамок приличия они не переступали. И мы еще посмотрим, кто кем станет в итоге. Но эти уроды из вольных отрядов… Разжиревшие твари, самоутверждающиеся за счет студентов, которые не могут дать им отпор. Мое решение было, конечно, чересчур импульсивным, но я не хотел позволять унижать себя. Находиться на территории лицея в данный момент мне было нельзя. Законом то, что я сделал, трактовалось однозначно как вооруженное нападение на сотрудника правопорядка при исполнении. Поэтому, прикрываясь телом одного из бойцов, я медленно отступал к воротам, надеясь раствориться между машинами.

— Что здесь происходит? — высокая красивая женщина лет тридцати пяти прервала беседу с мощным рыжебородым гномом и вместе с ним поспешила к воротам. — Я еще раз спрашиваю, что здесь происходит?

— Захват заложника. — Дорогу ей заступил один из охранников, по всей видимости, старший смены. — Предотвращено проникновение преступника на территорию. — Пускать ее ближе он не собирался.

— И давно у нас преступники ходят на промысел с вещами и гитарой? — Женщина была настроена воинственно. — Пропустите меня, сударь, и прикажите своим людям убрать оружие. — Оттолкнув охранника плечом, она прошла к воротам.

— С чем бы он ни ходил, имеется факт нападения и взятия заложника. — Сдаваться старший не собирался и устремился следом.

— И почему я не удивлена, что произошло это в ваше дежурство? В прошлом году уже были инциденты, и лишь по личному ходатайству вашего капитана и под его личное поручительство вы были опять допущены к работе. Но сегодняшний случай перешел все границы дозволенного. Вы опозорили наш лицей перед всеми учащимися и их семьями. Меня зовут Сикорская Антонина Петровна. Я заведующая учебной частью по работе с первыми курсами. Молодой человек, уберите оружие и потрудитесь объяснить, что тут происходит. — Она остановилась в метре от меня.

Я убрал тао в ножны, достал и протянул ей бумаги.

— Александр Сергеевич Соколов, шестнадцать лет. Прибыл для обучения в Первом лицее имени его императорского величества Михаила Вышинина. Был остановлен охраной для проверки документов. После предъявления имела место попытка устроить личный досмотр вещей. Счел для себя невозможным терпеть подобное обращение и попытался покинуть территорию лицея.

— Зачем вы взяли заложника, Александр Сергеевич? — Сикорская, не отрываясь, изучала мои документы. Создавалось впечатление, что выслушивать объяснения провинившихся ей не в новинку.

— Количество охранников и их расположение не давало возможности безопасно отойти к воротам. Поэтому я принял решение прикрыться одним из охранников.

— Складно излагаешь, — прогудел гном, по-прежнему остающийся с завучем. — Кадет?

— Егерь отряда «Пепельные вороны» в статусе вольного.

— О как. Целый егерь. А воинская книжка у тебя есть, егерь?

Я вынул книжку и передал ее гному. На первой же странице брови его приподнялись, я же не озвучивал, что я еще и диверсант. Дойдя до трофеев, гном довольно крякнул и, подхватив Сикорскую под локоть, буквально оттащил от ворот, начав что-то объяснять и указывая то на меня, то на охрану.

Через пару минут они вернулись. Завуч протянула мне документы.

— Прошу прощения за этот инцидент. Виновные будут строго наказаны. Следуйте в корпус номер семь, это мужское общежитие. Расселение через коменданта. Мастер Гамиль, — обратилась она к гному, — я вас прошу, проследите, чтобы молодой человек получил все необходимые вещи. А также школьную форму. Завтра в девять