Читать книгу - "Фантастика 2025-46 - Маркус Кас"

«парижской мясорубке» в полтора раза больше своих солдат, чем немцы. Но эти солдаты для него были дешевым колониальным быдлом, которое не за что и незачем жалеть. А немцы теряли в боях в основном солдат, уроженцев Германской империи. При этом сгинувший в кошмаре уличных боев (больше половины перебежало к Антанте) польский «легион Пилсудского» был всего лишь восточно-европейской экзотикой, как и части, сформированные из пленных румын и итальянцев, согласившихся воевать за Центральные державы, но делавших это чрезвычайно плохо и неохотно и (в очередной раз) сдающиеся в плен.

Исчерпание германских резервов, которых еще в конце весны, казалось, было вполне достаточно, привело к тому, что ударная группировка 2-й армии к Руану проскочила, а вот раздвинуть края прорыва на как можно большую ширину, действуя против открытых флангов, 17-й и 18-й германским армиям не удалось. И теперь на флангах прорыва шли ожесточенные затяжные бои с постоянно подтягиваемыми к линии фронта колониальными частями Антанты.

Атаки сменялись артиллерийскими обстрелами и контратаками, попытки германских гренадер вклиниться между французскими частями и обойти позиции парировались выдвигающимися резервами. Линия фронта двигалась, но значительно медленнее, чем хотелось германскому командованию, и со значительно большими, чем это было запланировано, потерями.

Франция и Англия были великими колониальными державами и могли гнать толпы разноплеменного пушечного мяса прямиком на фронт, на убой, под немецкие пули и снаряды. Французским и английским генералам лишь требовалось дополнительное время для того, чтобы мобилизовать эти массы разноплеменных солдат, сколотить из них подразделения, потом провести минимальное обучение, в том числе и тому языку, на котором говорят их командиры, а потом доставить на кораблях в Европу. Для германского же командования это было недостижимой мечтой, и необходимость отбиваться от попыток Антанты завалить их «пушечным мясом» приводила германских генералов в состояние исступления.

Но французы и англичане думали совсем по-другому. Мандраж начала лета, когда боши со своей новой техникой и тактикой казались неуязвимыми и непобедимыми, уже почти прошел, и теперь англо-французское командование собиралось угостить своих немецких коллег блюдом, приготовленным по их же рецептам.

В британской и французской армиях были сформированы конно-механизированные соединения масштаба бригада – дивизия. А так как танков, пусть даже и уступающих новым германским панцерам, было в несколько раз больше, чем в германской, то и конно-механизированных дивизий, вооруженных в основном французскими танками FT-18 и английскими «виккерсами», было создано чуть более двух десятков. Они были сосредоточены на острие предполагаемых контрударов, которые должны будут сомкнуться за спиной у германской группировки.

Прибывший для встречи с Фошем представитель британского командования привез известие о том, что их группировка к началу сражения уже почти готова. Правда, было бы желательным подождать окончательного развертывания двух маорийских дивизий, совсем недавно прибывших из Новой Зеландии, и подвоза из Англии десяти– и двенадцатидюймовых железнодорожных артиллерийских транспортеров. Не одни немцы способны курочить старые броненосцы, снимая с них орудия главного калибра.

На это маршал Фош ответил, что он дает англичанам на доразвертывание одну неделю – до десятого сентября – и ни одним днем больше, потому что французская армия также нуждается в подтягивании поступающих из колоний дополнительных резервов. Как только этот день придет, то для германской армии настанет судный день.

7 сентября 1918 года.

Петроград. Таврический дворец.

Кабинет председателя Совнаркома

Разговор, который сегодня должен был состояться в кабинете Сталина, можно назвать судьбоносным. Решался очень важный вопрос – будет ли на Дальнем Востоке война с Японией или нет. Генерал Бережной прислал из Владивостока подробный доклад о его контактах с японскими эмиссарами, а также о начале операции «Меморандум». Присутствующие в общих чертах знали о событиях, происходящих на Дальнем Востоке. Теперь же им предстояло в полной мере ознакомиться с информацией, которая была тщательно изучена и проанализирована специалистами по Японии и США из российского Генерального Штаба.

Было понятно, что два молодых хищника вот-вот сцепятся, пытаясь поделить добычу – ослабленный и беззащитный Китай, который в данный момент раздирали на части так называемые «бейянские милитаристы». Впрочем, были на Тихом океане и другие места, где пересекались интересы Токио и Вашингтона. И правительству Советской России грех было не воспользоваться этим, заставив эти две державы сойтись в вооруженном противостоянии. Тогда им будет не до Советского Приморья, которое сейчас просто нечем защищать. Местных армейских частей там фактически нет, а корпус Красной гвардии не будет находиться там вечно. Что же касается флота, то трудно было назвать флотом нечто невообразимое, представляющее сборище устаревших кораблей, которые едва могли справиться с браконьерами и контрабандистами.

Примерно в таком духе и высказался Тамбовцев, начав совещание. Он подчеркнул, что все происходящее на Тихом океане и в их истории закончилось войной между Японией и США. Правда, это произошло значительно позднее, когда европейские державы (кроме Британии) уже были разгромлены германской армией воскресшего после поражения в Первой мировой войне и Версаля Третьего рейха.

– Вот и сейчас, товарищи, – сказал Тамбовцев, – державы Антанты и Германии с ее союзниками напоминают двух боксеров, которые смертельно устали, выдержав пятнадцать раундов, не раз побывали в нокдауне, и теперь виснут друг на друге, не рассчитывая уже на чистую победу. Возможно, кто-то из них с незначительным преимуществом выиграет по очкам. Воюющим державам сейчас не до своих заморских колоний. Конечно, они черпают оттуда сырье и производят оружие и снаряжение на тамошних заводах и фабриках, выкачивают продовольствие, а «пушечное мясо» – колониальные части, сформированные из азиатов и африканцев – безжалостно сгорает в кровопролитных сражениях на Западном фронте. Но, с другой стороны, они не могут защитить свои колонии от нападения сильного, а главное – не истощившего свои вооруженные силы хищника. Поэтому и у США, и у Японии может появиться соблазн под шумок вторгнуться в колониальные владения стран Антанты и взять их под свой контроль. А это лишний повод для грядущего столкновения между Токио и Вашингтоном.

– О каких колониальных владениях идет речь, Александр Васильевич? – поинтересовался Чичерин. – Я слышал, что японцев в свое время очень интересовали источники нефти на Суматре и Борнео. А это колонии Нидерландов – страны, которая не входит в Антанту. Станет ли с ней воевать Япония?

– Вы правы, Георгий Васильевич, – кивнул Тамбовцев. – Только нейтралитет Нидерландов вряд ли остановит японцев. Да и что, в случае начала боевых действий, голландцы могут противопоставить японской армии и флоту? Колониальные части и старые крейсера с броненосцами береговой обороны? Это даже не смешно. К тому же местные жители ненавидят своих колонизаторов и не будут рваться в бой, чтобы защитить их. Правда, – криво улыбнулся Тамбовцев, – они