Читать книгу - "Главный герой становится Злодеем - Ли Лит"

на него. Чёрный, запахнутый по самое горло ханьфу укрывал от возможных ненужных взглядов, позволяя сливаться с темнотой.

Обсуждение плана прошло мимо Хуа Линь. Она не углублялась в слова главы и соучеников. Вера, что Чжу Сюй передумает, не покидала ни на миг. Ну, куда ей до умелых учителей школы Сяофэн? Смех же. Только под ногами мешаться будет.

Вот и сейчас, стоя у ворот школы, Хуа Линь смотрела на тёмное небо с ненавязчивыми мыслями. Передумает. Или, точнее, передумал. Чжу Сюй точно передумал насчёт неё. Он же не хочет опозорить себя и школу. В чём-то старейшина Лю прав: её надо спрятать на горе Е и не показывать людям. Позволить бродить по территории школы и по праздникам разрешать смотреть на мир за распахнутыми воротами. Не больше.

— Какая глупость, — прошептала Хуа Линь, прикрывая глаза.

Не будь она в столь плачевном положении, точно ушла бы из школы и в жизни не пересекалась с её обитателями. Но у Хуа Линь ни родных, ни знакомых за пределами школы Сяофэн, ни знаний о внешнем мире, ни захудалого домика в глуши. Ничего, что могло бы помочь в первое время.

— Какая тихая ночь, — раздался голос за спиной.

Хуа Линь угукнула.

По плечу похлопали.

— Держи.

Хуа Линь повернула голову, открывая глаза. Старина Цзян протягивал ей мешочек.

— По мелочам.

— Спасибо, — Хуа Линь взяла мешок, и он исчез из вида. Она называла это: спрятать от чужих в потайной безразмерный рукав. Смотреть, что в мешочке, не имело значения, старина Цзян, если сказал «по мелочам», значит, мелочь нужная.

Ночную тишину, воцарившуюся между ними, нарушило ворчание:

— Тьфу, сидят в школе, головы у них туманятся, потом страдают люди. Старика оставил жопу греть и чаёк попивать, а тебя — с сектой разбираться. Глава, — скривился старина Цзян. — Что в голове у этого главы? А если в следующий раз скажет идти и со дна мёртвого озера достать кости бессмертной птицы?

— Будет тебе, — потянулась до хруста в спине Хуа Линь. Охнув, она схватилась за поясницу.

— Не нравится мне это, — нахмурился старина Цзян. — Ох, как не нравится.

Хуа Линь тихо хмыкнула, массируя ноющую поясницу. То, что освоить цингун* будет сложно, она знала, но чтобы сорвать спину, получить множество растяжений и вывихов, точно не могла предположить, когда учитель Лу, прошлый глава, принялся за её обучение и становление на путь совершенствования. (Примечание: Цингун / 轻功/ qīng gōng — способность быстро и легко перемещаться, бег и прыжки за гранью способностей обычного человека.)

— Неспроста секта Сюэян объявилась, не спроста, — качнул головой старина Цзян. — Не ловушка ли это?

— Сходим, проверим, вернёмся и расскажем, — Хуа Линь прислонила ладонь к пояснице, слабое колебание всколыхнуло воздух возле. Тепло проникло под кожу от ладони через ткани. — Меня как бы тоже не радует, но это приказ главы.

— Сам бы сходил, — цокнул старина Цзян. — Отправил младших и сидит в своём кабинете жалобы перекладывает.

Хуа Линь коротко усмехнулась.

— Вот и ответ. Это наказание за многое множество жалоб на меня.

— Дети малые.

— Ладно тебе, — Хуа Линь легко похлопала старину Цзяна по плечу. — Хоть выберусь из школы в ком-то веке. Столько лет уже взаперти сижу.

Тихий смех ни капельку не успокоил старину Цзяна. Как хмурился, так и буравил тёмное небо.

— Будь осторожна, — тихое и серьёзное с толикой скрытого переживания.

— Не волнуйся, вернусь и на несколько дней поселюсь в твоей мастерской, — улыбнулась Хуа Линь. — Сам ещё прогонять будешь.

Все собрались вскоре, через одну чашку чая*. (Примечание: одна чашка чая — 15 минут)

— Глава, — поприветствовала Цзя Минь. — Все в сборе, можем выдвигаться.

— Хорошо, — послышался за спиной тихий голос. — Тогда выдвигаемся.

— Вы с нами? — удивился ученик Сун Вэня, если память не подводила Хуа Линь.

Хуа Линь даже обернулась. Точно, Чжу Сюй пришёл. Действительно он. В простом коричнево-сером ханьфу с перевязанными лентой волосами в хвосте. И не скажешь, что он глава школы. Как украшения и одежда меняют внешнее восприятие.

— Конечно, глава с нами, — прочистила горло Цзинь Янь. — Это важное дело.

Хуа Линь усмехнулась про себя. Насколько важное, что взяли её с собой. Кого смешат, не понятно.

— Аж полегчало, — ученик похлопал себя по груди, глупо улыбнувшись.

— Выдвигаемся, — глава взмахнул рукой, и перед ним материализовался меч.

Только не это. Хуа Линь отвернулась. Как же она не любила полёты на мече. Взлететь и встать на гнущийся бамбук — да пожалуйста, с одной крыши перелететь на другую — будет сделано, пробежать по поверхности воды — ни слова больше. Но полёты на мече — это так не удобно и страшно. А ещё жёсткий ветер постоянно пытается содрать тебя с твоего же меча.

Полёт на мече — это неудобно, страшно, смертельно.

— Добираемся до леса Инь, у кромки ждём всех, — скомандовал глава.

Первые мечи поднялись в воздух.

Хуа Линь дёрнула уголками губ вниз. Хорошая возможность остаться в школе. Ни опасностей, ни косых взглядов. Одни плюсы, как ни крути.

Обернувшись, Хуа Линь сжала руки. Чжу Сюй смотрел на неё. Столкнувшись взглядами, глава протянул руку.

— Я помогу.

— Я лучше останусь, — Хуа Линь не теряла надежды, что Чжу Сюй сдастся, перехочет брать на себя такое неловкое, стыдное.

Чжу Сюй выдохнул через нос.

Сейчас длинную воспитательную беседу проведёт и отправит обратно на гору Е. И все будут счастливы и останутся со здоровыми нервами.

— Мы не зайдëм в город, можешь не переживать.

Хуа Линь нахмурилась. Она успела забыть сказку, сочинённую учителем Лу для других. В город ей нельзя, плохие люди ищут. Да, прошлый глава придумал отличный план. На удивление, рабочий план оказался. До сегодняшнего дня.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— От меня нет пользы, — последние аргументы вышли в свет.

— Будет.

— Я мешаться буду.

— Некогда будет.

— Я неудобства доставляю.

— Переживём.

Хуа Линь усмехнулась. Да что с ним не так?! Что задумал? Ударить по голове, уложить в глубокую ямку и присыпать землёй? Коварно, как коварно. От главы школы можно ожидать всего, даже поглаживание по голове не стоит воспринимать за ласку. Ведь эта нежная рука и ударит до темноты в глазах.

— Думать можно и в пути, — Чжу Сюй схватил Хуа Линь за предплечье и дёрнул на себя.

— Нет, — твёрдо возразила Хуа Линь, но её ловко подняли и поставили на увеличившийся в размерах меч. — Сапоги дырявые. Только не это.

Она зажмурилась, уже зная, что ждёт впереди.

Чжу Сюй встал перед ней. Будь он не главой и будь отношения хоть на чуточку лучше, Хуа Линь точно вцепилась бы в него мёртвой