Читать книгу - "Код власти - Алексей Даньшин"

камзолу, висевшему рядом на кресле, и достал из него карту клуба.

– Вот, гляди.

– Красиво!

– Угу.

– Где флаконы-то?

– Один выпил сам Соколов. Один я. А третий вон в камзоле лежит. Для тебя принёс. Знал ведь, что захочешь тоже попробовать. Хотя тебя, душа моя, сие вовсе без надобности. Ты и так всегда благоухаешь, как роза!

– Ага! Знал бы ты ещё, сколько этой розовой воды на себя лью каждый божий день!

Она вздохнула. Такие интимные вопросы мы с ней раньше и не обсуждали никогда.

– А зачем Соколов то выпил? У него самого что ли своего флакона не было?

– Ну, а как бы я ему на слово поверил-то? Тут дело такое! Я сам ткнул пальцем в первый попавшийся, он и выпил.

– А коли он до того противоядие принял?

– Вот поэтому я первым и решил на себе испытать сразу. Не могу же я тебя опасности подвергать!

– Ты мой герой!

Она снова потянулась ко мне.

И как-то так страстно это получилось, что во мне снова взыграло.

– Давай уже, не томи!

Я опять потянулся к камзолу и достал снадобье.

Лиза в один глоток осушила склянку и уставилась на меня.

– Ну?

– В течении часа подействует. А потом, Соколов сказал, месяц целый будет работать.

– Целый час ждать?

– Ну, зачем же прям ждать. Можем заняться чем-нибудь приятным!

– Опять? Ну ты и жеребец. И пахнет от тебя так приятно!

И мы снова окунулись в постельную страсть.

…

На этот раз я проснулся чуть позже обычного. Как-то много картинок мне Ника подсунула за одну ночь. Не хотелось даже просыпаться раньше времени. Такие пикантные сюжеты пошли.

Надо было, наверное, предупредить Разумовского, что после того, как запах пота исчезнет, ничто не будет мешать телу источать запах «феромонов». Только вот, как ему объяснить это? Вроде такого естественного аромата страсти, который притягивает противоположный пол?

Ладно. Пусть думает, что это просто он такое неотразимый. Хотя, если потом они с императрицей больше часа продержались, и от неё от самой после того, как подействовало зелье, тоже феромоны повалили… Ой, как неловко получилось-то! Как бы не заездили они там друг друга за ночь-то! Надо будет посмотреть на него сегодня. Может ещё жив остался?

А Корнилова всё же надо будет предупредить. А то, я так понял, глазки у фрейлин сверкали тогда не просто так. Унюхали бабы запах настоящего мужчины, вот и встали на дыбы.

Теперь ещё с Шуваловой встречаться.

– Ника! Ты случайно не знаешь, что там Шувалова мне такого сказать хочет?

– Мавра Шувалова пока вне твоего инфополя. Вот как лично с ней пообщаешься, после этого смогу что-то про неё тебе сказать.

– А если по косвенным данным?

– Скорее всего что-то про связи Петра Шувалова и про деньги. Муж у неё сейчас очень влиятелен. И если она хочет предложить тебе протекцию супруга, то …

– Она не знает, что Шуваловы и так мне денег дали с горкой?

– Может и не знает. Но Шуваловы тебе денег дали только за то, чтобы быть в курсе политических интриг вокруг малого двора. А тут ведь совсем другой вариант. Денег у Шуваловых много. Очень. А такого рода связи весьма полезны. Особенно, если за тебя будет ему на уши его жена давить. Никто же не будет говорить, что она это делает из-за внезапно вспыхнувшей между вами страсти.

Я хмыкнул. Дама она, конечно, видная. Но лет на пятнадцать старше меня нынешнего.

– На двенадцать. Но не это главное. Судя по косвенным данным, она действительно любит мужа. А то, что она, по сути, является при дворе Елизаветы женским воплощением «серого кардинала» – тебе точно на руку.

– Чё-то кардиналов тут этих развелось, как блох на собаке. И Воронцов, и отец Фёдор, и Лесток, Румянцева и Шуваловы. Одни кардиналы серые. Как страшно жить!

– Что, конкуренцию не любишь?

– Наоборот! Вот только в борьбе за влияние на женщину-императрицу раньше большим опытом я не отличался. Приходится вот теперь изобретать ходы поизящнее, чем просто банальные разборки на стрелках в стиле девяностых. Но снадобье зашло, ты была права.

– Это ещё что! Твои песни и стихи будут ещё той бомбой! Готовься давай. Ребята-музыканты, кстати, уже с утра у порога стоят.

– А ты откуда знаешь?

– Так слышно же, как они бренчат на улице. Греются так на морозе.

Из-за окна и правда доносились какие-то звуки, отдалённо напоминавшие музыку.

– Что сегодня с ними разучивать будешь, маэстро? Ты только помни, что в эту пятницу к тебе сама императрица пожаловать решит в мундире полковника Преображенского полка. Разумовский не зря об этом подумал тогда!

– Блин!!! Придётся всё-таки шампанское покупать для императрицы?

– Дорога к власти требует жертв!

– Надо с Шуваловой встретиться. Богатые они очень, говоришь? Мало я с них тогда взял. Ну, ничего, ещё не вечер! Не мытьём, так снадобьем!

…

Во дворец я прибыл как раз к очередной утренней смене караулов.

– Господин капитан!

Корнилов вытянулся во фрунт рапортуя мне о состоянии ведения службы.

Я выслушал рапорт и кивнул ему головой в сторону. Мы отошли подальше от гвардейцев, стоящих в карауле, и я кивнул Василию, чтобы говорил.

– Ты же знаешь Мавру Егоровну Шувалову?

– Ты шутишь? Как можно её не знать? – я сделал удивлённое лицо. Статс-даму Шувалову не знать было невозможно. – Или ты имеешь ввиду моё близкое с ней знакомство?

Оба ухмыльнулись. Шутка была прям явно ниже пояса, но в пределах приличий.

– Я не про то сейчас. Она сильно заинтересована с тобой поговорить.

– С чего бы? Ты там с флаконом что-то не так сделал?

– Как раз наоборот.

И он в нескольких предложениях поведал мне ровно то, что Ника недавно показывала мне в сновидениях.

– И что такого она мне поведать желает?

– Я не знаю, но уверен, что что-то важное. Вряд ли она будет попусту раскидываться такими словами, да ещё в присутствии фрейлин. Но ты же понимаешь, что она попросит взамен?

– Мою невинность?

– Очень смешно! Снадобье это от запаха.

– Да понял я уже, не дурак. Посмотрим. Если что полезное будет для клуба, может введём почётную карту попечителя. Для добровольных пожертвований. Кои и дамам можно будет делать. И отдельные привилегии для них тоже сделаем.