Читать книгу - "Повелитель Хаоса - Александр Светлый"

я сломаюсь и упаду ниц, начну умолять о пощаде. Все в зале, кроме меня уже давно сползли с кресел, полностью лишившись контроля над телом из-за парализующего их страха, а на меня этот эффект хоть и подействовал, но не так сильно, благодаря поддержке древних наставников.

Да, был пик, на котором я чуть не потерял сознание от страха и готов был рухнуть на пол, но он уже миновал. Наоборот, страх стремительно отступал, так как жертвенный поток крови Шень Кана прекратился. Мужчина больше не мог питать алую воронку и сам еле стоял на ногах, бледный, как мертвец.

А я уже начинал чувствовать ноги и руки. Удалось сжать кулаки и не останавливаясь на достигнутом, я потянулся к футляру на поясе. Сейчас я всё закончу. Нужно блокировать канал Ци в правой руке врага и он потеряет контроль над воронкой. Я решил, что именно она создавала эту чудовищную ауру страха, от которой нужно было избавиться любым способом. Пока она есть, я полноценно сражаться не смогу. Но что-то мне подсказывало, что возможно и не придется.

Второй старейшина не рисковал ко мне приблизиться, пока его мощное, подавляющее разум врагов оружие не подействует на меня в полной мере, но тут он просчитался. Пик эффективного воздействия ауры страха миновал, и я начал приходить в себя всё быстрее и чувствовал себя всё лучше и уверенней.

Более того, сама мысль, что противник меня боится разрушала наведенный кошмар и придавала мне ещё больше сил, и я даже смог сделать обжигающий, внутренний оборот энергии Ян. По психологическому эффекту он сработал, как прилив мужественности, произвел обжигающую нутро инъекцию бесстрашия. С меня словно бетонная плита упала. Питание от мужской, огненной Ян меня так взбодрило, что я даже смог заговорить без дрожи в голосе. Мне нужно было хоть чем-то ответить на целый ряд угроз, чтобы не потерять лицо, отстоять хоть и вымышленный, но прилипший ко мне титул посланника могущественной гильдии убийц. Я дал волю языку, чтобы ещё сильнее задеть трусливого культиста. Раз он не осмелился атаковать меня на пике гнева, то дальше и вовсе струсит и сбежит.

— Какое-то жалкое насекомое, ничтожный клоп-еретик из убогой, провинциальной секты, такой же слабой и никчемной, как и кучка бегающих у нас на побегушках морских крыс, смеет угрожать управляющей всем Таинственным континентом могущественной гильдии? — выдавил я, и сам удивился, как складно вышло.

Ни разу не запнулся. Тут я решил разыграть самую рискованную карту, намекнув на то, с чем мелкий еретик и вовсе мог быть не знаком. Но меня уже понесло, поэтому я добавил.

— Обитатель Храма Тишины и остальные дряхлые старички из шести царств бегают к моему мастеру на поклон, а ты посмел угрожать его личному ученику? Я хоть и один из слабейших учеников Великого мастера, но сильнее всей вашей секты вместе взятой, — демонстрируя, что совершенно не боюсь противника, заявил я, и одновременно потянулся рукой к уже открытому футляру на поясе. Сейчас нужно подтвердить слова делом. Я смогу, я должен атаковать или проиграю.

Гу Шень Кан без всяких сомнений был в несколько раз сильнее меня и в честном бою мне его не победить, даже сейчас, когда он пожертвовал немалую часть своей энергии и крови на эту психологическую атаку.

Однако, его техника подавления сильно напоминала мне другую демоническую технику, также воздействующую подобным образом. И я знал как её заблокировать, разорвав связь двух энергетических каналов с нижним даньтанем. С этим вполне справятся даже обычные серебряные иглы для акупунктуры.

Если подумать, это чуть ли не единственный способ сравнять наши текущие силы. Так я на короткий миг заблокирую в малом круге всю собранную врагом тёмную энергию и мужчина лишится возможности использовать её для атаки, а в лучшем случае сам навредит себе попыткой это сделать. Нужно лишь правильно запереть её в малом контуре.

На несколько секунд я погрузился в воспоминание, что и как надо сделать, а когда открыл глаза, увидел, что моя цель скопытилась и без приложенных мной усилий. Вот тебе и демонические техники. Они в принципе опасны для жизни без тщательной подготовки, ведь без жертвы, приходится использовать личные жизненные ресурсы, в том числе кровь.

Так как давление страха окончательно прекратилось, я поднялся с кресла и на всё ещё ватных ногах прошелся до кресла второго старейшины, где его обескровленное тело рухнуло лицом вниз и замерло неподвижно. Мужчина не рассчитал сил и потратил слишком много крови, что вызвало необратимые повреждения органов и тканей. Он просто потерял сознание, но был ещё жив.

Чтобы обезопасить себя от неожиданной атаки, я вынул иглу и несколько раз проткнул шею мужчины в районе сонной артерии. Обычно кровь из неё бьет фонтаном, но после его кровавой техники из шеи полился лишь скромный ручеек. Победа. Минута и угрожавший мне расправой враг просто истечет кровью.

Распластавшиеся на полу в агонии мастера и ученики секты также начали приходить в себя. Крутили по сторонам головами. Кто-то потерял сознание от страха, таких было почти половина. Очень многие из них обделались прямо в одежду. Заметив это, я бросил косой взгляд и на свою одежду и с острым чувством стыда отметил, что и сам я не удержал содержимое мочевого пузыря. Даже не заметил, как это произошло. Было совсем не до того.

Однако, никто в зале наставников не посчитал меня слабаком или трусом. Наоборот, когда все мастера лежали на полу на брюхе и бились в агонии, я твердо сидел на кресле, а теперь все видели, что я стою над поверженным врагом с иглой в руке, а второй старейшина лежит в луже собственной крови раненый или уже мертвый. То, что он сам себя довел до бессознательного состояния и свалился на пол без моей помощи, выпало за финальную сцену. Я выглядел победителем, хоть и не приложил к этому никаких усилий. Происшествие в зале наставников секты Облачного пика унесло ещё несколько жизней. От ужаса остановилось сердце старика Гу Лу Шаня и нескольких слабых послушников, выполнявших роль обычной прислуги.

В новый тур переговоров по поводу дальнейшей судьбы девицы Лэй Сяо я вступил уже с первым старейшиной, получившим право занять место нового главы секты и сильнейшим представителем конкурирующего лагеря, духовным мастером Ченом. Но эти переговоры прошли уже не от лица послушника-новичка, а от лица молодого мастера гильдии убийц