Читать книгу - "Рассказы темной Вселенной - Инна Ивановна Фидянина-Зубкова"

— От чего? — проснулся фонарный столб, но не тот столб, у морга, а этот столб, что на мосту.

— От разврата.

— Только одного? — хмыкнул столб. — Эка невидаль!

— А нам многих к себе и не надобно! — ухнуло небо, закрыло свои серые глаза и весело закачалось, расшатывая и без того изъеденные водой опоры ненужного ему моста:

— Качи-качи-качи, ничего не значит для большого неба, твоя боль и моя небыль. Кач-кач-кач-кач-кач-кач…

На следующий день всё того же На-дворе-февраля, планета Земля продолжала жить уже привычной для неё мясоедной и пред-апокалипсической жизнью. А московский поэт-бездельник Мясоедов проснулся и не обнаружил в социальных сетях аккаунтов своего друга и собутыльника — гения Красноперова. Телефон питерского поэта по-партизански молчал и не реагировал на настойчивые звонки его коллег из «Братства поэтов славных двух столиц». И даже гениальные стихи борца-трибуна, как корова языком слизала, со всех поэтических русскоязычных сайтов.

Через некоторое время в тусовке «властителей орала» поползли упорные слухи о том, что:

— Нашего Красноперова завербовало мировое правительство, и он перешел на новый уровень.

***

Но наперекор всему, ласковое деревенское утро рвануло в окно каким-то совершенно другим |соседним На-дворе-февралем| и осторожно постучало в окно слабыми, но очень задорными солнечными лучами. Красноперов вытянул на кровати свои длинные костлявые ноги, зевнул, потянулся и позвал:

— Мам, налей мне чаю, пожалуйста!

Серой скользящей тенью появилась у его кровати мать с подносом в руках:

— Сынок, исчезнуть бы нам отсюда надо.

— Куда? — не понял не-поэт. — Земля же круглая, везде одно и то же!

В дверях комнаты Красноперова выросла тень отца:

— Есть, сын, места на белом свете. А Земля — не такая уж и важная точка на нашей карте…

Мать согласно кивнула:

— Да.