Читать книгу - "15 ножевых - Алексей Викторович Вязовский"

— Поэтому вы развелись?

— Я не хочу про это! Давай не в Новый год… Вон уже куранты бьют.

Мы начали дуэтом считать удары, на последнем, двенадцатом, чокнулись, поцеловались. Жадно набросились… нет, не друг на друга, а на пирожки и салаты. Типичное новогоднее трио: мимоза, оливье и шуба. Я, правда, жадность тут же умерил: не хватало еще из-за такой ерунды запороть финал нашего опыта.

— М-м-м, как вкусно. А у тебя мама хорошо готовит.

— Это папа. У него настоящий дар, мог бы стать отличным поваром. — Лена отложила тарелку. — Слушай, если Брежнев так плох, он и умереть может!

— Ждать недолго, — покивал я.

— И кто же вместо него будет?

— Андропов.

— КГБ? Может, это и к лучшему: наведут в стране порядок.

— Андропов и сам плох. У него почки отказывают. Пересадку первому лицу делать не будут, сама понимаешь — операция сложная, исход не очевиден, он сам на такое не пойдет. А искусственная почка — не выход, она проблему не решает. Вот и получается, что если залез на самый верх больным, то надежды не остается.

— Это тебе Шишкина сказала?

— Лен, какая разница кто? Важно то, что нормальной власти теперь не будет. Сначала чехарда умирающих дедов, потом, бабке не ходи, в ЦК решат, что нужен молодой, перспективный. Под которого не надо сразу бронировать место у Кремлевской стены. И это, чую, может плохо кончиться.

— Почему?

— Молодой решит реформировать Союз. Покатается по западным странам, посмотрит, как шоколадно там живут. Вот и захочет так же.

— Разве это плохо? На Западе и правда хорошо живут. Богато, безопасно. Вон у тебя «Волкман» лежит. Не у нас сделали! Или вон твои джинсы. «Левайс»?

— Да, американские. А плейер — японский. Лен, дело же не в шмотках.

— А в чем?

— В том, что рынки все поделены, и встроиться в глобальный миропорядок можно только донором. Наша плановая экономика, конечно, отстой — неповоротливая, заточена на ВПК, но и рыночных отношений у нас нормальных не будет. Разреши частную собственность, открой биржи, вот буквально все скопируй с Запада — и получится ужас и ад кромешный.

— Странный у нас разговор выходит на Новый год… — Лена прикусила губу, протянула мне стакан. Я налил еще по глотку шампанского, разложил оливьешки.

— И почему у нас не может получиться, как на Западе? — Томилина отпила шипучки, облизала язычком пухлые губки. Мой взгляд скользнул ниже, к высокой груди, торчащим соскам…

— Смотри в глаза, Панов! — Подруга опять ущипнула меня.

— Лен, пойдем погуляем, — взмолился я. — Новый год же! Небось народ уже на улицах.

— Во-первых, метель. Во-вторых, у нас карантин. В-третьих, мне интересно, почему у нас не может быть, как на Западе! Сказал «А» — говори «Б»!

О как все разложила по пунктам…

— Ты видишь яркую витрину. А что за ней? Вот честно. Все устроено именно так, как рассказывает Бовин в «Международной панораме». Неоколониализм, выкачивание ресурсов со всего мира. Сейчас американцы сделают из Китая дешевую фабрику, вынесут туда все свое дорогое и грязное производство. Витрина станет еще ярче и чище. Но у нас-то колоний нет! Наоборот, СССР сам помогает всем странам, вставшим на социалистический путь развития. Так что нет, не получится, как на Западе. Любая попытка поиграть в капитализм для нас плохо кончится.

— Чем?

— Союз развалится, войны начнутся…

— А ты точно на доктора учишься? — Лена закусила губку, покачала головой. — Рассуждаешь, как профессор МГИМО…

Я пощелкал переключателем телевизора. На Первом канале шел «Голубой огонек», юморили Ширвиндт и Державин, на Втором показывали какой-то отрывок из балета.

— Если СССР развалится, надо же что-то делать! — Лена все никак не могла уняться.

— Ты права. Объявляю собрание тайного общества «Спасателей СССР» открытым. Слово предоставляется мастеру стула, — я похлопал рукой по табуретке, — Елене Красная Звезда Томилиной!

— Дурак! — Подруга пихнула меня в бок, расплескала на нас шампанское.

Я тут же попытался слизнуть капли с ее груди, получил еще один шутливый тычок. Отставил свой стакан, уже всерьез впился поцелуем в шею Лены.

— Вот что ты делаешь, а? Ох, ладно, не останавливайся…

* * *

На улицу я выбрался только второго числа. Не знаю, кто как, а я — на съемки. Даже самому не верится, что в последний раз. Дальше я согласен по теоретической части. Там работы — непочатый край. Набирать статистику, обрабатывать — короче, рутина. Но вот на таком как раз наука и делается. Надо сделать так, чтобы ни у кого даже тени сомнения не возникло.

Может, из-за того, что процедура уже не новость, или из-за праздников, но присутствовали сегодня только те, кто должен быть по велению долга. Разделся, сел. Запихнули шланг, сфотографировали, посев взяли. Теперь ждать только.

— Ну, что там? — спросил я у эндоскописта.

— Не видел бы все с самого начала, сказал бы: ничего и не было. Поздравляю!

— То есть и выпить, и закусить можно? А то Новый год, считай, впустую прошел.

— Теперь точно можно, — засмеялся коллега. — В меру только. Со своей стороны препятствий не вижу.

Тут дверь открылась, и вошел довольно неожиданный гость. Помнится, когда Чазов бросил свое «ерунда», у меня надежды на его поддержку чуть подугасли. Ждал, что хоть мешать не будет. Но сегодня академик был в отличном настроении и прямо-таки излучал позитив.

— Докладывайте, — обратился он к Морозову.

— Все прошло штатно. Полное выздоровление, — коротко обрисовал обстановку мой начальник.

— Молодцы! Статья?

— В «Терапевтический архив», февральский.

— Вот это оперативность, хвалю! — Чазов был похож на генерала, принимающего доклад об окружении всей армии противника. — Давайте, готовьте для зарубежной публикации. Думали уже?

— Да, в «Lancet» и «Nature», — коротко ответил Игорь Александрович.

— Ого, на мелочи не размениваетесь! — засмеялся академик. — Наверное, так и надо — сразу приоритет заявить. Чтобы рыпнуться никто не смог! Работайте, если что, с оформлением, переводом, не стесняйтесь, поможем. В кратчайшие сроки. — Он вдруг повернулся ко мне. — У тебя в институте в порядке все?

— Да, — кивнул я. — Никаких проблем.

— Осторожнее там, чтобы ни к чему придраться не могли. Мы защитим, не сомневайся, но повода лучше не давать. Понял?

И вот тут меня накрыло. Дошло наконец-то, что в нас поверили и поддержка будет по самому высокому разряду. На нас сделали ставку. Мы должны показать результат. Такой, чтобы все знали, кто это сотворил. Ну и откуда эти ребята — тоже. Я только кивнуть смог. Сегодня точно напьюсь. Хоть и решил не с утра, как в песне.

* * *

Пока закончили оформлять все бумаги, праздничное настроение