Читать книгу - "Фантастика 2025-185 - Дмитрий Львович Казаков"

судостроителями соответствующую сделку. Теперь у Того будет четырнадцать броненосных кораблей против девяти русских (шесть у Макарова в Порт-Артуре и три у Иессена во Владивостоке). Ведь два покалеченных в первый день войны броненосца вернутся в строй ещё не завтра…

И ко всему прочему, общий язык с сухопутными генералами найти никак не удавалось, словно они воевали под разными знамёнами и преследовали абсолютно разные цели. Душная атмосфера зависти, интриг и сплетен, а перед ними враг, и враг умелый и опасный, а не какие-то жёлтые макаки, как любят выражаться в генеральских кругах. Японская армия стремительно продвигалась в глубь Манчжурии, возникла реальная угроза блокады Порт-Артура с суши, а скрипучая и ржавая военная машина Российской империи всё никак не могла раскачаться и набрать обороты. А в Петербурге от него, вице-адмирала Макарова, командующего русским флотом на Тихом океане, упорно ждали чуда - вплоть до полного и молниеносного разгрома Того и бомбардировки японских островов.

Макаров верил в победу, но его вера основывалось на точном расчёте соотношения сил противоборствующих сторон. Пока он мог уповать лишь на мины да на ночные рейды миноносцев, высылаемых в море для разведки и, буде возможно, атаки обнаруженных крупных кораблей японцев. Вот и этой ночью восемь миноносцев были направлены к островам Эллиот - имелись сведения, что там сосредоточиваются вражеские войсковые транспорты для десанта на полуостров Гуаньдун. Если японцев удастся обнаружить и атаковать, и атаковать успешно, это будет той реальной победой, которой так не хватает русскому флоту. Слишком много понаделано ошибок и до открытия военных действий, и в начале этой злополучной войны, чтобы вот так запросто переломить ход событий в пользу России.

Адмирал сидел в кают-компании крейсера "Баян", на котором он находился почти постоянно, так что на эскадре привыкли считать "Баян" флагманским кораблём. И это тоже было новым и непривычным - адмиралу положено пребывать на самом мощном корабле и вести за собой флот на сокрушение супостата. Так всегда поступали всё флагманы всех стран - в первую очередь адмиралы флота Её Величества, владычицы морей Британии. А Макаров выходил в море на лёгких крейсерах, - и на "Аскольде", и на "Новике", - пренебрегая многовековыми традициями. Он считал, что боем удобнее управлять со стороны, находясь на быстроходном и достаточно защищённом корабле, отсутствие которого в боевой линии лишь незначительно ослабит общую огневую мощь эскадры. Броненосный "Баян" со своими двумя восьмидюймовыми и восемью шестидюймовыми орудиями, прикрытый бортовой и палубной броней и с ходом в двадцать два узла (больше, чем у тяжёлых крейсеров японцев) подходил для этой цели как нельзя лучше. На нём всегда можно оказаться в нужное время в нужном месте, выйти из-под обстрела для спокойного анализа и оценки обстановки, тогда как адмиральский флаг на корабле первой линии притягивает неприятельские снаряды подобно магниту, делая флагманский корабль основной мишенью для всех орудий всего вражеского флота.

Сидя в одиночестве за столом, освещённым переборочными светильниками, адмирал прихлёбывал обжигающий чай. Может быть, для истрёпанных нервов (хотя со стороны вряд ли кто-нибудь мог предположить, что у командующего вообще есть нервы) лучше было бы выпить стакан рома, но не хотелось туманить сознание алкоголем. И так с ним, с сознанием, творится что-то неладное, какое-то отупение и свинцовая тяжесть, от которой хочется лечь и забыть всё на свете…

* * *

Бесплотная Тень проскользила над городом, крепостью и гаванью с замершими там железными коробочками, битком набитыми местными разумными существами. У них ночь, время отдыха их биологических организмов, и ауры людей тоже спят, как закрывшиеся на тёмное время суток цветы. А Тени нужно отыскать одно-единственное существо среди многих тысяч - именно за этим её сюда и послали.

Упругая струя магии поддерживает и питает Тень, и укрывает её от чересчур любознательных глаз. Нет, эти примитивные там, внизу не представляют для Тени никакой угрозы, они и помыслить не могут о самом её существовании. Опасны другие, на которых Тень едва не натолкнулась по дороге. Но, кажется, и тех удалось обмануть - не зря Тень вели восемь десятков сильных Магов.

Задача у Тени проста и однозначна - найти и воздействовать, после чего Тень просто распадётся, и тогда самое изощрённое чародейство не обнаружит ни малейших следов вмешательства. Так, кажется, вот оно, искомое…

* * *

В дверь кают-компании негромко постучали, и адмирал отвлёкся от размышлений. Его офицеры приучены к самостоятельности, и если уж уединение адмирала в столь позднее время нарушается, значит, причина этому весьма серьёзная.

– Войдите!

– Ваше превосходительство, сообщение с канонерской лодки "Бобр", - вошедший флаг-офицер был безукоризненно выбрит, подтянут и свеж, несмотря на глубокую ночь. Образец флотского офицера, гроза женских сердец. Сам Макаров амурными подвигами никогда не увлекался, жена была его единственной женщиной, да и то, скорее, только лишь потому, что человеку положено иметь семью. Сердце адмирала безраздельно занимали две страсти - море и война, и для других увлечений места там просто не оставалось. Поэтому Макаров не испытывал обычной мужской зависти к тем, кто пользовался успехом у прекрасного пола, он просто отмечал это как факт. Лишь бы службе не мешало, а там - пусть их… Так, канонерка "Бобр" - она сегодня в дозоре по охране внешнего рейда…

– И что "Бобр"?

– На подходах к внешнему рейду замечены подозрительные силуэты неопознанных судов, совершающих странные эволюции. Сообщение подтверждено наблюдателями с Тигрового Хвоста, с прожекторной станции.

– Снова брандеры? Или миноносцы нашего отряда? "Хотя нет, соединение Бубнова должно возвратиться не раньше рассвета, да и в любом случае оно не стало бы крутиться на рейде, рискуя угодить под огонь своих же" - подумал адмирал.

– Никак нет, ваше превосходительство. Судя по всему, японцы (адмирал не любил уничижительного "япошки", и его подчинённые хорошо это знали). Попыток приблизиться ко входу на внутренний рейд не отмечено, только манёвры неподалёку от него. Похоже на минную постановку.

Мины… Что ж, противник далеко не дурак. Такое повторяется едва ли не каждую ночь, а потом тральщики под прикрытием орудий крейсеров и берега тщательно утюжат водную гладь, вылавливая смертоносные подарки. Всё как обычно.

И флаг-офицер терпеливо ожидает привычного распоряжения адмирала: открыть огонь с дозорных судов по таинственным силуэтам, развести пары на "Диане" и "Аскольде" (крейсерах поддержки), тральному каравану приготовиться к выходу и так далее - схема реагирования на подобные японские вылазки сделалась уже рутинной.

Но адмирал молчит. Странное оцепенение охватило его: он вдруг ощутил абсолютную бессмысленность любых своих действий - ведь против него сила, с