Читать книгу - "Фантастика 2025-46 - Маркус Кас"

чему я со своими товарищами попал в 1917 год – неизвестно. Но факт имеет место быть – целая эскадра и тысячи людей мгновенно, словно по мановению волшебной палочки, перенеслись из двадцать первого века в век двадцатый.

– Теперь мне многое стало понятно, – задумчиво произнес Зворыкин. – Разгром германцев у Моонзунда, эти странные летательные аппараты… Скажите, Александр Васильевич, а какой в вашем будущем политический строй? Монархия или республика? И удержались ли большевики у власти?

Я помялся. Длительная политинформация не входила в мои планы. По опыту введения в курс дела здешних хроноаборигенов я сделал один вывод – надо делать все это постепенно, без вываливания на собеседника вороха трудноперевариваемой им информации. Бывали, конечно, случаи, когда нужно действовать шоковым методом, но такое происходило нечасто.

– Владимир Козьмич, – сказал я, – давайте поговорим о вашей будущей работе. Ведь в нашей истории именно вы стали основоположником практического телевидения. Правда, осуществили все это вы не в России, а в Америке, куда уехали из-за начавшейся в нашей стране Гражданской войны. Да и возможности заниматься наукой у вас здесь не было…

– Понимаю, – задумчиво произнес Зворыкин, кивнув головой, – сказать по правде, у меня появлялись мысли покинуть Россию, ну хотя бы на время. Только в Париж, к Полю Ланжевену в Коллеж де Франс я не поеду. Вы ведь знаете – что сейчас творится в Париже?

Я знал. Фотографии, которые мы получили от наших агентов из Парижа, запечатлели почти полностью разрушенный город. Противоборствующие стороны не жалели там ни себя, ни прекрасной архитектуры города. В общем, что-то вроде неядерной Хиросимы.

– Александр Васильевич, – сказал Зворыкин, – мне хочется поработать над тем, что вы называете телевидением, в России. Если новая власть большевиков поможет мне и моему коллеге Борису Львовичу Розингу осуществить наши планы, то никуда я не поеду. Эх, если бы вы знали – как хотелось бы мне своими глазами увидеть вашу жизнь в России будущего! Вы мне расскажете о том, что произошло с нашей страной в вашей истории?

– Расскажу, Владимир Козьмич, обязательно расскажу. А пока я познакомлю вас с одним нашим прибором. И называется он ноутбуком.

Я подошел к сейфу, щелкнул ключом и достал оттуда обитый кожей чемоданчик, в котором лежал прибор из XXI века…

1 декабря 1918 года.

КВЖД, Харбин.

Площадь перед железнодорожным вокзалом.

Полковник Красной гвардии Бесоев Николай Арсеньевич

Еще с лета, после разгрома вторгшихся в Забайкалье без объявления войны японских частей, местом временной дислокации нашей бригады стал Харбин. Ничего китайского в этом городе на тот момент не было. Поскольку, как и вся так называемая полоса отчуждения, Харбин находился в юрисдикции КВЖД и помимо китайской имел русскую полицию и администрацию. До середины июля прошлого года самым главным здесь был генерал-лейтенант Хорват.

Наши местные революционеры считают, что он великий коррупционер и редкая контра, но, на мой взгляд, коррупционер он так себе – берет строго по чину. До по-настоящему брутальных парней ему очень далеко, к тому же ворует господин Хорват с прибылей, а не с убытков, как наши «реформаторы» девяностых.

Все хозяйство на самой КВЖД и в зоне отчуждения отлажено, как часы. Чего у Дмитрия Леонидовича не отнять – управлять хозяйством он умеет, пусть и не без пользы для себя. В связи с этим я не удивился, когда после некоей душеспасительной беседы мой бывший командир, товарищ Бережной, оставил Хорвата в той же должности и на том же месте, только слегка обкорнав ему полномочия. Теперь всей охраной и обороной КВЖД ведаю я, и мне же подчиняется то, что осталось от Заамурского округа пограничной стражи.

Есть у господина Хорвата и некоторое политическое чутье, позволившее ему не вляпаться в авантюры, вроде семеновской. В принципе, он готов сотрудничать с любой властью и любым должностным лицом. Например, как только моя бригада встала в Харбине на временную дислокацию, я сразу же стал вхож в дом управляющего КВЖД. Положение обязывает. К тому же образование, полученное мною в средней школе и военном училище, позволяет мне не ударить в грязь лицом и достойно представлять Красную гвардию в этом буржуазном гнезде.

Кроме всего прочего, генерал Хорват имеет связи в среде, как у нас говорили, крупных предпринимателей, в том числе и китайских, что позволяет ему быть в курсе разных политических течений. Ведь помимо нашей, чисто российской политики, со всеми ее революциями, контрреволюциями и прочими интригами, имеет место быть и местная китайская специфика, которая начиналась с того, что единого Китая как такового в настоящий момент нет.

Последний диктатор единого Китая генерал Юань Шикай, человек способный, но крайне подозрительный и жестокий, умер от уремии два года назад. Его бывшие подчиненные, контролировавшие старые, еще имперские вооруженные силы, называемые Бэйянской армией, перегрызлись между собой, разбившись на три военно-политические группировки, именуемые по местной традиции кликами.

Таких клик, насмерть воюющих между собой и с буржуазно-демократическим гоминдановским правительством в Нанкине, было три: Чжилийская, Аньхоньская и Фэньтяньская. Это как если бы у нас в России после падения монархии Романовых помимо большевиков в Москве имели бы место Юденич в Петрограде, Деникин на Юге и Колчак в Сибири, причем весь геморрой гражданской войны растянулся бы лет на пятнадцать-двадцать. Так вот, одна из этих трех клик, Фэньтяньская, базируется как раз на территории КВЖД, или точнее, КВЖД проходит через земли тех провинций, которые фэньтянские[35] милитаристы считают своей базой.

В этой самой фэньтянской клике сейчас рулил генерал Чжан Цзолинь, которому наше присутствие на КВЖД совсем не нравилось. Он был бы не прочь наложить лапу и на имущество железной дороги и на ее доходы, а также заполучить то политическое влияние, которое дает транспортная магистраль, охватывающая практически всю Маньчжурию.

В нашей истории до открытого конфликта с Советской Россией из-за КВЖД дошел только его сын Чжан Сюэлян по прозвищу «молодой маршал», и случилось это лишь в 1929 году, то есть одиннадцать лет спустя. Тогда дело кончилось конфликтом на КВЖД, в котором советская сторона сначала долго терпела унижения со стороны распоясавшихся бандитов, а потом быстро и решительно разгромила вооруженные силы фэньтянцев, что через два года спровоцировало японцев на захват этого региона.

Но мы своими активными действиями, начавшимися еще год назад, пришпорили историю. Во-первых, правительство Сталина и наркоминдел Чичерин никогда не выпускали чего-либо похожего на «Ноту Карахана», в которой в нашей истории РСФСР отказалась от суверенитета над КВЖД. Еще чего! Товарищ Сталин «кемскими волостями» не разбрасывается. Он знает, что потом собрать разбросанное