Читать книгу - "Нить надежды - Яна Завацкая"

— В чем дело?

Дверь отъехала передо мной. Ответа Таффи не требовалось. Я сразу увидела их.

И пока я на них смотрела, отсек резко опустел. Все, кто здесь находился, быстренько и незаметно исчезли, пользуясь моим замешательством. Понимали, видимо, что сейчас я начну метать громы и молнии.

Разговаривать было уже не с кем. Оба ско, и мужчина, и женщина, были мертвы. Я подошла к женщине, и поправила ей ноги — лежала она непристойно как-то, раскинувшись… еще бы… Мука на лице застыла. На горле прицеплена пластмассовая заглушка — чтобы криков не было слышно. Я отвела с ее лица волосы, слипшиеся от крови. На остальное лучше было не смотреть.

Мужчина все еще болтался в воздухе, его подвесили за кисти рук, скрещенных сзади. Я подошла и перерезала лучом ремни. Труп тяжело свалился на пол. Но я еще успела увидеть то, что осталось от его детородного органа, и мне стало очень нехорошо.

Спина вся изрезана тонкими кровавыми следами. Скорее всего, электрохлыст. У него же, наверное, и забрали. Я вдруг вспомнила Ильта. По ассоциации.

Медленно опустилась на пол и обхватила голову руками.

Только не надо вспоминать Ильта. Это не Ильт. А ведь мне так хотелось с ними поговорить, если честно. Я скрывала это от себя, я даже нарочно медлила. Идиотка! Как я могла медлить? Я плохо знаю своих головорезов? Нет, я догадывалась, что они сделают, но не так быстро и не так интенсивно… Думала, ско будет даже полезен такой разговор — по крайней мере, поменьше спеси будет, когда я с ними начну беседовать. Идиотка!

Может быть, он знал Ильта. Вполне возможно!

Люцис Ривел. Мари.

Но вы-то какого змея полезли на меня? Это же ваша вина, вы по глупости своей погибли. Ведь «Зеркало» — боевой крейсер, лучший в Глостии, да и «Отражение» хороший корабль класса аффликтора. Ведь это же безумие, вы разве не видели, что это самоубийство?

Видели, вдруг поняла я. Надеялись, может быть, на помощь СКОНа, но понимали, что легко могут погибнуть. Просто они закрыли собой «Алмазную Корону».

Мне вдруг очень захотелось заплакать. Ужасно. Но плакать я не могла, мне было просто мерзко. Я смотрела на истерзанные тела ско… таких же отчаянных, как Ильт… и мне было просто мерзко. Противно. Сухо во рту.

— Ильт, — сказала я шепотом, — прости меня. Прости меня, Ильт!

Ведь ты понял бы все, правда? Ты же любил меня. Ты знал, какая я, я ведь и тогда была не лучше, а все равно — любил. Это нельзя простить, я бы, например, ни за что не простила. Но может, ты смог бы?

А если этот Ривел был твоим другом?

Ильт, прости… я знаю, что простить нельзя, но все равно… правда… у меня же никого нет, кроме тебя, и ничего. Никого же больше…

Я отчаянно и навзрыд заплакала.

— Принцесса, вы не рассердитесь?

— Что, Дэнс?

— Вы знаете, почему они это сделали? Ну, убили пленных? Вы не разрешаете их продавать.

Я взглянула на Дэнса, и он испуганно отшатнулся. Но я вовсе не собираюсь никого наказывать. И Таффи я не стала наказывать. Только приказала похоронить ско в космосе, как положено. И чтобы это сделали те, кто их замучил.

— Если бы вы разрешили, принцесса… Это были бы деньги. Ну, побили бы их, может, слегка, чтобы не испортить. И пленные бы живы остались, и…

Я молчала, глядя в стену перед собой. Не знаю я, что тебе сказать, Дэнс… Не знаю.

— Собаку-то хоть разрешите продать?

— Где она?

— Там тоже, в нижнем заперта. Никого не подпускает пока. Но мы к ней найдем подход.

— Продавайте, — сказала я обреченно.

Хороший рабочий пес, генетически измененный, супернюх, суперспособности… удивительно, как он уцелел. Наверное, парализатором стреляли. Стоит такая собака не меньше хорошего ландера.

Как только мы вернулись на Гону, я вызвала к себе Ральфа.

Он уже обустраивался в левом крыле моего дворца. Дерри жила в правом. Хотя бы здесь, на Сальветрине иметь возможность полностью уединиться — это было для меня важно. Я запретила кому-либо без разрешения входить в мою часть дворца.

Думаю, для Ральфа все это было в новинку, в диковинку. Он, простой нищий парень, работавший и грузчиком, и сторожем, голодный студент, выбиравший между билетом в консерваторию и куском хлеба — стал теперь обладателем целой анфилады дворцовых залов. И солидного двойного счета — в гонском банке и на Глостии-5. Он тоже получил свою долю от последнего похода.

Но он так и не забросил своих скрипичных упражнений, и продолжал пиликать ежедневно.

— Вот что, — сказала я ему, едва Ральф появился у меня в зале, — Я обещала тебе как-то, что ты продолжишь свою учебу.

Ральф как-то смутился.

— Синь, я… ты мне очень много дала. Спасибо.

— Не предлагаю тебе вернуться в консерваторию, разумеется, — я слегка улыбнулась, — Но подумай и скажи, какой именно учитель тебе нужен. Есть ли здесь, на Гоне — или где-то на другой планете человек, у которого ты хотел бы учиться?

— Да, есть, — быстро ответил Ральф, — но это же невозможно…

Я снова улыбнулась.

— Ральф, забудь это слово. Так кто этот человек?

— Профессор Майн Клиэр, — неуверенно сказал Ральф, — это гений… я только начал брать у него частные уроки, у нас он не преподавал. Но его урок очень дорого стоит.

— Он скрипач?

— Да, он обучает. Скрипачей.

— Договорились, — сказала я.

Боюсь, Ральф ничего не понял. Мне пришлось отправиться за его профессором лично. Впрочем, это было довольно весело. Сначала я продемонстрировала старичку разные блага, объяснив их примерное происхождение. Он был ошарашен. Но следовать за мной наотрез отказался, объяснив, что свои старые кости желает похоронить именно здесь, в Ли-Кастре, а не в любом другом месте, даже очень прекрасном. А денег у него и так достаточно. Мне ничего не оставалось другого, как связать его, затолкать в ландер и по дороге провести разъяснительную беседу.

Ну хотелось мне сделать Ральфу настоящий подарок.

Впрочем, Клиэр довольно быстро утешился. И даже не особенно на меня сердился. Как и Ральф, он был одинок, друзей под старость подрастерял. А на Сальветрине поселился в чудном небольшом домике с видом на море и скалы, с великолепным музыкальным залом, со всеми техническими возможностями… К тому же на его счет начали стремительно набегать деньги — я платила ему приличное жалованье.

С Ральфом они отлично сошлись. И теперь иногда по вечерам Ральф развлекал меня, Дерри, Изайка чудными звуками живой музыки — в Готическом зале или прямо на лоне природы. Сам Клиэр не играл — он был всего лишь гениальным педагогом.

Я по-прежнему с удовольствием летала на гравидоске в воздушных волнах океана Ветров. Купалась в море и в собственном огромном бассейне. Бродила с Бетой по островам. Выбиралась в города Гоны. Когда все это надоедало мне уже смертельно, я отправлялась в экспедиции.