Читать книгу - "Русские ушли - Светлана Прокопчик"

Офицеры быстро оценили достоинства курилки. Она защищала от ветра, и в ней было довольно тепло — градуса два-три ниже нуля. В стенах совершенно точно не скрывались прослушивающие устройства, и про курилку не ведали проверяющие. Прапорщик Соловьев из своих запасов на складе выдал старые рваные бушлаты, чтобы покрыть скамьи — не на голом же льду сидеть! И получился натуральный салон. Особенно приятно было балдеть в курилке, когда над головой выл буран. — Излагай, — вальяжно произнес Майкл, устроившись на любимой скамье и задрав ноги на специальную подставку.

— Мих, а зачем тебе свита?

— Ты за этим меня позвал? — изумился Майкл.

— Не… Ну скажи — зачем?!

— Затем же, зачем и всем. Ты тоже молодых дрючишь.

— Я — всех. А ты выбрал троих.

— Дурак ты, Серега. Вот эти трое, они на меня пашут, да? Я могу влепить затрещину, это больно, но даже синяков не остается. У них никто не отбирает жратву, никто их не может поднять посреди ночи. Только я. Но я их дрючу в разумных пределах. И по делу. Так эти трое за меня любому глотку порвут зубами. Понимаешь? Я с ними по-человечески обращаюсь. И хрен они захотят променять меня на кого-то. Вот начнись сейчас война, эти трое меня своими телами прикроют. Ты можешь ручаться, что кто-нибудь из молодых прикроет тебя? Вот то-то. Уметь надо воспитывать личную преданность в солдатах.

— Это как делают офицеры?

— Ну да, почти.

— Умно, — пробормотал Косыгин. — Я запомню. Мне пригодится. — Вздохнул. — Ленка-фельдшерица сказала, что замуж пойдет только за офицера.

— Ты ее замуж позвал, что ли?!

— Не, что ты! Так… ребята на базар развели… она и сказала. Не про меня, так, в общем.

Майкл потянул из пачки вторую сигарету. Он не понимал повальной влюбленности в молодую фельдшерицу. На его взгляд, Ленка обладала заурядной внешностью — круглолицая, курносая, большеротая. Фигура стройная, но ничего особенного. Хороши были только светлые круто вьющиеся волосы, но Майкл кудряшки у блондинок полагал мещанством. Зато жеманилась — куда там офицершам. Солдаты на нее западали пачками. В их деревнях таких девах не водилось. Может, они считали, что Ленка выглядит и ведет себя как истинная городская красавица и потому влюбиться в нее необходимо. А может, им надоело банально дрочить, соскучились по Большим Чувствам и Романтическим Переживаниям. Ну, что, теперь дрочат с эмоциями, потому что давать Ленка никому не собиралась.

— Короче, я решил в военное училище поступать. В Корпус меня хрен возьмут, а в училище после срочной с хорошими рекомендациями — запросто. Правда, я тут с мужиками перетер, говорят, западло из-за бабы что-то делать.

— Это смотря какая баба.

— Ну я о том же. Значит, одобряешь? Майкл задумался.

— Был у меня один друг. Хороший друг. Мечтал научиться играть в преф. Думал, его в хорошее общество пустят, если он в карты играть научится. Научил я его. Тот помчался играть, за месяц проиграл все, что имел. Потом проиграл жизнь, потом — смерть. И на следующий день утопился, потому что повеситься не удалось — веревка лопнула. Я к чему? Ты подумай, зачем тебе армейская карьера. Представь, ты поступишь, а Ленка за другого выйдет. А тебе уже деваться некуда, у тебя присяга. Ну и что, стреляться от безысходности пойдешь? Или даже хуже. Выйдет за тебя и окажется такой стервой, что ты через год удавишься. Или еще вариант. Все хорошо, а зашлют тебя служить в дыру вроде Южногорска. Ты молодой, а жизнь уже закончена, потому что из Южногорска в столицу не зовут. Жена у тебя чахнет в глуши, тебе от этого только кислей. И думаешь, что и свою жизнь в угоду ее тщеславию пустил, и ее в результате обрек на прозябание. Сопьешься разом.

— Это да, — признал Косыгин. — Запросто так бывает.

— А может быть и по-другому. Ты ж родился в глухой деревне. Дальше сельской церкви не ходил. У тебя первое путешествие случилось, когда в армию забрали. Ты теперь умней любого вашего деревенского старика, потому что они за баобаб на синей сопке не ходили, а ты по стране поездил. Ты мир видел. Людей. Так и чего тебе терять? Можно подумать, в Южногорске скучней будет, чем в твоей деревне. Зато твои дети будут не крестьянские, а офицерские. Вырастут, в Москву или в Саратов поедут учиться. Ты ж им на образование скопить в любой дыре сумеешь, у тебя хватка есть.

Косыгин вздыхал и ерзал, будто ледяная скамейка жгла ему задницу.

— Вечно ты как завернешь… сказал бы уж проще.

— Хрен тебе. С какой радости я за тебя решать буду? Я хочу, чтобы ты подумал. Пойми, Серега, тебе никакой выбор не будет в тягость, если ты сам его сделаешь. Глупо делать выбор, чтоб кому-то угодить. А вот если ты поймешь, что тебе самому военная карьера нравится, — другое дело. Тебя, конечно, старшие дрючить будут, у офицеров дедовщина такая же, может, и похуже. Так и что? Тебя в деревне помещик тоже за стол как равного не посадит. В общем, ты подумай как следует.

— Да я подумал уже. Все равно поступать буду…

— Куда? — раздался насмешливый голос. Майкл и Косыгин вскочили, Косыгин еще и покраснел. У Дашкова была очень неприятная привычка ходить тихо, за счет чего он порой подслушивал обрывки чужих разговоров. — Вольно, рядовые, можете курить. — Он прислонился к стене, повертел в пальцах трубку, убрал ее, достал сигарету. — У вас, ефрейтор Косыгин, сколько классов образование? Четыре? Или пять?

— Шесть, — выговорил Косыгин, пряча глаза.

— Не имеет значения. В военных училищах без экзаменов принимают только тех, у кого аттестат о полном начальном образовании и прекрасные рекомендации с места срочной службы. А все остальные сдают приемные экзамены.

Косыгин смущался, не привык вести с ротным задушевные разговоры. Переминался с ноги на ногу, в кулаке тлела недокуренная самокрутка.

— Впрочем, — решил Дашков, — идемте, ефрейтор. И нырнул в тоннель, выбросив почти нетронутый окурок. Солдаты последовали за ним. В канцелярии ротный порылся в ящиках стола, достал лист бумаги и гелевое перо.

— Садитесь, ефрейтор Косыгин. Записывайте условие задачи. Есть бассейн. По одной трубе вода в него поступает, по другой — из него вытекает…

Майкл с трудом удерживался от смеха, глядя, как старательно выводит буквы и цифры Косыгин.

— Записали? Отлично. Что узнать, уяснили? Приступайте к рещению. Вы должны уложиться за пятнадцать минут. Рядовой Портнов, запрещаю вам подсказывать, — с этими словами ротный вышел.

Косыгин умоляюще посмотрел на Майкла.

— Нет. Это твое испытание.

У Косыгина на висках выступили капельки пота от умственного напряжения. Ровно через четверть часа Дашков вернулся с затертой книжкой под мышкой.

— Не решили? Я так и думал. Надеюсь, вы сделаете должные выводы о ваших реальных шансах на поступление в училище. — Ротный выдержал паузу, чтобы Косыгин проникся. Потом положил перед ним книжку. Майкл так и предполагал, что это учебник по математике. — Даю вам две недели сроку на изучение. Через две недели представите мне тетрадь со всеми задачами из учебника, решенными, разумеется. И будьте готовы устно ответить на любой мой вопрос по изученному материалу. Свободны, ефрейтор Косыгин.