Читать книгу - "Полдень, XXI век, 2002 № 01 - Журнал «Полдень XXI век»"

не мочи штанишки. Но, Митя, серьезный разговор только после брудершафта. Пока я тебе не доверяю, потому что ты — бука, а возможно, еще и бяка.

Поцелуй у дамы оказался крепким, густым, сладким, как варенье. Из-за густого слоя помады, наверное.

— Ты все ж таки намекни, если тебя из органов послали... — попросил слегка одурманенный Митя. — Хотя бы дай знак какой-нибудь.

— Посылают «на», причем на один определенный орган. Я думаю, соответствующий знак тебе хорошо известен. Подумай, Митя, разве работают в органах такие красивые, умные и содержательные, как я? Объясняю еще раз, максимально популярно: встреча с твоими друзьями была случайной, странной, даже нелепой, но они мне показались интересными людьми, несмотря на все свои недостатки.

— А что в них интересного, кроме того, что они бандиты?

— Их прошлое, — кратко и весомо ответила Светлана. — То далекое прошлое, из которого они к нам пожаловали.

Митя стал нервно чесать зазудевшую вдруг макушку, нисколько не стесняясь белокурой красотки. Разговор явно не клеился, уходил не туда. Может, попробовать пошутить?

— Значит, кто-то прокатил их на машине времени, чтобы мы могли убедиться, что наши прапрадедушки были зело наглые и вонючие?

— Нет у них никаких праправнуков. Их семьи погибли при взятии Рязани Батыем... А семьсот семьдесят лет они честно отмотали, скажем, для того, чтобы мы могли в этом убедиться.

— И это называется честно. Не старея?

— Старея, долго бы не прожили, Митенька. Повторяю, был преодолен порог Ходжелла. Деталей этого процесса никто пока не знает, включая меня. Возможно, какая-то вирусная инфекция привела к повышению живучести клеток. А чего смеешься?

— Это у меня нервное, извини, не могу лицо контролировать, — застеснявшись, сказал Митя. Самоуверенная дамочка вызывала в нем почти такое же раздражение, как и сбрендившие бандиты.

Светлана неожиданно погладила его по голове. Издевательски или с сочувствием? Наверное, издевательски, потому что снова стала выводить трели на «вирусные» темы.

— Я про вирус, который захотел не смерти своего носителя, а долгой жизни. Почему нет?

— Может, сменим тему? Слушай, а сколько стоит ужин на двоих в «Боярыне»?

— Примерно твоя трехмесячная зарплата. Или тебе зарплату всегда задерживают на тридцать лет и три года?

Митя предпочел бы эти издевки, однако Светлана с упорством носорога толкала тему бессмертия и особенно напирала на эндогенные вирусы. Они-де должны прикрыть обесмерченные клетки от всяких патогенов и иммунной системы, которая все менее будет признавать их за свои. Есть тут прямая аналогия с синкутиумной защитой зародыша от иммунной системы матери...

Галкин наконец признал, что он полный ноль в биологии и поэтому отреагировал «асимметрично», спросив, почему у этих бородатых зародышей в его квартире все разглагольствования в пределах одной главы из учебника истории, а общая эрудиция на уровне пятилетних дурачков? Где же обширные воспоминания за последние семьсот семьдесят лет? Но Светлана и тут не растерялась.

— 1237 год, разорение Рязани Батыем, все эти страсти-мордасти — вот что сформировало их личности. Прочие столетия прошмыгнули, не сильно запечатлевшись в их мозгах. Мозгам не нужна унылая череда запоев. полевых работ, отсидок в тюрьме, рябых баб и сопливых ребятишек. Короче, сознание у этих витязей настроено так, чтобы отфильтровывать все, без чего можно обойтись. Иначе сидело бы в них сразу по десять различных личностей, а это уже полная шизофрения...

Светлана, в отличие от других красоток, по обыкновению тупых и невежественных, оказалась смышленой и нахватанной не менее Дмитрия. А в чем-то ее преимущество было подавляющим. Светлана опустилась на низкую табуреточку, да еще умудрилась закинуть ногу за ногу. Коленки и все такое прочее мешали Галкину сконцентрироваться и взять ситуацию под контроль. Прекратился и присущий всякому интеллигенту внутренний монолог.

— М-м-м, Света, не будем переходить на личности... Но не могут же эти типы щеголять в тех же самых шмотках, которые надели семьсот семьдесят лет назад.

— Те шмотки, конечно, давно истлели. А эти изготовлены точно по образцу тех, но с применением нынешних материалов, ниток, шнурков, стальных заклепок. Ремесленные навыки 13-го века железно въелись в подкорку этих семерых, однако не мешают обучаться тому новому, что может пригодиться сегодня.

Спор явно заканчивался победой Светланы, и Митя вынужден был пустить в ход тяжелую артиллерию.

— На Земле не может быть людей, которым по 770 лет. Да и не должно быть. Это просто несправедливо по отношению ко всем остальным. В конце концов, смерть всех подряд косит, то есть уравнивает и богатых и бедных, и удачливых и неудачников. Все на отдых отправляются, корешки нюхать. И такого равенства у нас никто не имеет права отнимать!

— Сплошные лозунги. Коммуняка ты, коммуняка, Дмитрий. Уже стал проповедовать светлое загробное будущее, где все равны.

— Да хоть загробное. Мне и представить тошно, что появится бессмертие для толстомордых. Начальство в богов бессмертных превратится, а лохами по-прежнему будут поля удобрять. Мне, значит, от рака мозга, профзаболевания программистов-неудачников, надлежит загнуться, мне прямая дорога в минус-бесконечность, а кто-то тысячу лет будет сорокоградусный нектар вкушать, стругать детей на стороне и вешать ордена себе на грудь?

Лицо Светланы стало жестче, как будто заострилось.

— Сочувствия к тебе, Митя, ноль. Потому что ты завистливый. Думаешь, что тысячу лет — это так здорово? А вдруг ты крупно ошибаешься. К библейским долгожителям все-таки господь Бог приходил, обрезаться требовал и ветхозаветные заповеди давал... А эти твои витязи прожили почти восемьсот лет в условиях мрачной российской действительности, где периоды антинародных реформ неизбежно сменяются периодами народных лагерей. Может, твои долгосрочные мужики уже блюют желчью от такой жизни, потому что лет семьсот как никто их по головке не погладит, не полюбит и не пожалеет.

В разгар дискуссии на кухню ввалился плечистый Еруслан, и сразу стало тесно.

— А почему меня никто не гладит, не жалеет? Да потому что я старомодный, никаких нынешних танцев не знаю!.. Ну-ка, сказывайте, до чего договорились за нашими спинами. А то, понимаешь, воду они пустили.

Весь вид Светланы показывал, что псы-витязи полностью ею приручены, совсем не страшны и даже несколько забавны.

— Ерусланчик, дорогой, мы, конечно же, договорились и с вами договоримся. Есть деловое предложение. Вам надо в кирпичевский институт. Я вас туда отведу, богатыри святорусские.

— Какие речи приятственные, прямо не могу своим ушам поверить. А почто тебе это все надо, бесстрашная дева? — несколько удивился Еруслан.

— Есть хорошая задумка насчет... но все ж таки меня там