Читать книгу - "В бездне времен. Игра на опережение - Алексей Рюриков"

– Тут, господа, вам виднее, ваша специфика, – согласился Гумилев. – Его вскрыть без ключа вообще возможно?

– Вскрыть все можно. Во времени вопрос, сторож раз в полчаса к воротам подходит. Мы прикинули: злодеи могли после одного обхода подскочить, гибкой пилкой дужку подпилить. Потом следующий обход сторожа пропустить, дужку дорезать, новый замок повесить. А после еще одного обхода уже авто угнать. На пару часов работы, зато тревоги не поднимется.

– То есть Лобовы могут быть непричастны?

– Да, скорее всего. Но гарантию не дам опять же.

– Ладно. Автоматы «томпсон» легально в Россию не поступали, как вы уже знаете. А патроны искать пытались?

Ответил начальник жандармского управления:

– Патроны 45-й калибр. В России не распространены, но встречаются. Гильз хватает, сейчас сличаем. Но это дело не быстрое, их небольшими партиями многие торгующие оружием компании закупали.

– Я прочитал результат вашего эксперимента, – заметил приезжий. – Получается, чтобы заложить взрывчатку, времени остановки подводы вечером предыдущего дня хватает?

– Вполне, – ответил следователь. – Версия со случайным налетом практически отпадает.

– А с подводой что?

– Ищем, – пожал плечами Шатунов. – Ориентировки на подводу и возницу исправникам по уездам разосланы, в соседние губернии тоже. Пока ничего. Свидетели налета еще нашлись, но описать нападавших толком никто не может. Маршрут грузовика после разбоя установлен: от банка они рванули в Канавино, там, на пустыре, видимо, перегрузили мешки и закатили машину в кусты. До пустыря, по опросам, нигде не останавливались, по времени тоже так выходит.

– Во что перегрузили, известно?

– На пустыре никто ничего не видел. Канавино вообще район паршивенький – «малины», ночлежки. Людишки свои у нас там имеются, только чего им в такую рань по пустырям, сами посудите? Они народец ночной.

– А в банке?

Сидящие в кабинете помрачнели. Молчание нарушил следователь:

– Похоже, мы нашли труп того, кто сведения передал.

«Похоже на «Шрама», – обреченно подумал подполковник. – Наводчик мертв, следов нет, примет нет. Грабители наверняка уже в другой конец империи поездом едут. Или в разные концы. Что там в Управлении Бабич нарыл? А то ведь снова повиснет нераскрытое».

А вслух сказал:

– Давайте подробнее.

– Сегодня утром обнаружено тело вице-директора Нижегородского отделения Торгово-промышленного банка господина Литвякова, – невесело сказал Ежевский. – Покойный жил один, по выходным прислуга не приходила. Сегодня в квартиру пришла уборщица, обнаружила труп. Убит путем нанесения ножевой раны в область горла, предположительно в ночь с субботы на воскресенье. В субботу после налета его допрашивали, показания дал обычные: о перевозке денег знал по службе, никому не сообщал, кто мог совершить разбой, представления не имеет. В крамольных организациях не состоял, ни в чем предосудительном замечен не был. В банке работает двадцать лет, к нам переведен из Новониколаевского отделения пять лет назад. Устанавливаем круг знакомых, опрашиваем соседей – обычные разыскные мероприятия. А ничего другого и не придумаем-с!

«Новониколаевск, – мелькнуло в голове у питерца. – Связи надо отрабатывать, и через МВД, и по нашим каналам. Так, – перескочила мысль на другое, – а следователь с сыскным – вроде люди опытные. Следствие все равно судебным вести, может, Ежевского и предложить? Да и сыскной бы не помешал, все же наши уголовщиной не занимаются, а тут замки какие-то с коробами… дело в Корпус забирать в любом случае надо. Обрадовать полицмейстера сразу, что ли?»

– Сыск по делу будет проводить Корпус, – вслух произнес Николай Степанович. – Поэтому прошу подготовить материалы к передаче. В связи с тем, что подозревается известная нам фигура, работать будет Охранный Департамент Корпуса в Петербурге. Кстати, какие-либо бомбисты по делу не проскакивали?

– По моему мнению, речь идет о шайке уголовных, – пожал плечами следователь. – Основательная группа, бывалая, но просто грабители, никакой политической подоплеки тут не видно.

– И так, и не так, – загадочно ответил подполковник. – Впрочем, об этом поговорим особо. Следствие все равно ведь за вами остается? Как там по Уложению?

– «Отдельный Корпус жандармов не ведет предварительное следствие в полном объеме, а лишь производит предварительное дознание либо переписку. Если важность дела заставляет производить следствие, а не дознание, производство по делу передается в соответствующий следственный орган», – без воодушевления, по памяти процитировал Петр Александрович. – Соответствующий, конечно, я получаюсь, хотя ежели в других губерниях злоумышления ранее были, и следственные дела есть, так можно и туда.

Перспектив к раскрытию Ежевский не видел, что бы там ни говорил столичный жандарм. Он знал, что боевые группы левых партий за последние годы практически вывелись: многих боевиков повесили по Указу «О пресечении бомбистских партий», остальные уехали или устрашились. И радости от сказанного гостем не испытывал, полагая, что Корпус мог бы и следствие забрать в Петербург.

– Но поскольку подлежащие привлечению к ответственности лица не установлены, в принципе следствие действительно придется мне производить. Если, конечно, особенных указаний из столицы не поступит.

– Не поступит, – «успокоил» Гумилев. – С вами и будем этот налет раскручивать.

«Ну, установят они злодеев, – без энтузиазма подумал Ежевский. – Ну, пусть даже и возьмут, толку-то? Доказательств все равно нет. А адвокаты за такие деньги самолучшие будут. Это же не агитаторов или там зачинщиков крестьянских возмущений ловить да вешать. Хотя фамилия у подполковника знакомая… Гумилев? Черт! Это ж поэт! И ведь это, помнится, именно он лет пять назад синдикат убийц брал, «Трест». Громкое дело было, известное. Ну что ж… это все же уже рекомендация. Да и с поэтом знаменитейшим пообщаюсь – тоже неплохо».

«Автограф не забыть взять», – наказал он себе и стал слушать столичного гостя дальше. Тем более тот повел себя совершенно разумно.

– Да, вот еще, – обратился Гумилев к полицмейстеру. – Господина Шатунова я бы тоже попросил откомандировать к нам в помощь. Господин следователь законоуложения, конечно, лучше знает, но тут уж и я припоминаю: «При производстве дознания чинами Корпуса на местах чины Департамента полиции должны оказывать всяческое содействие».

Идея лишиться начальника сыскного отделения полицмейстера не радовала, но… жандарм снимал с него ответственность по самому громкому в России преступлению за последние лет так пять, да и грабеж имел место все ж таки в его, Матвеева, епархии. Фамилию подполковника он вспомнил еще быстрее следователя. Стихов Николай Михайлович отродясь не читал, а вот по «Тресту» данными располагал. Их главарь, Свердлов, когда-то начинал как раз в Нижнем Новгороде, а политический сыск пять лет назад еще относился к полиции. И в отличие от Ежевского проскочившее замечание об «известной фигуре» полицмейстер воспринял иначе.