Читать книгу - "Искатели жребия - Николай Романецкий"

Наверное, поэтому, когда он пришел к Вите, она, эта ночь, получилась такой радостной, каких не было уже давно.

* * *

Утром Милбери ждал его с докладом.

— Шеф, я проверил флаеры.

«Было бы слишком удачно, — подумал Калинов. — И слишком глупо было бы надеяться».

— Увы, порадовать нечем. — Милбери виновато развел руками. — Ни один аппарат в режиме автопилота вблизи твоего дома не пролетал.

— Конечно… Не дураки же они! Ей-богу, иногда начинаешь жалеть, что флаеры — бесшумные аппараты. В былые времена полпоселка бы проснулось.

— В былые времена они бы ее на флаере не привезли, — заметил Милбери. — А у тебя нет ощущения, что похищение твоей жены — дело рук нечеловеческих?

— У нечеловеков руки отсутствуют.

Милбери фыркнул: похоже, шефова попытка сострить показалась ему не слишком своевременной.

— Конечно, — сказал Калинов. — Я думал об этом. Очень заманчиво ухватиться за такую версию: тогда легко объяснить любые странности.

— Но ведь ты помнишь дело «Нахтигаля»… Калинов жестом остановил его:

— Рэн, я помню все! Однако полагаю, что в любых странностях сначала надо искать дела рук человеческих. В противном случае большинство преступлений никогда не будут раскрыты. И потому я прошу тебя подготовить мне список всех, кто брал напрокат флаеры в течение последней недели.

— В каком районе?

— Ну, скажем… — Калинов поднял глаза к потолку. — В пределах полутора сотен километров от моего дома. Думаю, они держали ее не далее чем в часе полета… Кстати, ты уже задействовал агентуру в монистских организациях?

— Да. Задание выдано вчера.

— Когда должна поступить информация?

— Исходя из имеющихся сведений… Я не давал конкретных сроков, но просил сделать побыстрее, если это не будет грозить агентам провалом… Полагаю, дня три им понадобится.

— Дня три… — Калинов покусал губы. — И никакой гарантии успеха!

Милбери только растерянно развел руками.

— Ладно, — сказал Калинов. — Занимайся флаерами.

Милбери ушел. Калинов связался с бюро охраны и поставил на контроль протектор, который нацепил на руку Виты. Потом получил еще один браслет и отправился в клинику.

* * *

Марина выглядела молодцом: лицо розовое, глаза живые. Потянулась к нему.

— Сашенька, я так рада, что ты пришел! Калинов поцеловал ее, поговорили о здоровье, о самочувствии младшего сына.

— Доктор меня сегодня отпускает, — сказала Марина.

— Да, я заходил к нему… За тобой явится Вита. — Калинов посмотрел на часы. — Уже скоро… И я прошу тебя: сегодня из дома ни на шаг.

— Почему? — удивилась Марина. — Я хочу на Ладогу.

— На Ладогу пойдешь через пару дней… Ну я прошу тебя — будь умницей!

Она внимательно посмотрела ему в глаза:

— Но почему? Неужели я не в порядке? Ты что-то от меня скрываешь?

— Глупости! — Калинов не отвел взгляда. Как разведчик на допросе. — Ты в полном порядке, иначе бы доктор оставил тебя в клинике.

— Да, я знаю. — Она опустила глаза, заморгала. — Но ты от меня что-то скрываешь… Или эти дурацкие сны во всем виноваты? Мне как-то не по себе. И ты не очень хорошо выглядишь. У тебя усталый вид.

— Неприятности на работе, — сказал Калинов, чертыхаясь про себя, потому что ни о каком протекторе теперь и речи идти не могло: он бы только насторожил Марину. Или того хуже — напугал.

— Бедный Саша! — Она погладила его по голове. — Опять тебя монисты достают?

— Ничего! — Он подмигнул ей. — Не достанут! Историческая перспектива не на их стороне. — Он снова подмигнул и снова откровенно посмотрел на часы.

Она вздохнула:

— Ладно, иди. Я вижу, тебе сейчас не до меня… И не спорь с беременной женщиной!

Спорить с беременной женщиной Калинов не стал: она, как всегда, была права.

* * *

Подумав немного, он связался с бюро охраны. Начальник бюро его другом не был, но Калинов не сомневался, что просьба будет удовлетворена. И действительно, когда он описал ситуацию, начальник бюро немедленно отдал приказы. Пришлось, правда, со старшим наряда смотаться к дому, объяснить, где лучше выставить охранников, покумекать на пару, как их замаскировать, чтобы не очень лезли в глаза. Соседи — народ всезнающий и всевидящий… Потом понаблюдал издалека, как прима привела домой секунду. Для наблюдения использовали флаер и оптические спецсредства. Сердце Калинова дрогнуло: Маринка выглядела такой несчастной, что он чуть не прослезился.

Во всяком случае, теперь не требовалось надевать ей на руку протектор, требовалось только проследить, чтобы она не покидала дома. К Сельме и Сережке приставили «скрытую мобильную охрану в пределах города». Конечно, не бог весть что, но иного выхода не было: иначе детей пришлось бы сажать под замок. Впрочем, охранники были опытные, а дети пользовались джамп-связью лишь по дороге из дома и домой.

Едва Калинов вернулся к себе в кабинет, последовал вызов под индексом «Пресса». С прессой Калинов никогда не конфликтовал — себе дороже.

С экрана взглянули знакомые глаза. Это была она, Лорина-Лавиния. За прошедшие два или три года она практически не изменилась: наверное, личная жизнь не ставила перед нею больших проблем. Во всяком случае, ее жен, думается, не крали.

— Здравствуйте, мистер Калинов! Корреспондент журнала «Уорлд секс-мэгэзин» Лоренсия Нейпир.

— Я вас помню. — Калинов заставил себя раз улыбаться. — Рад вас видеть. Хорошо выглядите.

— Спасибо, вы очень любезны! — Комплимент подействовал на Лоренсию: она расцвела. Все-таки женского в ее душе было гораздо больше, чем мужского. — Мне бы хотелось взять интервью, но на этот раз не у одного вас, а у всей вашей семьи. Я имею в виду ваших жен и старшую дочь.

— С каких это пор Ассоциацию Лесбийской Любви интересует жизнь полигамной семьи? — не сдержался Калинов.

Мисс Нейпир не оскорбилась.

— Я выполняю задание журнала, а не ассоциации. Ассоциацию жизнь вашей семьи и в самом деле не интересует… Так когда я могла бы с вами встретиться?

Коря себя за несдержанность, Калинов срочно сыграл отступление. На корреспондентку смотрел привычный, улыбчиво-корректный чиновник.

— Видите ли… э-э… мисс Нейпир… Боюсь, что в ближайшее время организация интервью будет крайне затруднена. Моя вторая жена ждет ребенка, и врачи запрещают ей какие бы то ни было беспокойства. Может быть, позднее, после рождения дочери?

Мисс Лоренсию, похоже, такой исход переговоров не очень устроил, но она не настаивала: по-видимому, заранее поинтересовалась семейными делами Калиновых. Раскланиваясь, она чуть ли не шаркала ножкой. А может, и шаркала — через тейлор было не видно.