Читать книгу - "Путь воина - Роберт Торстон"

Всем солдатам подразделения выдали обмундирование и стрелковое оружие. Затем отправили навстречу врагу. Тер Рошах не был дураком и прекрасно понимал, что происходит. Именно для такого задания и предназначалось подразделение старых воинов.

Когда они подошли ближе к месту боевых действий. Тер Рошах увидел множество роботов, рассыпавшихся по широкому, холмистому полю. Роботы Клана сейчас временно отступали, и им требовалось время на перегруппировку. Для того чтобы выиграть это время, подразделению Тер Рошаха был отдан приказ двинуться прямо на врага. Оружие всем выдали устаревшее, с истекшим сроком хранения — то, которое не жалко оставить на поле боя.

Все старики должны были погибнуть. Но этой ценой покупалось время, за которое другие воины могли перегруппироваться, пополнить боезапас, произвести полевой ремонт роботов. Офицер, командующий подразделением Тер Рошаха, приказал им продержаться как можно дольше, ведя при этом непрерывную стрельбу. На случай, если у них кончатся заряды, им выдали ножи. Если кто-нибудь останется без ножа, то должен броситься на ближайшего врага и бороться голыми руками. Если руки откажут, необходимо драться ногами. Если оторвет ноги, следовало ползти на врага и все равно пытаться как-нибудь его убить. Если они не смогут ползти, но у них останется оружие, они должны стрелять в сторону, где находится враг. Если они не смогут двигаться, то должны просто ждать, когда придет смерть. Если же им не удастся умереть, то это значит, что они где-то совершили ошибку.

Тер Рошах шагал вперед с чувством восторга, которого он не испытывал уже очень давно. Он не помнил, чтобы хоть раз ощущал такую радость с тех пор, как его боевой робот шел бок о бок с роботом Рамона Маттлова. Рамон теперь был бы за него горд. В этой последней битве Тер Рошах смоет с себя клеймо позора, которое так долго не давало ему спокойно жить. Каждый раз, нажимая на спусковой крючок, он чувствовал, как все легче и легче становится у него на сердце.

Он знал, что скоро умрет.

И это давало ему радость и облегчение.