Читать книгу - ""Фантастика 2025-155". Компиляция. Книги 1-32 - Сергей Александрович Плотников"

Ответить я не успел. В комнату вбежала девушка лет двадцати, некрасивая, но с простым открытым лицом.

— Матушка, Пётр Фёдорович к вам идёт!

— О боже мой! — императрица побледнела и вскочила, уронив на пол веер.— Гриша, уходите немедленно!

Увы, бежать тем же путём не представлялось возможным. Из той комнаты, где была дверца тайного входа в покои императрицы, уже слышался шум и приближающиеся шаги.

Орлов дёрнул меня за рукав и уверенно потянул к шкафу у дальней стены. Быстро распахнул дверцу, втолкнул меня внутрь, залез следом и закрылся изнутри. Судя по отработанным действиям, Орлов пользовался этим укрытием не первый раз.

— Тихо, — прошептал он, — это не надолго.

* * *

Темнота в шкафу пахла какими-то цветами и пылью. Висящая на вешалках одежда колыхалась от дыхания и, будто привидение, касалась лица. А снаружи грохотал раздражённый голос императора.

— Фот фы где, мадам! Ещё не спите? Злоумышляете протиф меня?

— Побойтесь бога, Пётр Фёдорович, я никогда… — Екатерина взяла себя в руки, и её голос звучал уверенно.

— Фы собираете у себя фсякую шфаль! Мне донесли, кого фы притащили к себе! Моего фрага!

— Вашего врага?

— Да! Этого убийцу! Его фидели здесь, сегодня!

— О ком вы, Пётр Фёдорович? Какого убийцу?

— Фы знаете, о ком я! Не притворяйтесь мадам. Фыдайте мне его, немедленно!

Слушать скандал царственного семейства из шкафа — то ещё удовольствие. Голос императора звучал неприятно и слишком громко. А тут ещё страшно захотелось чихнуть, и я с трудом сдерживал этот порыв.

— Я не понимаю, о чём вы говорите.

— Ах так? Хорошо, я сам найду его. Но тогда! Тогда! Я прикажу арестофать фас, мадам. Моё терпение кончилось!

Снова застучали шаги, голоса отдалились, и я перестал разбирать слова. Судя по тону, император устроил обыск в спальне Екатерины, чем вызвал её неподдельное возмущение.

Минут через десять снова послышались шаги — императорская чета возвращалась обратно.

— … я же вам говорила…

— Мне не могли солгать! Он здесь!

Голоса смолкли, и повисла напряжённая пауза. Будто император оглядывал комнату в поисках убежища, где прятался «убийца». То есть именно я.

— Фот! Шкаф! Он там! А, мадам, я разгадал фашу хитрость!

Я почувствовал, как напрягся Орлов. Только бы он не наделал глупостей! Открытого убийства императора ему не простят, и мы оба отправимся на плаху.

Надо было срочно спасать ситуацию, но в голову упорно лезла только невидимость. Я вспомнил, как Киж набрасывал «плащ мертвеца», и дёрнул Анубиса. «Сможешь?» — спросил я его про себя. «Да легко», — ответил без слов Талант и задрожал от напряжения.

— Не шевелись, — шепнул я и сжал локоть Орлова.

Эфир вокруг меня заколебался и укутал нас обоих могильным маревом. Мир выцвел, как старая картина — ни запахов, ни вкусов, и даже темнота в шкафу растрескалась и стала цвета могильного праха. Я ощутил, как Орлов дрогнул и зашатался, но мои пальцы крепко держали его, не давая броситься прочь.

— Ага!

Пётр распахнул шкаф двумя руками и уставился на содержимое. Но, кроме висящей одежды, не увидел ничего. Он закашлялся, рукой сдвинул платья, несколько секунд пялился перед собой и жевал губами. А затем с грохотом захлопнул дверцы.

— Я же говорила вам, Пётр Фёдорович — у меня никого не было.

— Да, я фижу. Похоже, — в голосе императора промелькнула досада, — меня обманули. Что же, благодарю фас, мадам, за уделённое мне фремя. Простите, что нарушил фаш покой.

— Я всегда к вашим услугам, Ваше Величество.

— Раз так, тогда фы не откажите мне ф просьбе?

— Слушаю, Пётр Фёдорович.

— Фы будете распорядительницей на моих именинах в Петергофе?

— Конечно, Ваше Величество. Вы же знаете, это приятная для меня обязанность.

— Фот и слафно. Спокойной ночи, мадам.

Снова послышались шум и шаги, но я не рисковал пока снять «плащ мертвеца». Орлов обмяк, приходилось держать беднягу, чтобы он не упал.

— А!

Шкаф распахнулся. Екатерина хлопала глазами, не понимая, куда мы делись. Только тогда я сбросил заклятье и позволил Орлову шагнуть вперёд.

— Ы-ы-ы!

Он буквально выпал из шкафа. Рухнул на колени, с трудом борясь с приступом тошноты, и замотал головой.

— Костя… Никогда так больше не делай!

— Где вы были? — Екатерина вцепилась в руку Орлова. — Где вы были? Как…

— Семейный секрет, — заявил я твёрдо. — Магия, но очень вредно для здоровья.

— Я так испугалась!

— Всё хорошо, Катенька, — бормотал Орлов, пытаясь встать на ноги, — всё хорошо. Мы немедленно уйдём, сейчас, только чуть отдышусь.

— Сядь, Гриша, сядь. Воды налить?

Орлов потряс головой и посмотрел на меня с ужасом и уважением.

— Не делай так больше, — повторил он, — никогда.

— Как получится. Идём, надо быстрее убираться, пока не перекрыли все выходы.

Прежде чем уйти, я поклонился императрице.

— Благодарю за аудиенцию, Ваше Величество. Вы можете всецело на меня рассчитывать.

— Подождите.

Она выбежала из комнаты в спальню и почти сразу возвратилась с золотой табакеркой в руках.

— Константин Платонович, вам потребуются деньги. Возьмите, — она сунула табакерку мне в руки, — заложите её и используйте, как потребуется. Всё, идите!

Я снова поклонился, подхватил под локоть Орлова, всё ещё не твёрдо стоящего на ногах, и мы двинулись в обратный путь.

* * *

Выбраться из дворца оказалось непростой задачей. Почти час мы осторожно крались по коридорам, прячась от слуг и караулов гвардейцев. К счастью, Орлов отлично ориентировался в лабиринте комнат, галерей и залов, и в конце концов мы вышли через чёрный вход для слуг.

— Туда, — Орлов указал куда-то в темноту, — там наша карета.

Оказавшись на улице, я наконец-то смог глубоко вздохнуть и сбросить рваные остатки «плаща». Внутри здания, среди охранных заклинаний, он не желал распадаться до конца и давил на меня ощущением могилы.

— Прости, Костя, не могу. Давай отложим Девиера на следующий раз. Мне сейчас хочется напиться и забыть твоё колдовство как страшный сон. Ей-богу, будто меня заживо похоронили. Даже казаться начало, что я схожу с ума и…

— Не вспоминай, это вредно.

Пока мы добирались до его дома, Орлов молчал и только косился на меня. Но в итоге его прорвало:

— Ты меня извини, Костя, но я тебе скажу. Страшный ты