Читать книгу - "Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский"

на круглый стол, вокруг которого мы столпились, толстую книгу. — Это история создания Раманской академии магии. Но интересно не это, а другое. Видите, вот тут? Дата окончания реставрации как раз в тот год, когда убрали скелет дракона из холла.

— Тридцать первое число последнего месяца весны, — пробормотала я.

— Это могла быть любая другая дата, но нет — именно последний день. Это подсказка для тех, кто знает об этой магии, кто будет в последующем интересоваться историей академии и, возможно, разгадывать её тайны.

— Жаль, что об этой магии без его величества мы бы не узнали, — вздохнула Рами. — Почему не введут предмет особая магия? Думаю, следующим поколениям, кому не повезет вот так обучаться бок о бок с невестой самого Максимилиана Раманского, будет очень полезно.

Я наградила Рами возмущенным взглядом, но та лишь закатила глаза, мол, да брось, все уже знают. Только они не знают, что этот статус я уже утратила, а говорить об этом, когда я отрицала само его существование, было бы глупо.

— У нас будет всего полтора часа, — потарабанив пальцами по столу, произнесла Тимория. — Должны успеть.

— Тогда встретимся у сто шестнадцатой аудитории без пяти двенадцать, — заключил Элай.

— Пропустим салют, — вздохнула Клаудия. — И последний танец уходящей осени.

— А еще — снятие масок, — добавила Рами.

— Вам что важнее — скелет дракона или какие-то танцы? — поставил вопрос ребром Элай, и все выбрали дракона.

То есть его скелет.

Еще раз обсудив план, хотя до Осеннего бала оставалось полтора месяца — мы вышли из библиотеки, что-то обсуждая и веселясь. За такое короткое время мы действительно умудрились стать не просто клубом, а настоящей бандой.

Вернувшись в комнату, я села за стол и открыла учебники. Мне нужно подготовить реферат по общей целебной магии и ещё я решила почитать книги по истории — магистр Фаут спрашивал больше, чем рассказывал на лекциях и чем было написано в учебниках, поэтому пришлось привлекать дополнительную литературу.

Нет, я по-прежнему стремилась выиграть спор с отцом, но мне действительно нравилось учиться — раз, а два — я хотела стать первоклассной магиней, чтобы помочь фейри. К слову Крепыш, который тоже изучал магию, намного меньше уделял внимания насущной бриольской проблеме, чем я.

Время уже перевалило за полночь, а я всё еще читала исторический справочник. К следующему коллоквиуму у магистра Фаута подготовиться было не просто…

— Ты спать когда будешь? Последние дни похожа на умертвие, — прокомментировал Крепыш, и я зевнула, прикрыв рот ладонью.

— Мне бы больше времени в сутках, — вздохнула я и отложила в сторону учебники, скрестив руки на столе и опустив голову. — Столько всего надо запомнить и изучить, а ещё…

Я не договорила, услышав, как кто-то стучит в дверь. Кто может прийти столь поздно? Бросила взгляд на часы — уже первый час ночи. Неужели бабуля? Дома что-то случилось?

Перепугавшись, я подскочила и переглянулась со своими домочадцами. Синеглазка взмахнула крыльями и полетела в гостиную, я — за ней. Крепыш неохотно плёлся позади.

— Кому я понадобился в такое время? — бурчал он.

— Почему именно ты? — шёпотом спросила я.

— А кто ещё? — недоумённо уточнил фейри.

Развенчивать его феноменальное самомнение я не стала, просто подошла к двери. Синеглазка кудахтнула, взмахивая крыльями, и я, попросив её скрыться за дверью, резко распахнула последнюю.

И застыла. Этого не может быть! Просто не может.

Передо мной стоял сам его величество король Рамании!

Я быстро захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной. Мне определённо показалось. Посмотрела сначала на Крепыша, а потом на Синеглазку. Он не мог прийти ко мне посреди ночи. Бабулечка меня убьет, если я впущу его или выйду! Она мне еще за прошлый раз мстит — ежедневно напоминает о том, как должна себя вести благовоспитанная принцесса.

— Мне показалось или там его величество? — уточнила я вслух. — И я перед его носом закрыла дверь? Хорошо что, не успела переодеться в ночную рубашку.

Сон как рукой сняло. Сердце ускорило свой бег. Вдохнув и выдохнув, я всё-таки открыла дверь, потому что была не в силах бороться с самой собой — мне хотелось увидеть Максимилиана. И пусть мне потом влетит от её величества.

— Доброй ночи, — улыбнулся король.

Максимилиан стоял в тёмной кожаной куртке, тёмной рубашке и в не менее тёмных брюках. Одежда обычная, без вышивки и украшений, а привычно распущенные волосы собраны в хвост, лишь несколько коротких прядей спадают на лоб.

— Доброй ночи, — пробормотала растерянно.

— Ты всё-таки вышла, — хмыкнул он. — Думал, ты уже насовсем захлопнула дверь.

— Однако вы всё-таки здесь и не ушли.

— А ты всё-таки вышла, — повторил он с улыбкой. — Это что-то да значит.

— Жест вежливости? — ответила я, немного смутившись, и оглядела коридор. — Что вы здесь делаете, ваше величество?

— Пришел к тебе. И может… пора перейти на ты, Купава? Ты ведь уже звала меня по имени. Десять лет не такая критическая разница. — Я прикусила губу, а его величество, смотря на меня с улыбкой, протянул, подталкивая меня к нужному решению: — Макс. Называй меня просто Макс. В прошлый раз мне понравилось.

— Ты — правитель почти четверти мира, — прошептала я. — Как ты можешь быть просто Максом?

— Перешла на «ты», уже неплохо, — улыбнулся этот обольститель. — И отвечая на твой вопрос… для тебя — могу.

Последнее было сказано без улыбки, совершенно серьёзно, так, что у меня сердце затрепетало. Я могу устоять перед его величеством, но я не могу устоять перед Максом. Эти две грани одного и того же мужчины были для меня столь разными, что я терялась, какая именно мне больше нравится.

Правитель, которого обожает его родная страна, или молодой мужчина, что дарит мне и только мне такие улыбки? Или всё же не только мне? Я не забыла, сколько сердец похитил его величество. Может, я — очередной трофей, только более интересный, ведь сопротивляюсь?

И все же… я так часто смотрела на горные цветы в корзинке и вспоминала его слова.

— Что ты здесь делаешь?

— Должно быть, схожу с ума, раз действительно пришёл сюда ночью, — покачал головой Максимилиан и уже серьёзнее добавил: — Меня снедает желание показать тебе одно особенное место.