Читать книгу - "Фантастика 2025-46 - Маркус Кас"

чинуш решил, что он Соколиный Глаз, и пальнул в стадо. Вот и вылетел на них раненый кабан. Дед закрыл приезжих собой и добил кабана, но тот разворотил ему всю брюшину. До ближайшего жилья почти сутки пешком. Горе-охотника едва не прибили и впоследствии выгнали с работы, однако деда это не вернуло. К чести остальных, они сразу повезли деда в больницу. Слабенькая целительница, что с ними была, потеряла сознание от перенапряжения. Однако все оказалось напрасно. Дед умер. И я остался один.

Меня поселили в ближайшем приюте, но мне было все равно. При первой возможности я сбежал в тайгу. Забрал из нашего с дедом дома его ружье и пошел мстить. В голове было пусто, присутствовало лишь одно желание — убивать. Думаю, кончилось бы для меня все плохо даже без встречи с раненым дендроидом. Ну а когда я пришел в себя в крепости воронов, ко мне подошел человеко-кот, нэко, и что-то спросил. Я буркнул в ответ нечто типа: «Говорить научись, а потом спрашивай». За что получил подзатыльник, ведро с тряпкой и был отправлен мыть полы в казарме. Так началась моя жизнь в крепости «Пепельных воронов».

Названия у крепости как такового не имелось. Называли ее просто «Крепость воронов». Капитан был бессменным комендантом этой крепости уже более двадцати лет. Что заставило воина покинуть свою страну и примкнуть к воронам, никто не знал. Но слухи ходили самые разные. Начиная от гибели всего рода Сумеречных Котов, из которого происходил капитан, кончая историей любви между ним и принцессой нэк. Вообще все здесь было, как и в любом другом коллективе, где много мужиков и мало развлечений. Услышать что-то, переврать по-своему, украсив узорами фантазии и заплатами настоящей брехни. И рассказать это по большому секрету вечером в казарме.

Все сказанное не отменяло того факта, что воином капитан был отменным. И своих подчиненных натаскивал будь здоров как. Именно от капитана я получил свои первые базы языка нэко (у зверолюдей он считается общим), и владения легкими парными тесаками тао. Капитан заставил меня развивать обе руки, так как и сам был амбидекстером. С тех пор я одинаково хорошо владею и правой, и левой. Когда смог удержать отдачу полуавтоматического пистолета, начал учиться стрелять с обеих рук.

Я числился в отряде новичком. «Пепельные вороны» были наемниками или ЧВК. Однако уже более двухсот лет несли службу на северных границах империи, закрывая ее собой от нежити. Мертвые пустоши занимали всю Арктику и Заполярье. Там, где живые выживали, нежить чувствовала себя прекрасно. Арктика и Антарктида были их вотчиной. Но основной рассадник нежити находился в Африке. Сахара стала одним гигантским кладбищем, откуда накатывали волны мертвых. Иногда отголоски тех волн доходили и до южных рубежей империи. На севере же нежить сдерживала сеть крепостей, где базировались имперские полки, дружины родов и частные отряды, одним из которых и являлись «Пепельные вороны».

Каждый в отряде старался меня чему-нибудь научить. Необязательно боевым приемам или воинским навыкам. Например, наши егеря научили ориентироваться по звуку. Различать источник звука и эхо. А для этого они заставляли меня петь и играть на гитаре. Развивали музыкальный слух. Сам не верил, что получится, но они — профи. И я оказался не первым их учеником. На экзамене мне нужно было войти с завязанными глазами в сарай с текущей крышей, взять у дальней стены колокольчик и выйти, не намокнув и ничего не задев. По всей площади сарая под падающие капли была подставлена различная тара. Блюдца, ведра, ковши, кувшины. Все разных размеров и разных материалов. Год я ходил в этот проклятый сарай во время каждого дождя как на работу. Всем было плевать, что егеря у нас в основном зверолюди, а у них слух на порядок тоньше. И только через год я сумел войти и выйти, соблюдая все условия.

Но больше всего я благодарен двум людям. Отрядному главе механиков, оружейнику и рунологу, вечно ворчащему гному Торину и отрядному химику, алхимику и фармацевту, очень симпатичной, тонкой, как тростинка, эльфе Сае. Эти двое стали для меня отдушиной во время длинной череды тренировок, муштры и поединков. На них же держалась военная мощь отряда.

Наличие аурного щита серьезно снижает эффективность огнестрельного оружия. Для нанесения повреждения телу щит нужно либо пробить, либо перегрузить, чтобы он не справился с количеством попавших в него снарядов. Этого достигали двумя путями. Либо усиливали каждый снаряд рунами и насыщали его магической силой (этим путем я пошел при создании своей винтовки), либо увеличивали количество осколков от одного заряда на небольшом участке. Мои мины работали именно так.

В бою против нежити наиболее эффективна артиллерия. Расписанные рунами снаряды, пропитанные алхимическими смесями, составленными на основе сердец нежити. Картечь на близких дистанциях. Минные поля с магической составляющей. И все это стоило просто огромных денег. Лишь то, что в отряде были свои рунолог и алхимик, позволяло на должном уровне поддерживать обороноспособность. Но наличие у каждого бойца холодного оружия и умение им пользоваться были обязательными. Проломить аурный щит расписанными рунами тесаком или топором на порядок проще, чем пробить его же из ружья. И гораздо дешевле.

Капитан через свои каналы оформил мне проживание и обучение в крепости. Учили они меня своими силами. Каждую осень мне привозили набор баз для изучения в этом году. Сая помогала отработать знания по биологии, химии и гуманитарным наукам. Торин же помогал с физикой, электротехникой, которая мне была особо интересна, и точными науками. Но если что-то оказывалось непонятным, даже сам капитан не гнушался потратить на меня свое свободное время и помочь с заданиями.

Кроме основного школьного курса я изучал основы взрывного дела, фармацевтику, начала рунологии. Короче, все, до чего мог дотянуться. Привыкший к большому объему информации, поступающей из различных источников на Земле, я все впитывал как губка. Когда решил изготовить для себя оружие с электроспуском и пришел к Торину, тот меня не выгнал, а помог все вспомнить и разобраться в устройстве ружья. Затем на основе ствола от крупнокалиберного пулемета мы с ним собрали винтовку с продольно-скользящим затвором. Обойма на пять выстрелов, хорошая точность и огромная пробивная сила. Сая помогла подобрать оптимальный состав пороха. Правда, он получился пастообразным, но особой роли это не играло. Каждую пулю под присмотром Торина я вручную расписал рунами для усиления эффекта попадания. Затем выдержал в алхимическом растворе, насыщая нейтральной маной. Активатором рун должна была послужить моя сила электричества. Цена каждого выстрела получилась запредельной для стрелкового