Читать книгу - "Обратный отсчет: Равнина - Токацин"

— Что такое эти, которых двадцать?

«Мать моя пробирка,» — Гедимин на пару секунд задержал дыхание и протянул руку к печи. «Трудно без единиц измерения. Ладно, покажу на пальцах.»

— Вот такой, — он стряхнул мелкий осколок на ладонь. — Сейчас остынет — дам потрогать. Этого хватит, чтобы вода в котле закипела. Можно сделать чашку под два-три таких. Вдруг понадобится что-то расплавить, а темпер… жара не хватит.

— Вот как… — протянул Скогн, быстрым жестом проведя ладонью над камешком. Остальные повторили его движение — видимо, работа с «огненным камнем» приучила не тыкать в него пальцами.

— Значит, из одной жаровни можно наколоть камней на два-три десятка? — громко спросил другой «ученик». — Были бы зеркальные чаши?

Гедимин кивнул.

— Да, большая экономия сырья. Ну… — он покосился в ту сторону, где за стеной и двумя обрывами лежал неприметный разлом. — Смотря какое сырьё дороже. Стеклянную скорлупу тоже придётся добывать в Сфене Огня.

Скогны снова переглянулись. Один из них чуть отодвинул створку, проверяя расплав, и с громким писком потянулся за захватом и грибом-дегазатором.

— Там, где лежит скорлупа, реже ходят Сэта, — сказал «ученик», прижав уши к голове. — Не надо лезть в самое жерло.

Гедимин хмыкнул.

— Ты не забудь — им теперь скорлупа тоже нужна.

Скогны, как по команде, оглянулись на соседнюю «бригаду». Сэта, не обращая на них внимания, пытались придать небольшому стеклянному пузырю форму черепа с удлинёнными челюстями. Гедимин едва заметно ухмыльнулся. «Традиции, чтоб их…»

— За работу! — один из Скогнов, потеряв терпение, оттолкнул другого от печи и сдвинул заслонку. Захват с грибом-дегазатором был уже у него в руке. Гедимин одобрительно хмыкнул.

— Итак, с размерами чаши определились. Делать будем две сразу — то есть, зеркальный шар. Пора плавить ульсену.

…К зеркальным чашечкам приделали ручки. Гедимин не возражал — так, и правда, было удобнее. В этот раз кто-то заранее припас подстилку для торжественного выноса остывающих изделий, и взволнованные толпы по цеху не бегали — верещание началось уже снаружи. Гедимин понадеялся, что стекло выдержит вынос на мороз, и зеркала не расслоятся — а если и расслоятся, то свойств, противоречащих законам физики, не потеряют.

— Зеркальные чаши, — один из Сэта взглянул на сармата и сдержанно улыбнулся. — Такие же делал ты для дома Пламени. Карлики тянутся за Равными Куэннам?

— Полезная штука. Почему бы не использовать? — Гедимин пожал плечами. — И вы себе сделайте.

— У нас много кейека, — отозвался Сэта. — Хватит, чтобы город не остывал. А вот водяной металл нам взять негде.

Вепуат громко хмыкнул.

— А вот Скогны не думают, что им негде будет взять стекло. А ведь оно у них не водится.

— Карлики вообще мало думают, — угрюмо сказал другой Сэта, поднимая на ладони стеклянный череп. Пока Гедимин не смотрел, его успели украсить цветными элементами — теперь у него были красно-чёрные глаза и жёлтые зубы.

— Опять разговор, пустой, как череп карлика, — вмешался главный жрец, возвращая все инструменты на стойку. — Мастер Хетпу, ты говорил о поручении для Ут’таркеха. Сказать ему, чтобы зажигал огонь?

— Пусть зажигает, — кивнул Вепуат, оглядываясь на Гедимина. — Отправим ему десяток мешков руды. Гедимин, а что с опоками?

— Постоят до завтра, — отозвался ремонтник. — Готовы. Но пусть устоятся.

Новые опоки — двенадцать из восемнадцати — стояли двумя цепочками вдоль глухого торца ангара. Были бы готовы и все восемнадцать, если бы не грёбаные допуски. Чуть ли не час ушёл, чтобы убрать с внутренних полостей лишние миллиметры и нарастить недостающие — и Гедимин, срезая с камня очередную кромку, только удивлялся терпению Текк’та. Существо молча дышало в затылок и ни разу не попыталось откусить сармату голову — и всё-таки доделало двенадцать опок. Гедимин надеялся, что вечером оно вернётся и снова запасётся терпением.

…Из огня протянулась рука, держащая металлическую крышку. Во второй был корпус лючка. Гедимин смотрел, как бесформенные огненные сгустки обретают чёткие очертания, а плазма превращается в знакомый металл, и только щурился. «Невоспроизводимая технология. Может, даже у них самих не везде получится. Вот, например, в Сердце Пламени — сработает или нет?»

— Ещё один? — Вепуат посмотрел на тёмно-синие отливки и хмыкнул. — Утренний? Уже и остыть успел?

— Это вчерашние, — отозвался Гедимин, глядя на гаснущий костёр. Пора было брать сигма-сканер, сверять очередные детали по опорным точкам и в очередной раз убеждаться, что Сэта не могут выдержать миллиметровые допуски. «Да Седна с ними, хоть бы в сантиметры попали…» — Гедимин со вздохом потянулся к прибору. «Это лишь первые. Впереди три сотни таких же. Работай!»

…Сетка опорных точек, помигав, окрасилась в два цвета — зелёный, обозначающий точное совпадение, и жёлтый — «ну, в сантиметры попали…». Гедимин выключил сканер и повернулся к молчаливым литейщикам. Он старался не вздыхать и не слишком заметно щуриться, но Ут’таркех смотрел угрюмо, и красные пятна на его шее разгорались всё ярче.

— Хорошо, — Гедимин изобразил ухмылку и аккуратно обернул готовые отливки защитным полем. — Две плавки за день — это не слишком много? И вы, и оборудование, — никто не перегружен?

— Если бы жар убывал быстрее, мы обернулись бы четырежды за день, — отозвался литейщик, и те, кто стоял вокруг, согласно зашелестели. — Наша работа достаточно хороша для Пламени?

— Да, — Гедимин кивнул и невольно сощурился — врать он не любил.

— И ты скоро пришлёшь нам новые опоки? И те, подвесные, и гладящий молот? — Ут’таркех пристально смотрел ему в глаза. — Мы хотим быстрее выполнить работу для Пламени. Оно уже сделало жарче нашу печь и умиротворило троих, превращающих руду в металл. Мы не хотим ответить неблагодарностью.

Гедимин мигнул. «Троих?.. А, чтоб вас с вашими традициями… И что мне, правда, делать с металлопрокатом?»

— Такие опоки долго делаются, — отозвался он. — Будет готово — я скажу.