Читать книгу - "Мятеж воина - Александр Ранецкий"

Никому другому он не сказал бы подобного, но Ллеаа не была человеком, и общаться с ней казалось проще.

– Недоверие утомляет, – промолвила лейри. – Бездействие утомляет больше.

Эвинд еще раз взглянул на ожерелье Зианд.

– Кто-нибудь знает, что такое "Ки-Маар"? – неожиданно спросил он.

Дэрк и Эр-Ли пожали плечами.

– Кхим-Ма'арг… – задумчиво протянула Ллеаа. Только ее коммуникатор был способен правильно воспроизвести звуки раанского языка. – Означает что-то вроде "чужой, изначально ненадежный, принятый в лоно семьи и предавший ее". Сложное понятие и очень нехорошее, если назвать так другого.

– Да уж, себя так мало кто захочет назвать! – хмыкнул Дэрк.

– Зависит от точки зрения, – спокойно возразила лейри. – Тот, кто мог бы применить это понятие к себе, имел бы все основания для гордости – ведь в первом лице это значит: "проникший в лоно чужой семьи, чтобы предать ее ради великой цели". Только никто не скажет такого о себе в настоящем времени, поскольку это было бы равносильно признанию и обозначало бы смертный приговор.

– Тьфу, филолог треклятый! – в сердцах буркнул Дэрк.

– А на нормальном языке как это сказать? – попытался разобраться Эр-Ли. Постой-ка… "Шпион"… и "разведчик"?!

Эвинд не успел откликнуться. Звездное небо на переборке съежилось, вновь превратившись в обычный экран, и на нем появилась белокурая Орна Сардкойн уже не в белой накидке, но в малиновом мундире Стражей Крови. Медный пояс знак контрразведчиков – лежал на ее тугих бедрах.

– Добрый вечер, секунд-лейтенант, – приветствовала она Эвинда. – Не хотите ли размять ноги? Наверняка уже засиделись.

Эвинд усмехнулся:

– Доброе утро, премьер-лейтенант. Рад бы пройтись, но я же, кажется, в "карантине"?

– Это легко устроить, – небрежно откликнулась офицер имперской безопасности и щелкнула остреньким ноготком по блестящей пряжке пояса, – Я же "красная медь", не забыли?..

– Приглашаете на допрос или на завтрак?

– На ужин, секунд-лейтенант, на ужин. Это по вашему биологическому времени утро, а по нашему, корабельному, – почти полночь. – Орна легко провела пальцами по своему терминалу. – Поднимайтесь, у вас будет пропуск на четвертый ярус.

Экран погас.

Эр-Ли с кривой усмешкой подмигнул командиру, но Дэрк и Ллеаа остались серьезны. Премьер-лейтенант Стражей Крови… Даже такой низкий чин имперской безопасности позволял Сардкойн командовать майорами и даже полковниками армии и Астрофлота.

Старый пират осторожно потеребил мочку уха, одновременно касаясь мизинцем уголка глаза. Насквозь прозрачный код: смотри и слушай. И еще значок: палец медленно – от верхней губы к нижней: будь осторожен. Эвинд кивнул, натягивая полетный комбинезон.

Найти дорогу было делом несложным: даже если бы полоска зеленого света не вилась у Эвинда под ногами, он, не раз бывавший на корабле такого же типа во время курсантской практики, не запугался бы все равно. Правда, ему еще не доводилось подниматься к жилым отсекам из блока задержания…

На четвертом жилом ярусе, где размещался младший командный состав, было многолюдно. Чтобы не упустить светящуюся дорожку, Эвинду пришлось влезть в самую середину плотной группы людей в черных мундирах штурмовиков. Один из них, с небрежно расстегнутым воротом и нарочно сохраненным белым шрамом поперек щеки, толкнул пилота так, что тот едва устоял на ногах.

– Истребителям-смертникам сюда хода нет!

Тело Эвинда отреагировало прежде рассудка. Он схватил обидчика за руку и с силой дернул ее вперед. Штурмовик кувыркнулся через его плечо, но, едва коснувшись пола, тут же упруго, как кошка, вскочил и принял боевую стойку.

– Погоди, я тебе покажу! – прорычал он.

– Остыньте оба! – оборвал холодный резкий голос. Худощавый темноволосый человек в надвинутом на бровь берете стоял у стены, скрестив на груди руки, и с нехорошей усмешкой смотрел на Эвинда. – Неплохо дерешься, пилот. Неужто и вас, самоубийц, стали этому учить, или ты сам по себе такой талантливый, малыш?

– Чтобы управиться с этой черной рванью, великаном быть не обязательно.

Эвинд смерил вызывающим взглядом Черного Шлема, возвышающегося над ним на полторы головы. Он знал, что в его положении полупленника ввязываться в ссору по меньшей мере неразумно, но раздражение и злость последних суток требовали выхода.

Смуглые скулы человека в берете затвердели.

– Просишь поединка, малыш? – переспросил он. – Отлично: через пять сотых галачаса в спортивном зале. Я тебя сделаю в два счета, не будь я Мерт Дэмлин!

– Он же Тадж, – мерзко осклабился сбитый Эвиндом Черный Шлем. Секунд-лейтенант еще раз взглянул на своего будущего противника. Нужно быть настоящим убийцей, чтобы заработать прозвище этого хищного кустарника с одной из планет дальнего Приграничья. Еще ни одной жертве не удавалось уйти из объятий черных гибких ветвей таджа, усеянных полыми колючками-кровососами длиной в палец.

Эвинд не успел ответить. Чьи-то энергичные руки растолкали штурмовиков.

– Что здесь происходит?..

Черные Шлемы медленно расступились. Вне вахты и боевой обстановки знаки различия не принято было замечать, и парень со шрамом грубо нарушил это правило, задев Эвинда. Но даже сорвиголовы-штурмовики старались держаться подальше от малиновых мундиров службы имперской безопасности.

– В чем дело? – с нажимом повторила Орна Сардкойн, переводя взгляд с одного лица на другое. Отчаянные Черные Шлемы, которые первыми бросались в мясорубку планетарных боев, не боялись смерти и не ценили своей жизни, старательно отворачивались от прищуренных ледяных глаз невысокой женщины в форме Стражей Крови.

Наконец премьер-лейтенант соизволила заметить присутствие Эвинда.

– Можно было не сомневаться, что здесь я найду вас, – процедила она. – Где вы, там беспорядки. Так, секунд-лейтенант?

– Так точно, – глядя в стену над ее головой, отозвался Эвинд.

– Следуйте за мной! – отрывисто приказала премьер-лейтенант и, развернувшись, зашагала по коридору.

Штурмовики сомкнулись за спиной Эвинда. Он еще расслышал фразу пижона со шрамом:

– Похоже, парень влип, а, Тадж?

Орна Сардкойн молча вошла в свою каюту, дождалась, пока дверь закроется за Эвиндом, и резко обернулась:

– Ну?

Секунд-лейтенант молчал.

Орна медленно расстегнула мундир. Затем закинула руки за голову и вдруг рассмеялась:

– Что вы за человек, секунд-лейтенант?.. Девушка приглашает вас поужинать, а вы, вместо того чтобы лететь к ней со всех ног, ввязываетесь в первую же попавшуюся историю. Между прочим, стычка на борту во время боевого дежурства военного корабля, не говоря уж о предыдущей вашей выходке, – по уставу прямая дорога под трибунал. Вы невозможны, просто невозможны… Но, – добавила она, качнувшись чуть вперед и привстав на носки, так что ее дыхание тронуло ухо Эвинда, – именно своей несдержанностью ты мне и понравился.