Читать книгу - "Ищейки - Василий Ершов"

При ударе из ноздри чародея вылетело маленькое круглое зёрнышко.

Получив деревяшкой, Кристоф нелепо взмахнул руками и упал ничком.

– Я же говорила: у тебя нет шансов, – вымолвила Энвер, тяжело дыша. Она была вынуждена признать: схватка, длившаяся не более минуты, вышла изнуряющей.

Парень застонал, приподнялся на локтях. С трудом сел. В его глазах больше не обитали синие светлячки.

– Эн? Какого… какого чёрта?

– Крис!

Девушка бросилась к своему недавнему визави и крепко его обняла. Волшебник оторопело погладил подругу по спине.

– Мы с тобой сражались… вроде… Всё было как во сне.

– Было, было, – Энвер отстранилась, улыбнулась Кристофу. – Рада снова видеть в тебе тебя, дружище!

– Да ты никак размякла, старушка, – смутился парень. – Где та ведьма, во всех смыслах этого слова, к которой я привык?

– Не волнуйся, – агент ван Тессел похлопала напарника по плечу и поднялась с колен. – «Та ведьма» скоро вернётся, и тебе будет жаль, что поторопил её.

– А где остальные? – спросил маг, потирая ушибленный затылок.

– Хороший вопрос. Я их прогнала, чтоб не попали под раздачу. Кстати, мы теперь знаем, какого рожна лес восстал против людей. Белл… – ведьма вдруг умолкла, насторожилась, приложила палец к губам. – Тс-с-с! Прислушайся, Крис. Что ты слышишь?

Напарник прислушался и ничего не услышал. Ни скрипа, ни шороха, ни шелеста листвы.

– Ничего, – так и ответил, помедлив, он.

– Вот именно. Как-то слишком тихо. Где птицы, насекомые?

– Действительно…

Над головами волшебников что-то отчаянно заскрежетало. Энвер первой посмотрела вверх; её глаза расширились.

– Кри…

Клубок толстых сучьев с немыслимой для любого существующего дерева живостью опустился на ищеек. Волшебник только вскрикнул и, подхваченный ветками, взмыл ввысь. Энвер кинулась на землю; ещё одна загребущая древесная «лапа» рассекла воздух в нескольких дюймах над целью. Чародейка перевернулась на спину, полоснула перед собой языком пламени. Ветви отпрянули, листья на них почернели, обуглились. Девушка вскочила, побежала наугад. Один из каштанов на её пути накренился, корни выбрались из-под земли, зашевелились, точно щупальца осьминога. Дендроид прополз пару ярдов, преградив дорогу. Волшебница резко затормозила, метнулась в другом направлении. Перед ней тут же возник огромный волк со светящимися голубыми глазами. Энвер наотмашь бросила в зверя оглушающие чары, походя перепрыгнула через движущийся сук – хитрое дерево подставило «ножку». А впереди уже поджидала крупная пума. Девушка опять шарахнулась в сторону, уклонилась от очередной древесной «руки», отбросила ещё одного волка. И снова дендроид. Колдунья отскочила к центру поляны, поволчьи же оскалилась; в обеих ладонях зажглись шаровые молнии.

Она была в ловушке. Поляну окружили деревья, вопреки здравому смыслу умевшие активно передвигаться, а также дикие звери: помимо волков тут были кабаны, парочка пум, даже один медведь. Кроме того, в кронах дендроидов перемигивались десятки синих огоньков – птицы также участвовали в ловле. Настоящее лесное ополчение! Энвер крутилась из стороны в сторону, но выхода из сложившейся ситуации не видела. Она осталась абсолютно одна.

Деревья, сердито поскрипев ещё немного, замерли в торжественной неподвижности. Застыли звери, буравя ищейку немигающими колдовскими взглядами. А потом перед волшебницей расступились два молодых ясеня, и зачарованный лес явил нову.

В том, что это действительно нова, у Энвер не было никаких сомнений. Они развеялись, как только был узнан человек, вышедший из зелёного сумрака.

– Так-так-та-ак, – процедила колдунья. – Вон как всё, оказывается, очевидно. Настолько очевидно, что я даже не рассматривала этот вариант всерьёз. А зря: не первый раз ответ плавал на поверхности, пора бы привыкнуть. Однако как тебе удавалось творить такие вещи, оставаясь в тени? Скажи мне, Вальди.

Марта Нойманн стояла прямо, рукой касаясь шкуры волчьего вожака. Хищник живым изваянием прильнул к её ноге.

– Посмотри на него, чаровница, – негромко попросила травница. – Разве в силах моих укротить такого гордого и свирепого зверя? Нет, это всё Хранители. Их священная сила велика, мне неведом её предел.

– Ой, вот не надо про духов! Это ведь на тебя указывал наш трекер, на тебя, а не за тебя. И шнурок ты подбросила для отвода глаз. Очевидно, что ты стихийный маг. И жуть какой сильный. Не знаю, справилась ли бы я с тобой, будь ты обучена как следует. Впрочем, год от года новы всё сильнее, стоит перестать удивляться.

– Думай как хочешь, мне недосуг с тобой спорить, – покачала головой Марта. – Я пришла, чтобы попробовать уговорить тебя сдаться.

– Что-о?! Я не ослышалась?!

– Не ослышалась. Не лезь на рожон, Энвер. Видишь сама, что окружена и в меньшинстве. Нет нужды в драке, исход которой известен заранее.

– Каков слог! Вальди, да тебя словно подменили!

– Пожалуйста, послушайся моего совета. Ты могуча, но тягаться с Хранителями – всё равно что костёр ветром тушить.

– Костёр, говоришь?

«…сон… огонь алыми брызгами разлетается в стороны…»

Энвер усмехнулась и погасила шаровые молнии. Взамен одной из них тут же народился маленький язычок пламени. Свободная рука достала из-за пазухи небольшой нож с искривлённым лезвием.

– Знаешь, Вальди, есть одно заклинание, называется «Дыхание Преисподней». Старое, им не пользовались со времён Войны. Оно характерно тем, что обращает кровь волшебника в негасимый огонь. Чем сильнее колдун и чем больше пущено крови, тем больше будет огня. Его не погасить водой, только магией. Грамотной и могущественной магией. Так вот, Вальди: да, ты права, я проиграю эту драку. Но прежде учиню здесь такой пожар, какого свет не видывал более ста лет! Даже если все огненные маги континента соберутся здесь хотя бы за неделю, – что уже невероятно, – то к тому моменту, как они сумеют усмирить стихию, леса на сотни миль вокруг выгорят дотла. А может, и больше, если с ветром повезёт.

Травница побледнела.

– Но… но ведь ты тоже погибнешь.

– Наверняка, – легко согласилась ведьма. – Устроив напоследок знатную заваруху.

– Ты не сделаешь этого!

– Очевидно, ты не играла в покер, милочка, – Энвер улыбнулась самой паскудной улыбкой, на какую была способна. – Когда у двух игроков неважные карты на префлопе, банк украдёт тот, кто первый пойдёт олл-ин. Я тёмная колдунья. Я не умею проигрывать.

Деревенская знахарка помолчала, будто обдумывая что-то. Потом вздохнула и заговорила вновь, смягчив тон.

– Пойми, Энвер: тут всё друг с другом связано. Правда. Каждая букашка, каждая травинка – всё, всё в равновесии! Тем, кто оберегает это равновесие с незапамятных времён, гибель каждой живой твари причиняет неподдельные страдания и боль.