Читать книгу - "Фантастика 2025-184 - Олег Александрович Волков"

чем умереть от лап неизвестной твари. Тем более, что, переждав, я, может быть смогу вернуться за ним.

С каждым шагом деревья становились все ближе. Ещё немного, и я должен был укрыться под их сенью, оказаться в безопасности. Еще и трава мешала толком бежать, цеплялась за ноги, тормозила. Но я летел вперед, что было сил.

А потом почувствовал, как меня со всех сторон обхватывают когти, и как ноги отрываются от земли.

Глава 7

Я бросил автомат, схватился за уродливые лапы, напоминающие куриные, и попытался сгруппироваться. Если тварь сбросит меня с высоты, чтобы убить, то шанс выжить будет. Мой позвоночник укреплен стержнями из гиперсплава, руки и ноги заменены на протезы. Да, возможно всё-таки убьюсь, но есть шанс на то, что все закончится валянием на земле и ободранной о камни кожей.

Шляпа слетела с головы, и улетела куда-то вниз, а я ведь даже к станции не подъезжал. Недолго мне ее поносить пришлось.

Однако уродливая гаргулья, что схватила меня, поднималась все выше и выше, и несла меня в горы. Уносила с перевала, который я собирался преодолеть, к скалам. Неужели тащит меня в гнездо? Я не удивлюсь, если это так. Накормить птенцов? Но большинство боевых монстров, которых выпускали на территории России, были стерильны. Да, они жили очень долго, да, почти все до сих пор вели охоту на любые формы жизни. Скорее всего, генетики, что их выводили, всё-таки где-то накосячили. Но они не рожали себе подобных, это точно.

Впрочем, возможно, что тварь просто делает запасы. Но тоже странно. По идее, повинуясь инстинктам, она должна убивать и жрать всех, кого видит. О том, чтобы откладывать на потом она думать не должна. Что это, получается, за годы в них развились зачатки сознания? Впрочем, я не удивлюсь, что и так, наверняка ведь использовались и человеческие гены.

Хотя из кого именно был слеплен монстр, догадаться было сложно.

Пока она летела на меня, я успел ее рассмотреть. Две пары лап, при этом задние явно длиннее и мощнее передних, но все пальцы заканчиваются массивными и очень острыми когтями. Перепончатые крылья с костяными наростами, которые в размахе достигали, наверное, метров четырех. Массивное тело, покрытое переплетенными буграми мышц, острая морда с длинными ушами. Зубы рассмотреть не успел, но воображение подсказывало, что и их должно быть много, и все они должны быть острыми. И почему-то желтыми. В моем понимании они обязательно должны быть желтыми.

До карабина дотянуться я не мог, он был плотно прижат к спине лапой, обрез бесполезен по причине отсутствия патронов. Резать тварь ножом? А смысл? Шкура покрыта толстым колючим ворсом, ее и не пробьешь, наверное. А даже если и прорежешь, что тогда, тварь меня просто бросит вниз?

Нет, нужно держаться за нее до тех пор, пока мы не приземлимся. А уже потом начинать сражаться за свою жизнь.

Ветер трепал мои волосы, бороду, мы поднимались все выше и выше, и тут снова становилось прохладно. Говорят, что чем выше, тем горячее, но это работает только до определенного предела. Потом начинает холодать. И дело даже не в том, что мы становимся ближе к солнцу. Наверное, потому что воздух нагревается не сам по себе, а от горячих поверхностей.

Тварь явно тащила меня в горы. Уверенно летела, будто точно знала курс, а моего веса как будто вообще не чувствовала. На исходе второй минуты я даже начал как-то наслаждаться полетом что ли. Второй раз за сегодняшний день смотрю на все это великолепие с высоты. Правда, стоит помнить, что сожрать могут.

Но если уж вырваться нет возможности, то что остаётся? Не покориться, нет, а просто отдаться течению и строить планы о том, что буду делать, когда подвернётся возможность.

Вскоре я увидел впереди гнездо. Оно было свито из толстых крупных ветвей и обложено камнями. Внутри было много травы. Ничего удивительного в этом нет, птичьи инстинкты взяли верх, и когда стало не за кем охотиться, тварь озаботилась жильем для себя. Животное же, как ни крути, пусть и изуродованное.

Это было бы даже мило, если бы она не собиралась сожрать меня там. Гаргулья пошла на снижение, сделала один круг, второй, по спирали опускаясь все ниже и ниже.

Оказавшись над гнездом, тварь разжала когти, и я рухнул вниз. Упал достаточно мягко, сгруппировался все же, да и сено, которое там было, смягчило падение.

Но все равно я услышал явственный хруст. Однако биомонитор не вывел информации о переломах, а интерфейс о сбое имплантов. Запустив руку под себя, я вытащил наружу сломанную кость. Судя по размерам, она не могла принадлежать человеку.

Чуть впереди от меня лежал череп, тоже определенно не человеческий. Я понятия не имею, какому животному он принадлежал, но был вытянутым. Может быть, лошадь? Я слышал, что в Крыму должны водиться дикие лошади. Покататься на одной из таких мне не удастся, всё-таки дикие существа, а вот отведать конины вполне, тем более, что оружие, подходящее для охоты на такую дичь, у меня имеется. Впрочем, мной самим сейчас, скорее всего, пообедают.

Но это какой же силой должна обладать эта тварь, чтобы оказаться способной утащить целую лошадь? Впрочем они тут должны быть степные, мелкие, хиленькие.

Пахло прелым сеном и мертвечиной. Причем, не живой, а именно что застарелой, будто кто-то сдох.

И тут я увидел впереди, в траве, труп человека. Он уже успел раздуться, из-за чего одежда натянулась на нем, но определенно было видно, что это не оранжевый комбинезон участника шоу. Да и не смог бы он так измениться за это время, тут, наверху, было прохладно. Солнце не так палило, да и воздух более разреженный.

Откуда тут человек? Крым покинут больше сорока лет. Диггеры сюда попасть не могли, потому что единственный путь на остров — это прыжок со стратосферы. Да и глупо это, с награбленными ценностями все равно не удастся вернуться обратно на большую землю. Неужели местные выжили? Хоть кто-то? И продержались тут, на зараженном зомби и боевыми мутантами острове целых сорок лет?

Почему нам не сказали об этом? Не знали. Но ведь наверняка есть спутниковые снимки, на которых можно заметить следы присутствия людей. Просто не изучали их, не искали? Смешно. Это корпораты и правительство, которые стремятся к тотальному контролю?

Те, кто остался здесь, не считаются гражданами РФ. У них нет никаких гражданских прав. Соответственно, они тоже считаются легитимной целью для нас, как