Читать книгу - "Княжна Тобольская 3 - Ольга Смышляева"

мирные профессии не котируются. Особенно, если ты губернаторский сын.

— Всеволод объяснил своё решение?

Самаркандский пожал плечами:

— Скорее всего, но такие подробности мне не известны. Зато известно, что через несколько месяцев после перевода с его отцом произошёл несчастный случай на горнолыжном курорте. Князь Владимирский отправился в мир иной, и во главе губернии встал его прямой наследник — наш филолог. Управленец из Всеволода откровенно так себе, поэтому помогать ему вызвался дядя. Поговаривают, племянник в рот ему смотрит. Вот теперь меня можно похвалить.

— Офигеть... — вырвалось у меня.

— Странный комплимент, но сойдёт! Будем считать, двух болванок нашли.

— Всего двух, — уточнила я уже не так оптимистично. — А сколько их вообще? Понятно, что в группе риска все семьи, кто поддерживает политику Любомира, но ведь братьев у Великого Князя трое, а мы до сих пор понятия не имеем, на чьей стороне играют Трио. Так бы могли ещё сильнее сократить список потенциальных болванок. Жаль, я не могу вытрясти имя заказчика из своего кузена!

— А если попробовать через Икса? — предложил Надир.

— Его личность — тайна, — с досадой качнула головой. — Фоторобот, что я составила, программа поиска по лицам не распознала. Либо немца нет в базах Российского Княжества, либо из меня плохой художник. Ставлю на последнее. Удивительно, что хоть что-то вспомнила! Я видела Икса только один раз — два года назад на Рождественском балу. Он разговаривал с моим отцом и ещё парочкой импозантных мужчин. Кажется, они обсуждали что-то политическое, до меня доносились обрывки фраз. К сожалению, я не вслушивалась и не всматривалась, а ведь стояла буквально по соседству!

Нельзя исключать, что на том балу Вася видела многим больше и даже танцевала с импозантным немцем, но теперь этого уже не узнать. То воспоминание во время драки с медведем на снежном хребте было первым и единственным, где присутствовал Икс. Увы, вызвать его ещё раз не получилось. Из памяти Ирэн образ тоже не вытащить. Помню лишь красивого вампира с напудренным лицом, фальшивыми клыками и острым взглядом.

— Жаль, — протянул Надир.

— Больше кандидатов нет? — кивнула на папку.

— Я разобрал только половину имён. В Столичном институте дикая выбраковка... — он собирался что-то добавить, но его взгляд скользнул за мою спину, и лицо озарила широкая улыбка. — О, смотрите, кто к нам пришёл! Привет, Вик!

Рыжая красавица помахала ладошкой и поспешила к нам прямой наводкой.

Глава 33

— Кексик. — Вика рухнула на свободный стул с грацией мешка картошки и всхлипом самого замученного существа во всём мире. — Скорее дайте мне кексик или убейте, чтобы не мучилась.

Она заявилась в столовую прямо в доспехах с сумкой через плечо, сложила локти на стол и лбом уткнулась в пространство между пустыми тарелками.

Надир без лишней суеты сложил бумаги в папку, защёлкнул её и убрал в сумку, будто не было ничего.

— Шоколадный пончик подойдёт? — предложила я.

— В нём много сахара?

— Бессовестно.

— Давай сюда! — Зубки мадмуазель Виктории впились в кусок теста почище капкана. — Якутский зверюга, — пожаловалась она с набитым ртом. — Когда предлагал помощь в тренировках, я и подумать не могла, что он настолько жестокий.

Мы с Надиром обменялись сочувствующими взглядами. В адрес Далана. Парень наверняка намучился с этой взрывной барышней ничуть не меньше, чем она с ним.

— Это для твоего же блага, Вик, — я припомнила своего «тренера». Подход спорный, но результат оправдал каждый синяк. — Главное, что отчисление тебе больше не грозит.

— Лишь по итогу первого семестра, — пессимистично уточнил Надир. — Заканчивай витать в свадебных облаках, Вика, иначе вместо завидной невесты с дипломом Столичного института ты превратишься в отчисленный с позором неликвид.

— Как только, так сразу, — протяжно вздохнула рыжая. — Я просто хочу, чтобы всё было идеально! Разве это плохо? Свадьба бывает один раз в жизни.

Теперь уже вздохнули мы, поняв, к чему идёт разговор.

— Вообще-то, не один...

— А у меня будет один, и я хочу запомнить её с улыбкой, а не истерикой! Но тут подкралась беда, откуда не ждали. Бабушка, в чьём платье я собираюсь идти к алтарю, не одобрила тему свадьбы. Представляете? Говорит, что стиль «лебединой верности» — это мещанство, и оплачивать такое непотребство семья не будет. Пришлось сменить тему на «ретро-элегант». Повторим церемонию, какая была у них с дедом. Мы с мамой уже просмотрели сотни записей того дня, и, святой Иннокентий, покровитель Саратова, их свадьба была невероятно красивой!

— Так в чём беда, раз тебе понравилось? — спросила я в ожидании подвоха.

— А в том, что ни на одном кадре нет свадебного торта.

Торта? Мы с Надиром посмотрели на Вику как на спятившую. Если это и есть та проблема, ради которой она забила на тренировки, то ей пора сходить к Вэлу на ЭнРП мозга.

— Уверена, что он вообще был?

— Разумеется! — Саратовская хлопнула ресницами. — Его просто не могло не быть. Торт — ключевой атрибут любой свадьбы. Как можно повторить церемонию, если мы не знаем, как он выглядел?

— Так спросите у бабушки.

— Спрашивали. Она не помнит.

— Ох, Вика... Раз никто не помнит, так придумайте сами, — предложил Надир. — Вам же лучше.

Возмущённо фыркнув, подруга цапнула с моей тарелки второй пончик.

— А вот ни разу! Бабушка врёт, что не помнит, из природной вредности. Характер у неё такой... своеобразный. Закажем мы торт на своё усмотрение, а она в последний момент покажет фотографию и закатит истерику.

— Тогда расспросите дедушку. Или он такой же вредный?

— Он-то нет, — вздохнула Вика. — Но дедушка реально забыл.

— Как у тебя сложно.

— И не говорите. Всё должно быть максимально аутентично! Торт, декорации, платья... Через месяц я вышлю вам эскизы подходящих нарядов. Надиру попроще, но ты, Вась, подружка невесты, дресскод будет в строгом соответствии с ретро-эпохой.

— Кто б сомневался, — отозвалась я. Надеюсь, во времена бабушки Саратовской турнюров уже не носили.

— Удивлена, что ты о своей свадьбе ни словечка, — Вика воззрилась на меня с обвинением. — Тобольские уже начали подготовку? Полгода осталось.

— Полгода и восемнадцать дней, — поправила я. — Лучше не спрашивай, или отберу пончик.

— Ну да, конечно,