Читать книгу - "Небесный суд - Стивен Хант"

— Карл. Бен Карл! — Это имя Тейт-Гаррет произнес как молитву. — Он знает о новых революционерах.

— Блудный сын Миддлстила? О Великий Круг, а я-то думал, что он давно мертв, — сообщил Хоггстон. — Где же он прятался все эти годы?

— Ну, не зря я вас сюда пригласил? — повернулся Резон к Первому Стражу.

Тейт заплакал, устыдившись той легкости, с какой далось ему предательское признание.

— Я видел его только раз, на митинге. Он тоже сильно напуган. За ним охотятся эти новые.

Первый Страж повернулся к инспектору.

— Ты ему веришь?

— Верю, он здесь вот уже три дня.

— Не сводите с него глаз! — распорядился Хоггстон. — Постоянно, день и ночь. Черт бы побрал этого Бенджамина Карла! Вот уж не думал, что придется заниматься каким-то жалким философом. Сейчас он, должно быть, впал в старческий маразм, и все равно отравляет нам существование.

Резон кивнул на Тейта-Гаррета.

— Отправить его в магистрат? Тогда для него точно подготовят эшафот.

— Я вижу перед собой лишь старого придурка, который бросил печатать одну похабщину и тут же взялся за выпуск другой. Надо осудить Гаррета, а не Тейта. Сделай это тихо и отправь его в мой район. Я попрошу, чтобы его оставили в живых и выслали в колонии.

— Спать! — простонал Тейт.

Инспектор посмотрел на циферблат карманных часов.

— Сегодня вечером тебя избавят от этих видений, и ты сможешь проспать несколько дней подряд.

— «Это будут первые дни более справедливой жизни», — процитировал Хоггстон строчку из предисловия к «Обществу и общему делу».

Инспектор Резон позвал тюремщиков и приказал им сиять с Тейта цепи.

— Бен Карл, — произнес Хоггстон, перекатывая во рту эти два слова, как будто смакуя их. — Бен Карл. Я думал, что ты уже давно мертв.

— Я купил все, что ты написал в своем списке, — сообщил Аунбар.

— Отлично, — похвалил мальчишку-крабианца Бинчи, беря у него корзинку с едой. Сунув руку в карман, он извлек из него монетку в три пенса. — Как там дела у Джерпса?

— Огромная очередь, как всегда. — Пестрые подростковые пятнышки на бронированном черепе мальчишки сверкнули в ярком солнечном свете коридора. — Угорь в желе был свежим на вид, так что я купил для тебя порцию.

Бинчи улыбнулся.

— Славно. Значит, ужин у меня есть.

— Моя мама интересуется, как поживает демсон Би, — произнес Аунбар.

— Передай от меня спасибо твоей матушке.

— У тебя опять нет времени поучить меня обращению с карточками? — поинтересовался мальчик.

В отличие от большинства мальчишек Шелл-Тауна, которые бегали по улицам и швыряли комьями грязи в тех, кто обижался на их проказы, Аунбар на глаз мог определить ошибку в строчке Простачка, а узоры перфорированных карточек читал как прирожденный механик.

Бинчи посмотрел на старинные часы, купленные в свое время еще его дедом.

— Нет, не сегодня, тебе лучше поторопиться домой. Учеба от нас никуда не уйдет. Ведь всегда остается завтра.

— Тогда в день Круга, — с явным разочарованием в голосе произнес юный крабианец. В следующее мгновение в коридоре часовой башни раздалось постукивание трости по полу. Оба — и Аунбар, и Бинчи — мгновенно повернули голову в сторону двери. Насколько было известно Бинчи, на этом этаже никто не жил.

— Мистер Бинчи? — спросил вошедший в комнату пожилой джентльмен.

Бинчи поставил корзинку с едой на пол.

— Вы ко мне, сэр?

— Профессор Винеис. По-моему, из нашей канцелярии вам должны были отправить письмо.

— Вы психиатр? Я только вчера получил ваше письмо. — Бинчи посмотрел на юного крабианца. — Ступай домой, Аунбар. До завтра.

— До завтра! — попрощался тот и выбежал в коридор.

Профессор Винеис оперся на трость.

— Прекрасные ребята эти крабианцы, верно? Я слышал о горестном состоянии вашей жены, мистер Бинчи. Мы можем с вами сейчас поговорить на эту тему?

— Будет лучше, если вы войдете комнату, сэр, — пригласил гостя Бинчи. — Вы, надеюсь, не из Королевского института? Я уже консультировался с большинством тамошних специалистов, но от них нет никакого толка. Машинная болезнь, видите ли, находится за пределами их компетенции. Если бы этот недуг поразил кого-нибудь из гвардейцев или хозяев счетных домов, они тут же приступили бы к лечению и не стали бы расписываться в своем бессилии.

— Последние несколько лет я давал консультации в городах-государствах, — сообщил профессор, снимая плащ.

— Мне показалось, что вы говорите с каким-то легким заморским акцентом, — сказал Бинчи, принимая у гостя плащ и вешая его на прибитый к двери крючок. — Но как вы нашли меня? Я лишь совсем недавно опубликовал сообщение о болезни жены в журналах, которые выписываю.

— Знаете, это любопытное стечение обстоятельств, — признался граф Вокстион. — Причем дело кончилось посланием и разбитым зеркалом.

Бинчи недоуменно посмотрел на гостя.

— Разбитым зеркалом? Но ведь это плохая примета!

— Совершенно верно — согласился граф. — Для кого-то. Ну что ж, мистер Бинчи, приступим к консультации…