Читать книгу - "Хозяин вечности. Дочь наемника - Олег Костенко"

Герда подумала, что это были захоронения местных святых. Если только это слово вообще применимо к тем, кто поклоняется Силам, которых абсолютное большинство разумных ненавидят и считают злом.

Никаких знаков предтеч в этом могильнике не было.

Из этого помещения выходило сразу два коридора. Все вопросительно посмотрели на Романа. Но он лишь пожал плечами.

– Не всё ли равно. Пойдёмте налево: кажется, там был Зал Мудрости.

Нет тут ничего от предтеч, – мрачно подумала Герда, – прислужники сил всё подчистили. Но, как вскоре оказалось, ошиблась.

У входа в новый зал, с разных сторон на постаментах располагались две белые статуи, примерно в человеческий рост. Они имели клюв, наподобие совиного, окружавшее тело щупальца и три коротких ноги. Герда узнала слегка стилизованных ладьян. Девочка сразу почувствовала, что статуи такие же древние как сам храм.

– Интересно, – спросила она у Романа, – как жрецы объясняют пастве их присутствие?

– Да запросто. Говорят что это посланцы богов, даровавшие предкам небесную мудрость.

– Чего, чего?! – изумилась Первети, – Но ведь люди и предтечи слишком далеко разминулись во времени!

– Словно это кого-нибудь здесь волнует, – буркнул Роман.

Помещение было квадратным, и в нём стояли небольшие четырёхгранные столбики. На которых, так же как и на стенах, были сделаны надписи. Стены и столбики были тёмного цвета, надписи красного. При слабом освещении помещения, последние немножко светились.

– Заветы веры, – сказал Роман мрачно.

Расспрашивать о заветах Герда не стала. К чему собственно. В помещении находилось несколько человек, которые казалось на эти самые столбики медитировали. Герда задрала голову. На верху располагалось чёрное звёздное небо, созвездия которого медленно поворачивались. Вся обстановка почему-то казалась Герде зловещей, но медитирующим наверное нравилось. Ну и их дело.

Тут она заметила, что взгляды всех трёх археологов были устремлены в одном направлении. Они смотрели на одну из стен. В отличие от остальных она была белой, а надписи на ней имели зелёный цвет. Бросалось в глаза и отличия в начертании.

Выражения на лицах археологов напомнили ей мышь, перед которой внезапно очутилась огромная головка сыра. Герда поняла, что видит настоящее наследие ладьян каким-то чудом не уничтоженное.

– Я вспомнил, – сказал Роман, – считается, что символы на этой стене выбили сами божественные посланцы. Жрецы постоянно перетолковывают их мистический смысл, и чуть ли на них не гадают.

Четвёрка приблизилась прямо к стене.

– Ну что там? Не тяните, – произнесла Герда, которой передался азарт археологов.

– Подожди, – проговорил Теодор, – начертания символов немного отличаются от привычных. Ага, вот, кажется разбираю.

Он начал медленно проговаривать по складам.

– Сей великий храм заложен во имя разума, в честь открытия Алефа и во славу того, кто придёт. Властвующего над вечностью, который существует с начала вселенной, но при этом ещё не родился. Да пройдёт он сквозь Алеф, обретя изначальную власть.

– Опять религиозная белиберда, – разочарованно пробормотал Роман, – признаться, я рассчитывал на куда большее.

Герду же словно мороз пробрал: слишком хорошо содержание надписи совпадало со сделанным ей когда-то пророчеством. Однако надпись была слишком длинной и явно не кончалась на этом.

– Здесь не могу разобрать сходу, – проговорил Теодор. – Ага, вот ещё.

Археолог вернулся к чтению.

– В назидание юным расам, возведены башни памяти, на разных планетах, которые дадут информацию в свой черёд. Да сохранится знание, даже если мы не вернёмся.

Тина Первети сделала изумлённый выдох.

– Ребята, да вы понимаете, что значит эта короткая строчка. Предтечи не вымерли: они действительно ушли, и уход свой спланировали заранее.

– И не исключали возможность вернуться, – в ответ проговорил Теодор.

Роман тоже вгляделся в текст.

– Последующие строчки, – произнёс он, – это же координаты башен.

Первети согласно кивнула.

– Надеюсь, видеосъёмку ведут все? – поинтересовалась она.

– Обижаете, босс, – откликнулся Теодор. – Снимаю с того момента, как приблизились к храму.

И он постучал по своим тёмным очкам, в которые вероятно была вделана записывающая аппаратура. Роман тоже промычал что-то утвердительное. Герда никаких записей не вела, но предпочла это не афишировать.

– Что же, – сказала Тина, – полагаю, задача нашего пребывания на планете выполнена. Теперь предлагаю, раз уж мы здесь, на всякий случай быстро пробежаться по остальным помещениям открытого доступа: вдруг еще чего-нибудь обнаружим.

Потом женщина добавила с необычной для неё резкостью:

– А после сваливаем с этой проклятой планеты. Пока конечно ничего страшного не происходит, но, честно говоря, у меня от этого мира мурашки по коже. Ох, прости, Роман.

– Всё нормально.

Герда вполне разделяла чувства Первети. Было в этой внешне благополучной планете, что-то по-настоящему жуткое. Благополучие было куплено покровительством сил, а то в свою очередь жертвоприношениями разумных.

Впрочем, космогатор понимала, что слово куплено не вполне подходящее. Ведь на самом деле выбора у жителей Соры не было. Силы легко подавили бы любой бунт. Лишь сейчас девочка по настоящему ощутила царившую на планете безысходность. Если бы Соряне в полной мере бы осознали ситуацию, то спятили бы от ужаса и тоски. Единственным выходом для них оставалась неистовая вера: это был защитный механизм сознания.

Интересно, – подумала она, – как Роман ухитрился отсюда сбежать. Вряд ли для местного жителя покинуть этот мир так легко.

На некоторое время они всё же задержались в Зале Мудрости. Хотя делать здесь больше было решительно нечего. Археологи разглядывали другие надписи. Делали они это правда, не слишком внимательно: скорей для проформы, чем, надеясь найти что-то путное. Герда откровенно скучала. Потом подошла к приятелю.

– Ты не думал посетить семью? – осторожно спросила она.

Роман поморщился так, словно у него болел зуб.

– Нам не о чем будет говорить, – сказал он спокойно. – К тому же, скорее всего, первое, что сделает моя семья – это выдаст меня инквизиции как отступника.

Герда видела, что он испытывает сильную внутреннюю боль. Ему действительно не о чем говорить с родичами, – чётко поняла космогатор.

– Неужели здесь есть и такая организация? – спросила она, желая его отвлечь.

– Инквизиция? Да. А ты что думала? Называется правда, кажется по-другому, но смысл тот же. Ты что же действительно полагаешь, что здесь действительно верят неистово абсолютно все. На Соре если хочешь знать, даже бунты бывают. Вот только заранее обречённые, как правило, жрецам даже не приходится прибегать к вмешательству Сил.