Читать книгу - "Калейдоскоп - Сергей Григоров"

— Не понимаю…

— Жаль, не располагаю временем вам помочь. Продолжим обсуждение. Из предположения, что Объекты являются обобщенными инверторами, следует несколько практически важных выводов. Первый — то, что наиболее безопасный способ их уничтожения должен основываться не на лучевом оружии, не на создании мощных энергетических полей, а на применении, скажем, обыкновенных снарядов. Я прошу вас, Астаройт, позаботиться о соответствующем вооружении комплектующейся эскадры. Второй вывод касается уточнения цели дальнейших действий «Кенара».

Метмон бурчал что-то под кос, негодуя.

— В целом я согласен с вами, адмирал, — царственно прервал возможную дискуссию Сем Нарайн. — Каковы ваши предложения?

— Первоначально намеченные задачи разведки боем выполнены, расход горючего — 70 процентов, что позволяет ставить вопрос о возвращении на базу. Учитывая, однако, боевой настрой экипажа и вынужденно значительные сроки формирования эскадры для отражения агрессии Объектов, перед «Кенаром» целесообразно поставить дополнительные задачи. Реально это может быть либо отработка безопасной тактики уничтожения Объектов, либо поиск Источника. Лично я склоняюсь к выбору первого варианта. Главным образом потому, что вряд ли Источник удастся найти с ходу — слишком велика погрешность пролонгации траекторий движения Объектов.

— Безопасная тактика уничтожения Объектов подразумевает использование снарядов?

Да. Причем, я полагаю, не обязательно ориентироваться на нечто особенное, вполне подойдут и некоторые штатные средства. Например, планетарные зонды, применяемые как обыкновенные самонаводящиеся ракеты. Заряды, я думаю, изготовим в корабельных мастерских.

— Вы убедили меня, что это наилучший вариант. После завершения Военного Совета Сем Нарайн спросил:

— И все же, Тур, эти ваши Зеркала — искусственного происхождения или нет? Я не верю, что подобные формы жизни могут появиться естественным путем. Природа, конечно, неисчерпаема, но не до такой же степени! А может, они в придачу и разумны? Мне на днях подсунули брошюрку с нашими ошибками в определении разума…

— Вы правы, — не преминул вмешаться Метмон, — собственно, критерий разумности определен лишь применительно к планетарной биосфере, качественно не отличающейся от земной. Человек разумный, в отличие от животных, мыслит абстракциями и способен потому сделать предметом своих раздумий собственные мысли. Эволюционируя, меритские маги со временем, видимо, займут такое же отношение к человеку, какое он сейчас занимает в животном мире. Они, может быть, и откроют нам всеобъемлющий для нас критерий разумности. Очень, очень сложный вопрос.

— Я военный, а не ученый, — ответил Туроутир Агенарга. — Мне не пристало философствовать. Пусть Объекты будут живыми, если некоторым из вас этого очень хочется, — мое отношение к ним не изменится. Они обладают многими признаками, которые действующими инструкциями приписываются разумным. Большой соблазн объявить их искусственными, но именно по этой причине я воздерживаюсь от этого. Меня учили избегать очевидных и самых удобных путей.

— Чем больше я думаю о них, тем больше вопросов возникает, — продолжал Сем Нарайн, наморщив благородный лоб. — Ваша идея, что Объекты каким-то образом играют роль зеркал, причем необычных зеркал… Что вы думаете о наших пропавших «Огузах»?

— А что тут думать? Надо искать. Это единственное, что нам остается. Испокон веков для человека самый страшный враг — другой человек. Чтобы уверенно смотреть в будущее, нашу операцию нельзя будет считать завершенной до тех пор, пока не будет определена судьба всех контактеров с Объектами. Найти «Огузы», я полагаю, несложно. Пункты назначения известны, предполагаемые маршруты — тоже. Если произошло нечто из ряда вон выходящее — воспользуемся таблицами Месенна — Корева. Именно для этого я настаивал на их получении. Найдем. Никуда они не денутся.

— М-да. Вы правы, как всегда. Хорошо, давайте расставаться. — Сем Нарайн позволил себе плотоядно улыбнуться. — Мне давно пора заняться подготовкой доклада для пленарного заседания Межгалактического Совета. Думаю, наши требования найдут понимание.

Пока одно слово «наши» очертило ту организационную структуру, созданную на гребне борьбы с Инверторами. Ничто не пропадает бесследно, и через много лет эта организация, переродившаяся в Орден Третьей силы, понесет ответственность за многие и славные, и мрачные деяния. Но это уже другая история.

* * *

Почти сразу «Кенар» наткнулся на компактную группу из четырех Объектов. Ракета, пущенная с первого «Азарха», вошла в центр одного из них, взрыв — никакого эффекта.

— Слишком мал заряд, — объяснил Метмон, проведя бессонную ночь за расчетами. — Я определил критические значения энергии и интенсивности ее выделения. Однако главный инженер утверждает, что в корабельных мастерских изготовить такие разрядники невозможно.

Туроутир Агенарга лично проверил расчеты.

— Может, вспомнить забытые виды оружия? Термоядерный заряд, например?

— Не получится. Слишком мала скорость высвобождения лучистой энергии, — забраковал Метмон.

— Вакуумный разрядник, — предложил Кокро-ша. — Можно уничтожать Объекты, вызывая искусственную флуктуацию энергии пространства. В нормальных условиях вероятность инициации ничтожно мала, но структура Объектов…

— Не получится, — предрекал Метмон в союзе с главным инженером. — Такие сложные изделия на «Кенаре» не собрать.

— Физика пространства — моя вторая профессия, — настаивал Кокроша. — Я могу собрать разрядники.

Он был хорошим офицером, а значит, на него можно было положиться. Туроутир Агенарга распорядился начать работы, и через пять суток первые три снаряженные ракеты были отправлены на «Азарх». Метмон утверждал, что только при их синхронном срабатывании можно ожидать гибели Объекта.

Ракеты, начиненные сложнейшей электроникой, сошли с аппарелей «Азарха» и одновременно пронзили Объект. Короткий всплеск — и он перестал существовать. Так же был расстрелян второй, затем — третий. Заряды планетарных зондов, направленных на последний Объект, сработали раньше срока. Тогда Туроутир Агенарга, опьяненный успехами, перешагнул допустимую грань риска и приказал «Азарху» ударить инфралучом.

Объект, умирая, огрызнулся. Сильный удар потряс «Кенар». Сработала защита, трансформируя нахлынувшую извне мощь в кинетическую энергию звездолета. Мгновенная перегрузка покорежила внутренние переборки, превратила незакрепленные предметы в коварные, разрушающие все преграды снаряды.

Из экипажа пострадал один Туроутир Агенарга. «Кенар» не предназначался во флагманы, и рабочее место, оборудованное для адмирала в командной рубке, не имело дополнительной гравитационной защиты. То, что раньше называлось Туроутиром Агенарга, тонким слоем покрыло пол командной рубки и окрасило стены в пурпур.

Через сутки «Кенар», произведя неотложный ремонт, взял курс на базу. Останки адмирала, помещенные в специальную капсулу, поддерживающую чрезвычайно низкую температуру, составляли его скорбный груз.