Читать книгу - "Дела одного Мастера - Лиса Самайнская"

Среди скульптурных теней, в зале вечной луны,

Где свет и тьма хранят мудрость старины,

Лежит человек во власти снов судьбы,

Как Адонис в мифах – пленник весны.

Охота на славу, на свет, где огонь горит,

Но в сердце ревность, что мечты все сгубит…

На полу свинья, как символ беды,

Что нам знать о жертвах вечной зимы?

Мифы оживают в суете наших дней,

Когда человек не в силах найти силы в себе…

Тоска по весне – предвестник беды,

Ведет к черной грани бездны и мглы.

Снова зазвучат древних струн голоса,

В круге времен он закроет глаза…

Правда это или ее миражи?

Как в мифах богини решают судьбы?»

* * *

User3712: Мне кажется, Маргарита в этот раз слегка перестаралась с метафорами. Я понимаю, что история интересная, но такое ощущение, что читаешь невнятный философский трактат. Хотя идея со скульптурами и мифами необычная, признаю. Браво Мастеру, как говорится, ха-ха!

Fan23: На самом деле я поражен работой Мастера. Не поймите неправильно, это ужасно, но уровень его детализации и символизма впечатляет. В каком-то смысле Мастер действительно создал нечто из ряда вон выходящее…

NikitosRid: Не могу поверить, что кто-то может восхищаться таким человеком. Давайте не забывать, что речь все-таки об убийстве. Автор, ваше восхищение Мастером немного пугает.

AnatoliyTan: Думаю, нужно помнить, кто такой был этот «господин А.». Он явно натворил много бед, иначе Мастер не тронул бы его. Я бы не назвал его невинной жертвой. Такими красками его изображать вполне нормально.

User1989r: Мне нравится ваш стиль, автор! Напомнило лагерные страшилки! Хотя тут все не так однозначно. Обожаю нашу рубрику, ахах!

Karina89: Не перестаю задаваться вопросом: какие страсти и обстоятельства доводят людей до такого безумия? Я сейчас и про самого убитого, и про нашего маньяка. Боже, какой классный сюжет для детектива! Каминский у нас же там книжку решил написать? Ждем всем селом.

Nastyushka007: Раздувать события до таких масштабов – это безответственно. Мы ведь говорим о жизни людей. Может, стоит больше внимания уделить расследованию и реальным последствиям, а не вознесению чудовищ?

VishenkaMargo: У Маргаритки хоть и примитивный слог, он все же приковывает внимание. Но она чет слишком романтизирует ужасы. Это же настоящая трагедия, а не очередной инфоповод создания какой-то скульптуры. Хотя читать ее куда приятнее, чем этого Каминского.

Cherepushka: Мифы создаются из жизни, а жизнь нередко наполняется чьей-то больной фантазией. Забавно, как толпа реагирует на такое – все мы просто зрители в театре абсурда…

VishenkaMargo: Cherepushka, преисполнился, пока читал? Ха-ха-ха!

Samhain: Мне все это кажется какой-то нереальной игрой. Мастер должен сидеть за решеткой в наморднике, а не превозноситься как какой-то художник.

* * *

– Странно, а при чем здесь Артемида? Там же Арес от ревности убил. Не слышал версию с Артемидой.

В начале одиннадцатого Илья уже сидел в кабинете Моники с кружкой кофе. В другой руке у него была распечатанная версия статьи с какими-то пометками Даны. Девушка подчеркнула все женские имена и описание трупа, а на полях нарисовала несколько вопросительных знаков.

Очень содержательные пометки.

– Нераспространенная версия просто, – ответила Дана. – Но такая тоже есть.

– Да при чем здесь это? – перебила их Моника.

– Она явно не просто так выбрала эту версию, – заметил Илья. – Прежде чем разбирать статью, я думаю, вам стоит поведать мне в целом об убитом.

– Конечно, не просто так… – Моника тяжело выдохнула и села напротив Ильи, открывая папку с документами.

– Александр Георгиевич Левановский был в числе наших основных подозреваемых, поскольку он почти год проработал в «Известиях». Однако я связалась с Петром Борисовичем, твоим Петером, и он сказал, что Александр работал со скрипом и трех строчек связать не мог. А тебя, кстати, взяли сразу после его увольнения. Так вот, я следила за ним в течение некоторого времени. Семь лет назад он со своей подружкой решил провернуть схему с материнским пособием и выплатами: она родила от него ребенка, но в графу свидетельств отца не вписала, пошла как мать-одиночка, а ребенку дала его фамилию и отчество. Когда ребенку исполнилось полтора года и выплаты прекратились, Александр решил сбежать от своей ненаглядной. Девушка обратилась в суд и в стихах и красках описала все денежные аферы: Александр занимался составлением фиктивных договоров с подставным сотрудником банка, который выдавал ипотечный заем. Этим сотрудником был родной брат Александра – Григорий. После получения денег «покупатель» гасил свой кредит и выводил таким образом деньги материнского капитала, еще и за услуги шел процент. В итоге наивные люди оставались с ипотекой и без квартиры. Александра за его махинации отправили в места не столь отдаленные, и он, как я подозревала, продолжил заниматься чем-то незаконным и в редакции, то есть после освобождения.

– Петер уволил его за слив информации? – спросил Илья, и Моника кивнула.

– Он продавал ее в «Голос Черепинска», на тот момент еще существовавший.

Она сделала паузу, чтобы достать из папки пару фотографий.

– Однако ситуация усложнилась несколько дней назад. Вчера днем мы приехали в квартиру, которую он снимал со своей невестой Софьей Семеновной Ирискиной, и обнаружили такую картину…

Моника протянула фотографии Илье, на которых были запечатлены тела двух девушек. На кровати лежала полуголая блондинка с ножевой раной живота. На ее шее были красные пятна и синяки, глаза остекленели, в уголке рта – струйка крови. Двумя руками она перед смертью пыталась зажать рану на животе, отчего они были в крови. Бросались в глаза порезы на кистях.

Вторая девушка лежала в гостиной на боку. Из спальни тянулся кровавый след, словно она еще какое-то время ползла к двери. Правую руку она прижимала к своей шее, левая, выпрямленная, лежала на полу, словно в ней что-то было, пока это что-то не забрали.

– У нее свежие порезы на щеке, – заметил Илья. – А у блондинки на руках. Не находишь странным?

– В гостиной лежала сама Софья, блондинка – Оксана, любовница, – сказала Дана.

– Какой Александру резон убивать свою любовницу? – Илья передал фотографии обратно Монике. – Оксана явно защищалась. Вот только от Александра ли?

– Мне тоже это показалось странным. Сначала убил любовницу, а потом невесту? Софья, судя по всему, застала их вместе, и между ними произошел конфликт – соседи слышали ругань, но, так как это часто случалось, они не удивились.

– А нож откуда взялся?

– Лежал на столе, в тарелке с фруктами.

Илья еще раз взглянул на фотографию в руках Моники. Стол стоял ближе к двери, практически напротив кровати. Быстрее всех до ножа мог бы