Читать книгу - "Мы из Кронштадта. Подотдел коммунхоза по очистке от бродячих морфов - Николай Берг"

– Именно при том, что флотский офицер всегда был вооружен. И на корабле к любой ситуации постоянно готов. Неглупые люди эту традицию ввели, только сейчас суть традиции забыта. Осталось только кортики обмывать, да?

– Не без этого, – соглашаются переглянувшись курсантеры.

– Вот! А кортик – это не только символ власти, а вполне себе кинжал, практичный боевой нож.

– Не, лучше всего для драки финка. Да и что такое боевой нож? – убежденно заявляет шпанистый с виду малец. – Да и в драке любое что-нибудь годится, лишь бы было.

Меня удивляет, что эта шпана разговаривает на нормальном человеческом языке. Подозреваю, что это однорукий постарался. Не иначе. Хоть и однорукий, а тут в авторитете.

– А если вместо «чего-нибудь» специально придуманный боевой нож, то разница огромная. Финны со своими пу-укалками просто лохи. Боевой нож без ограничителя – нонсенс. Ограничитель не для того, чтобы не дать руке съезжать в сторону клинка. Именно эту проблему можно решить по-другому. Перекрестье нужно, чтобы нож можно было надежно удержать, когда руки перемазаны кровью или еще чем-нибудь скользким, – с пониманием вопроса отзывается Брысь.

– Но все равно же сейчас нож свое значение потерял полностью.

– Ну-ну. Чтобы вашему вожатому жизнь спасти, кисть руки укушенную чем оттяпали? Топором?

– Да не, я про драку. Ну эта, про рукопашный бой, – поправляется шпанистый. – Это же не для войны нужно, так, для махача уличного. Сейчас уже и ножей таких специальных нет, и обученных тоже. Ну разве кавказцы, они все с ножами.

– Оптимальный боевой нож существует. Люди, которые умеют в считаные секунды перебить им наповал несколько человек, тоже. Хотя сейчас их меньше, потому что учат меньше. Вот подумайте, почему с таким упорством продолжает существовать термин «холодное оружие»? Почему под него подпадают довольно смешные на первый взгляд ножики? И до сих пор не такие уж смешные санкции? Даже сейчас вроде? Почему здоровенный кухарь из отличной стали – не оружие, а небольшой ножик из довольно паршивой стали – оружие?

– Все равно ножевой бой уже архаика, глупость, – встревает Рукокрыл.

– Ножевой бой на войне не глупость, а экзотика. Почувствуйте разницу, – поправляет майор.

– Да, в общем, и в обычной жизни так бывает, чтоб на ножах дрались. Только в основном все же кухонными ножами пользуются. От кровопотери помирают больше, по статистике-то судя, – замечаю я.

– Статистика насчет летальности от порезов и последующей потери крови – это бытовуха. Когда работает настоящий головорез, порезы – вспомогательный прием, без него зачастую обходятся вообще. Колющие удары, которые либо вызывают мгновенную смерть, либо нокаут и последующее тихое помирание – вот как это выглядит. Не надо думать, что так могут только супермастера, которые много лет тренируются. Убивать лохов, которые чуть зазевались, бойца обучают очень быстро. Вот так они почти все и умерли, жертвы ножа разведчика образца 1940 года. Наверное, не обязательно всем быть умельцами по этой части. Но помнить все это и учитывать в своих раскладах надо. А то последняя мысль в жизни будет глупая и смешная.

– Да невозможно так человека пырнуть, чтоб он сразу брык, и все! – как-то чересчур уверенно говорит шпанистый.

– Вы своих орлов в Артиллерийский музей водили? – неожиданно спрашивает Брысь однорукого.

– Ага. А что? – отзывается тот.

– Довелось видеть эрликон – зениточку автоматическую? Она приметная, аккуратненькая такая и стоит на голых ободах, резиновые шины с нее сняты?

– Видели. Видели, – подтверждают сразу несколько человек.

Шпанистый что-то тихо напевает, отчего сидящие рядом с ним девахи кто хихикает, кто смущается. А Хиросима свирепо тычет его кулачком в бок. Кулачок маленький, аккуратный, но шпанистый пацан тут же затыкается. Мне показалось, что пацан воспроизводил что-то насчет стоящей на горе машины без колес, резину с которой употребили на презервативы молодые люди.

– Так вот любопытная история была с этой зениточкой. Точно такая же стоит в минском музее. Тоже без резины. Меня это заинтересовало, спросил. Оказалось, что это партизанские трофеи – взяли в ножи одномоментно целиком батарею. И что любопытно – чисто, тихо и только холодным оружием вырезав расчеты и вывезя потом орудия и боеприпасы к ним прямо из-под носа у остального гарнизона. Никто и не заметил, что рядышком зенитчиков вырезали поголовно. Вот и прикиньте, как резали. Доктор, человек, который кровью истекает после того, как его пописа́ли ножиком, сколько живет?

– Ну смотря как пописали. Если сильное кровотечение, то минуты, если артерии не зацепили, то часы и больше.

– Вот и судите сами, какой там был ножевой бой, если никто из зенитчиков и стрельнуть не успел. Красивая работа. Про снятие часовых уже молчу, хотя любого разведчика, даже салагу из разведроты, этому в принципе учат. Не говорю про спецов из ГРУ или подобных контор. Снимают часовых с ножа так, что не то что не взвизгнет часовой, а даже не хрюкнет и ничем не брякнет. Стоял – и исчез. Вот как-то так.

– А резина с колес куда делась? – гнет свое шпанистый, отчего получает аккуратным кулачком еще раз в бок.

– Эти эрликоны стояли стационарно в системе ПВО городка. Вот немцы и посчитали, что шины им не очень нужны, и передали тем эрликонщикам, которые прикрывали танки – у тех из-за постоянных переездов шины буквально горели, был недостаток шин у гансов к этой технике. Так что все просто.

Минуту все переваривают информацию.

– Кстати, а как называется ваша группа? – спрашивает майор у однорукого.

– Детдом девять. Это для обеспечения снабжением. А так пока не думали. Не пионерами же называться.

– А чем плохо пионерами? – удивляется майор.

– Совок! – фыркает Тимур, заметно, что многие из подростков его мнение разделяют.

– Возраст не пионерский у большинства, – замечает со своей стороны вожатый. Или воспитатель? Раз это – детдом?

– Тимур, шат аб! – заявляет Ленька.

– Но совок же! – возражает встопорщившийся Тимур.

– Панцергренадеры тоже совок? – не удерживаюсь я.

– Это ты к чему?

– Пионеры вообще-то во многих армиях мира – это саперы. Инженерные войска. Официально называются так.

– Ну да, – подтверждает и Рукокрыл.

– А чего в совке так их называли? – удивляется невысокий паренек.

– Ну значение этого слова еще – первопроходец, идущий первым. За рубежом есть такое движение – бойскауты…

– Скаут – это разведчик, – поправляет меня Рукокрыл.

– И бронемашина такая есть. – Ленька опять лезет в разговор.

– Я ж говорю – разведчик! Они ж тоже первыми идут.

– Говоря проще, для правильного воспитания молодежи давным-давно придумано собирать вас в группы и обучать всякому правильному. Чтоб не обалдуями росли. А уж как называли – скаутами или пионерами, разницы особой нет.