Читать книгу - "Особенности фиктивного брака с крылатым - Екатерина Вострова"

природное обаяние так действует? В глазах Людмилы разве что розовые сердечки не появились, так она смотрела на Рому.

Стоило ей выйти, как в комнатку охраны вошел тот самый Нику Альбеску. Обстановка резко накалилась, я чувствовала кожей ярость Алексея, который специально отошел к стене, словно готов был кинуться на вошедшего.

– Привет-привет! – Подросток помахал рукой, ни к кому конкретно не обращаясь, и кивнул в сторону двери. – А там, я так понимаю, наш ужин ходит? Если честно, я полноватых не люблю, да еще и работа у нее сидячая, там в крови один холестерин. Фу-фу.

Вопрос был задан настолько буднично, что меня пробрало мурашками. Сомнений не оставалось: если этот типчик захочет, он пойдет и сожрет охранницу, наплевав на все законы арбитров. В нем нет ничего человеческого, ничего нормального. Он – древний монстр, который считает всех кругом своей обслугой или, вон, пищей. Обычных людей и низших – в первую очередь.

– Ты не имеешь права пить кровь у людей, – процедил Леша.

– А кто сказал, что я собираюсь пить ее кровь? Мне больше по вкусу сырое мясо. Вон какие у тетеньки аппетитные щечки, – мечтательно облизнулся древний.

Лешу всего затрясло.

– Только попробуй ее коснуться, и я тотчас передам тебя в управление!

– О, а кто это у нас такой дерзкий тут? – Нику только сейчас обратил на него взор, причем с таким видом, будто тот был говорящей табуреткой. – Юный амбициозный арбитр среди фениксов, инкубов и змей, так-так, довольно занятно. – Альбеску хмыкнул очень уж понимающе, но сразу же потерял интерес к Алексею. – Не переживайте, я сегодня сытый. Ярослав, дружище, хорошо выглядишь для кучки пепла. Цельно, я бы сказал. Хи-хи.

– Ты тоже неплохо сохранился, старина, – улыбнулся Яр вполне дружелюбно.

Все же я не ошиблась: они если не друзья, то точно старые знакомые, между ними вроде бы нет разногласий. Подросток фыркнул и крутанулся на месте:

– Эй, полегче со словами! Какой я тебе старина? Да я молод как никогда за последнее тысячелетие! И вообще… еще одно оскорбление – и я обижусь. Ты же не хочешь, чтобы я обижался?

Вопрос был задан елейным тоном, таким жутковатым и очень неоднозначным. Рома подался чуть вперед, словно намереваясь защитить Яра.

– Не знал, что ты такой обидчивый, – сказал Ярослав, жестом запрещая Роману действовать. – Ладно, мы можем поговорить серьезно? После – я весь твой, как и договаривались.

Что это означает?..

Что Альбеску хочет от Ярослава?! О какой договоренности идет речь? О такой же, какая была у Нику с Василисой?

Мне стало так страшно, что низ живота затвердел.

В попытке хоть чем-нибудь помочь я попыталась настроиться на желания вампира. Облизнулась, сосредотачивая на нем все свое внимание, стараясь абстрагироваться от желаний тех, кто был в комнате, и… ничего.

Звенящая пустота.

– И почему все вокруг призывают меня быть серьезным? – пробурчал себе под нос Нику.

Я нахмурилась и даже глаза прикрыла. Я очень ярко ощущала желания Алексея, чувствовала ровные и спокойные эманации, исходящие от Яра. В Романе сейчас чувствовалось желание быть рядом с другом, желание защитить его.

А вот Нику как будто тут и не было. Даже от Анны Рихард я что-то улавливала, путь желания ее были непонятны, но они точно были.

Я удивленно распахнула глаза и поняла, что Альбеску заметил мои манипуляции и смотрит прямо на меня.

– Мой дорогой друг, – голос подростка сочился медом, – скажи своей очаровательной змейке, что без разрешения совать свой очаровательный хвостик в чужие дела не стоит. Это как минимум невежливо. – Он повернулся к Ярославу. – Я ведь пришел сюда не для того, чтобы меня препарировали как какое-то земноводное. Хи-хи. Но если будем препарировать кого-то другого, я только за. Готов подавать скальпели.

Яр строго посмотрел на меня и предупреждающе качнул головой.

Я тяжело сглотнула и опустила глаза. Пытаясь понять, что значит то, что я только что почувствовала.

На втором курсе у меня была одногруппница, попавшая в психиатрическую больницу с диагнозом «клиническая депрессия». Ей удалось вылечиться, но она взяла академический отпуск и сейчас училась на курс младше нашего потока.

Она жила недалеко от моих родителей, и я видела ее перед тем, как ее положили в больницу. Мать вывела ее на улицу и посадила в такси. Я еще, помню, удивилась, что заметила ее маму и поздоровалась, а одногруппницу – нет. Только когда мать на нее указала.

А все потому, что для меня она никак не ощущалась. Ее словно совсем не было.

Так что же это? У Нику тоже депрессия? Или просто у него при себе какой-то амулет от считывания? Или вообще у всех древних вампиров так и я просто себе надумываю?

– Ну так что? Какие ко мне вопросы? – Нику вальяжно уселся в рабочее кресло перед компьютером, оно было на колесиках, и вампир тут же принялся качаться и пытаться балансировать, чтобы стоять только на одном колесике.

– Не упадешь? – вскинул брови Ярослав, наблюдая за стараниями вампира.

– А давай поспорим? Простою так десять минут, и ты дашь мне его укусить. – Он ткнул пальцем в сторону Ромы.

– У нас нет десяти минут, – покачал головой феникс.

– А укусить меня можешь и так, я разрешаю, – хмыкнул Рома с мрачным предвкушением.

– Правда-правда? Как я удачно зашел! – просиял блондин. – Ну смотри, ты сам разрешил. Никто тебя за причинное место не тянул. Хи-хи.

Я вспомнила тролля, на которого случайно попала отравленная кровь инкуба. Если Нику укусит Романа – переживет ли он? С одной стороны, похвально, что эта злобная тварь обладает такой тягой к саморазрушению. С другой стороны, пусть сначала скажет, где мой брат, а потом уже торжественно самоубивается!

– Давайте сначала найдем Мирона. А потом вы уже определитесь, кто кого будет кусать.

– Ой, ну все. Зануды, – пробурчал Нику.

Ярослав тем временем сунул вампиру под нос телефон с фотографией моего брата.

– Мы ищем этого пацана. Знаешь, где он?

– Пф… Откуда? – похлопал глазками и скрестил руки на груди. – Первый раз вижу.

Ярослав закатил глаза и щелкнул несколько раз по клавишам, включая момент с камер, где Мирон разговаривает с Нику, а затем тот, явно рисуясь перед братом, выделывает различные пируэты.

– Вот это ты, вот это – пацан. Все еще будешь отрицать, что видел его? – ткнул пальцем в экран Яр.

– Ах этот пацан… – протянул Альбеску. – Память на имена и лица у меня никудышная. Сам знаешь. Удивительно, как себя в зеркале узнаю по утрам. Вот вкус крови я хорошо запоминаю. Если раз попробовал и мне понравилось, где