Читать книгу - "Фактор жизни - Джон Мини"

После бесконечных посланий по эйч-мэйл, после стольких отвергнутых просьб, не прет ли она на рожон?

Ее паранойя еще более усилилась, когда они подплыли ближе к комплексу, известному под названием «У Женевского озера».

Причалили, и Карин отвели в пустую комнату, оставили в одиночестве. Одна из стен в этой комнате представляла собой прозрачную вогнутую сферу. Сквозь нее можно было видеть чистую темную воду. Маленькая, белая с золотом, рыбка то и дело хватала корм.

«Проклятие! — Карин в волнении расхаживала по комнате, затем заставила себя сесть. — Какого черта я здесь потеряла?»

Все аргументы, с помощью которых она собиралась убедить предстоящее «собрание», заключались в горстке кристаллических осколков, распиханных по карманам ее жакета.

Впрочем, в любом случае стоит рискнуть. Чтобы спасти Дарта, она была готова пожертвовать собой.

— Фрау доктор Швенгер готова вас принять, — услышала Карин синтезированный голос. Искусственный Интеллект изъяснялся по-английски.

— Еще бы! — с раздражением фыркнула Карин. ИскИн ничего не ответил.

В воздухе возникла светящаяся стрелка, показала, куда идти. Карин с неохотой поднялась и последовала за летящей впереди стрелкой.

Дно озера за стеной в кабинете доктора Швенгер выглядело очень живописно: свет шел откуда-то снизу, переливался на вкраплениях кварца. Среди вьющихся водных растений, названия которых Карин не знала, причудливо играли тени.

— Садитесь, пожалуйста! — Швенгер оказалась миниатюрной блондинкой. Похоже, она легко мирилась со своим высоким положением.

— Vielen Dank, — поблагодарила по-немецки Карин. Едва заметная улыбка скользнула по губам доктора Швенгер.

— Вы хорошо говорите по-немецки, не правда ли? Карин пожала плечами, и Швенгер добавила:

— Мы можем говорить каждая на своем языке.

— Хорошо, — согласилась Карин. — Но я в восхищении от вашего великолепного английского.

— Итак… — Швенгер улыбнулась как-то уж чересчур поспешно.

«Не надо было этого говорить, — мелькнуло в голове у Карин. — Я должна плыть по течению и не противоречить, я здесь не для того, чтобы набирать очки».

— Спасибо вам, что вы смогли так быстро принять меня, доктор Швенгер, — сказала она. — У вас, наверно, очень напряженное расписание. Впрочем, как и у меня.

Карин заметила, что доктор Швенгер слегка нахмурилась.

— Я думала, что вы сейчас освобождены от работы. Неискреннее заявление. И вообще Швенгер не стала бы изменять свое расписание ради встречи с простым кандидатом в Пилоты, если бы не заподозрила, что за этим кроется что-то важное.

— У меня есть кое-какие дела по связи с общественностью, — Карин старалась казаться спокойной. — Интервью журналу «ТехноМонд-ХХII», к примеру…

— Не совсем обычное времяпрепровождение для кандидата в Пилоты.

Взгляд голубых глаз был ледяным, а улыбка — обескураживающе-иронической.

— Разве? — Карин удивленно изогнула бровь. — Я надеялась поговорить о будущей трансформации моей нервной системы.

Швенгер осталась абсолютно невозмутимой.

«Ноль очков за хитрость, Макнамара, — сказала Карин сама себе. — Но, по крайней мере, я донесла до нее необходимую информацию».

— В каком смысле? — спокойно спросила Швенгер. На самом деле Карин хотела, чтобы в поисках Дарта была задействована вся поисково-спасательная флотилия, но понимала, что никакие веские аргументы не помогут ей добиться этого.

— Речь идет о второй фазе, которую мне предстоит пройти. — Набравшись храбрости, Карин добавила: — Я бы хотела получить назначение на следующий новый корабль.

Фрау доктор Ильза Швенгер была директором одного из подразделений, она несла ответственность за Программу ремонта и постройки кораблей. Она вполне могла бы помочь с назначением.

— Это будет не так просто, о чем вы, должно быть, догадываетесь.

«Гибкость составляет 90 процентов в искусстве айкидо», — однажды утверждал сэнсей Уешиба. Основатель самого совершенного вида борьбы знал, когда надо подчиниться, а когда вступить в схватку.

«Докажи ей», — приказала себе Карин.

Нервы напряглись. Перед глазами стоял умирающий в одиночестве Дарт… Карин выложила на стол Швенгер кусочки кристалла, ясно сознавая, что через несколько секунд с ее карьерой в УНСА может быть покончено.

Синий тороид, искусственный зародыш. Неразборчивый текст и рисунки.

Плевать на карьеру. Ей нужен Дарт.

— Изображения с низким разрешением, — бормотала Швенгер, вставляя каждый фрагмент по очереди в слот установленного на столе лазера. — Трудно разобрать детали.

Перед ними было последнее фиолетово-синее изображение.

— Это же не целые кристаллы, — сказала Карин. — Хотя любая часть голограммы содержит все изображение, но чем меньше кусочек, тем меньше будет разрешение.

— У кого кристаллы? — Глаза Швенгер снова были холодны, как лед. — У вас или журнала «ТехноМонд-XXII»?

«Прекрасно, — подумала Карин, — оказывается, она все знает. Ей было достаточно лишь взглянуть на изображения, и она сразу поняла, что это такое. Но что мне делать дальше?

Вариантов было два. Первый: вести осторожную игру. Второй: рискнуть. И Карин решилась.

— Кристаллы находятся в моей комнате в отеле «Ирвинг», в Лозанне. Можете ли вы послать кого-нибудь за ними?

Швенгер сначала нахмурилась, но потом кивнула в знак согласия.

— Позвольте, я предупрежу администрацию, — Карин подождала, пока Швенгер включит системы внешней связи, и соединилась с отелем, попросив, чтобы служащих УНСА впустили в ее номер.

«Надеюсь, я делаю все правильно», — подумала она. И сказала:

— Кристаллы описаны и маркированы. Кроме того, все снято на камеру. Вся серия. Ничего не пропущено. И никаких копий.

Фрау доктор распорядилась послать за кристаллами, а затем перешла к следующему этапу. Она выключила внешнюю связь, затем стиснула руки Карин и глянула ей прямо в глаза.

— Спасибо вам, кандидат в Пилоты Макнамара. Мы благодарим вас за сотрудничество.

— Я всего лишь выполняю свой долг, — сказала Карин. — Мы не можем допустить, чтобы введенный в заблуждение персонал УНСА поставил общество перед опасностью.

— Совершенно с вами согласна.

— То, что я обнаружила их, чистое везение… Вы же знаете, я отношусь к своей карьере очень серьезно.

Это означало: «я готова пожертвовать всем, если будет нужно».

Ледяные голубые глаза слегка сузились.

— Хорошо, кандидат в Пилоты. Каковы ваши планы?

— Я абсолютно откровенна с вами, — при этих словах они обе улыбнулись, — когда говорю, как сильно я надеюсь на то, что вы измените характер миссии нового корабля. Как и на то, что вы назначите меня на борт.